Карьерист
Шрифт:
Или шанс всё-таки остаётся? И для этого надо добраться до самых главных личностей в чужой иерархии? Но как это сделать?
«А куда мне спешить? – задумался Труммер. – Деятельность я свою обозначил, великолепные трофеи захватил. Пленные имеются… живые ко всему! О возможности перевода знаю. Теперь бы всё это отдать в руки дэмов… Да вместе с моими комментариями и рассуждениями… А самому тем временем…»
В самом деле: почему бы не смотаться с Тилиусом к Излому да не попытаться выяснить суть нового артефакта? И артефакта ли вообще? Пока кит ещё добрый… И пока сам не смотался, оставив человека без точного адреса своего проживания. И пока остров слушается всё того же человека.
Попробовал дать новую команду. Остров послушно поплыл к точке ожидания, где кит оставался, так сказать, в тыловом охранении. Чтобы удостовериться в тотальном подчинении, да и ускорить встречу с Тилиусом, Поль спрыгнул в катер, убедился в его сравнительной исправности и поспешил на максимальной скорости к своему громадному союзнику. Пару раз оглядывался: растительный остров прилежно двигался в кильватере.
Кстати, все трупы павших врагов были сброшены в воду и довольно быстро пошли на дно. Странное строение плоти у чужаков. Или они всплывут со временем? Праздный вопрос, пока совершенно не волнующий поощера.
Тилиус заметно нервничал, когда во время сближения смог общаться ментально:
«Ты сам ко мне мчишься? И что с засадами в мешках?»
«Сам! Засады тоже ликвидировал. Ну а остров двигается помаленьку следом. Вроде как я добился его полного подчинения».
«Каким образом? – недоумевал разумный кит. – Разве такое возможно?»
«Наверное… Мне пришлось упокоить почти всех жабокряков. При этом их жизненная сила перешла в меня, как-то изменив мою ауру или ещё что-то. И теперь остров, сам будучи растительного происхождения, считает меня единоличным хозяином».
«Однако!.. Кто бы мог подумать, что такое возможно?.. И что мы теперь будем делать?..»
«Вначале ответь на один вопрос: ты меня к Излому можешь с катером забрать или его придётся оставлять здесь?»
«Хм… Если ты меня взбодришь своими силами… то можно и вместе с катером переместиться…»
«Великолепно! Тогда я продолжаю наговаривать отчёт дэмам. Затем установлю на острове определённые знаки, и пусть он двигается к берегу своим ходом. Там с ним и без нас разберутся!»
«Дойдёт? – никак не мог поверить Тилиус. – Никуда не свернёт?»
«Почему-то уверен, что остров подчиняется только мне. При этом даст себя досконально исследовать как Азнаре Ревельдайне, так и Бенджамину Надариэлю. Я ему отдельно укажу, что, как и кому».
«Чудеса… Но если такое возможно, то я тоже готов, – заверил радующийся союзник. – Честно говоря, испытываю восторг от одной мысли, что ты расправился с моими обидчиками. Пусть это и не они конкретно, но всё равно за меня отомстил. Так что не спеши… я подожду!»
Глава четвертая. Беспокойная зависть?
Дэм Прогрессор заранее себя настроил на фатальные последствия миссии, возложенной на Труммера. Стараясь заниматься текущими делами, внушал себе только одно:
«Чему суждено сбыться, от того не уйти!»
Поэтому и мысли не допускал, чтобы малодушно подсматривать за океаном да присматриваться, как смертный окончит своё бренное существование. Высшее, как говорится, – богам, ну а всё, что осталось, – простым людишкам. Сколько их умерло за тысячелетия? Сколько их исчезло, не оправдав возложенных на них надежд?.. Миллионы! И это только те, кто был отмечен особым, божественным вниманием.
И какая, спрашивается, разница, если какая-то жалкая единичка прибавится к этим миллионам? Если не к миллиардам!
Хотя, если оставаться до конца откровенным, Прогрессор сам себя незаметно обманывал. Потому что прекрасно осознавал: наблюдение за отправленным дипломатом ведётся самое что ни на есть скрупулёзное. И занимается этим сама Непревзойдённая, неожиданно воспылавшая какими-то чувствами к Труммеру и взявшая его не только под простую опеку фривольного толка. Она поверила в предварительные выкладки, сделанные Надариэлем, и перешла в лагерь рьяных болельщиков. Жаль, что по всем условиям (в том числе и недавнего спора между дэмами) нельзя было откровенно помогать любому смертному. Зато наблюдать не воспрещалось. Даже приветствовалось. Потому при отсутствии конечных результатов в том же споре победит тот избранник, который ближе всего приблизится к поставленной цели. Считалось, что все действия посланников будут засняты и зафиксированы в каждой мелочи.
Вот Азнара сейчас и фиксировала. И будет очень сильно расстроена, если Поль погибнет в самом начале своего опасного поручения. А если она будет расстроена, то сразу примчится поплакаться в жилетку своему единственному другу (если можно так сказать с большой натяжкой), единственному божественному собрату, с которым она в последнее время соизволила нормально общаться.
Примчится. Всё расскажет. Обо всём наплачется.
Но… Время шло, а Кобра так и не появлялась. Не беспокоила по внутренней, ментальной связи этого мира, доступной только дэмам. Если размышлять логически: раз не спешит с новостями, значит, всё в относительном порядке. Значит, Труммер пока жив и ещё как-то там трепыхается.
Но если коснуться проблемы с философской точки зрения, то гибель поощера могла как угодно отразиться на психике богини. Она умело скрывала свои чувства, точнее, всю глубину этих чувств. Но если допустить, что у неё это очень и очень серьёзно, то трудно себе было представить все последствия нервного срыва, который может накрыть Ревельдайну, понесшую непоправимую утрату. Она и так страшна в бешенстве, а если потеряет над собой контроль? Если опустится до крайностей? Если перестанет нормально соображать и в порыве лихорадочной мстительности задействует крайние средства?
«И дался же ей этот Труммер?! – всё больше и больше раздражался Прогрессор. – Словно других самцов в ДОМЕ и в иных мирах мало! Знал бы, что так получится с этим выскочкой, давно отправил бы его на учёбу куда-нибудь к чёрту на кулички. На ту же Землю, например! Там бы его Кобра и за сотню лет не отыскала бы! – Чувствовал свою вину, а потому досадовал ещё больше: – И кто меня за язык дёрнул похвастаться этим парнем? Ещё лучше: следовало его вообще не выделять среди остальной массы смертных… Где спала моя хвалёная интуиция?.. Неужели стареть стал?.. Надо срочно поесть пиняссы! Взбодриться! А то мысли какие-то пораженческие появляться стали. Долой!»