Каратели
Шрифт:
Я одарил ее улыбкой, развернулся на сто восемьдесят градусов, вернулся к перекрестку и свернул на грязную дорогу посреди леса кактусов. Городок располагался неподалеку, менее чем в миле у подножия низкой гряды. По-видимому, старая дорога проходила через него, но шоссе проложили в стороне. Состоял он из полудюжины лачуг, маленькой бакалейной лавки и одинокой бензоколонки, предлагающей низкосортный «пимекс». Я не горел особым желанием заполучить его в свой бак. В Мексике и лучшие сорта горючего далеки от совершенства. Тем не менее, мне требовалось некоторое время, чтобы оглядеться и дать увидеть себя, поэтому я вылез из машины и сказал появившемуся из лавки мальчику наполнить бак.
Затем я немного побоксировал, как будто разминая мышцы, застывшие от долгого сидения за рулем, предоставляя возможность увидеть меня всем, у кого есть такое желание. Ничего не произошло. Что ж, речь шла всего лишь о предчувствии, а в нашем деле предчувствиями не пренебрегают, хоть они и не всегда оправдываются. Насколько я мог видеть, когда мы отъехали, никто не последовал за нами. Из-за паршивого бензина двигатель стучал весь остаток дня.
Незадолго до наступления сумерек мы пересекли двадцать восьмую параллель — весьма важную географическую веху для этих мест. Здесь, в самом центре пустыни, ближайший городок Гуэрреро Негро, как и Лагуна Сэка, остался в стороне от шоссе — было выполнено транспортное кольцо, на манер городского, окружающее огромного стилизованного орла: памятник, отмечающий границу между Баха Калифорния Норте и Баха Калифорния Сур. Тут же располагался еще один отличный президентский отель, в котором был заказан номер для сеньора и сеньоры Хелм. Я пришел к выводу, что если Рамону вздумается оставить свое теперешнее занятие, из него получится хороший экскурсовод или директор туристического агентства.
— Что ж, — проговорила Кларисса за обедом, — пересохшей земли и кактусов здесь хватает. Тем не менее, я немного разочарована. Слишком все это похоже на Аризону, чуть больше колючек, вот и все. Я-то думала, Баха более примечательное место.
— Думаю, старая дорога была более примечательной, — сказал я.
— Что угодно покажется примечательным, когда ползешь по пыльной тропе, вокруг на миллион миль ни души и шансы умереть от голода и жажды в случае непредвиденных обстоятельств весьма велики.
Какое-то время она молчала. Потом приняла душ и облачилась в купленное в Энсенаде длинное платье без рукавов. В отличие от брюк и юбки платье пришлось ей как раз впору. Тело выглядело в платье варварски-великолепным и странным образом контрастировало с довольно приветливым и невинным выражением лица. Я заметил, как она бросила взгляд в сторону окна.
— Темнеет, — промолвила она.
— Портье сообщил мне, что неподалеку от города, в Эстеро Сан Хосе — то есть в устье — имеются старые причалы, с которых, если поторопиться, можно увидеть Ballenas. Если, конечно, тебя еще интересуют киты.
Не глядя на меня, она произнесла:
— Собственно говоря, я однажды видела кита, когда совершала круиз на корабле.
— Разумеется, — намеренно сухо сказал я. — Раз ты уже видела одного кита, можешь считать, что видела и остальных.
Кларисса бросила на меня быстрый взгляд. Потом покраснела. Если в Эстеро Сан Хосе этим вечером и появлялись киты, нам их увидеть не довелось...
Терпеть не могу, когда мне подсказывают, как добраться до места, которое известно и мне самому. Наш «экскурсовод» не преминул прибегнуть к этой затасканной шутке, но в остальном описал маршрут весьма прилежно, настолько прилежно, что я легко распознал поворот, примерно в дюжине миль от гостиницы, когда мы проезжали его накануне вечером.
Рано утром, когда небо уже успело проясниться, но солнце еще не поднялось над горизонтом, мы вернулись к упомянутому месту. За поворотом располагался крошечный поселок, едва ли заслуживающий именоваться городом — просто пригоршня глинобитных хижин, разбросанных к западу от дороги. Боковое ответвление, уходящее к поселку, скорее всего, когда пролагали новую трассу. За деревней все вокруг покрывали кактусы, между которыми в сторону раскинувшегося где-то на западе океана уходили две колеи. Дорога, если это можно назвать дорогой, поначалу казалась довольно твердой, но постепенно становилась все более мягкой и песчаной. Я остановился и перевел рычаг переключения в нижнее положение, чтобы не терять на это время, когда мы по-настоящему увязнем и срочно понадобится дополнительная тяга. Затем быстро сверился с часами и посмотрел на свою молчаливую спутницу.
— Еще не поздно вернуться, — сказал я. — Одно слово, и я развернусь и отвезу тебя обратно в гостиницу. Ты подождешь меня там, как я и предлагал с самого начала.
Кларисса с любопытством оглядела меня.
— Я считаю, что у тебя здесь назначено обычное свидание, чтобы забрать какие-то нужные тебе вещи. Но ты ведешь себя так, как будто опасаешься неприятностей. Или... или ты мне просто не доверяешь?
Я улыбнулся.
— Выслушай первую — а может вторую или третью — заповедь секретного агента. Никогда не употребляй слова «доверяю». Помни, что никто и никогда не доверяет никому, включая и тебя. Если хочешь знать правду, я тебе не доверяю. Я не смогу доверять тебе в случае, если дело примет серьезный оборот. Я не верю, что ты сама не полезешь на рожон. И не верю, что ты станешь в точности выполнять мои указания — помнишь свою прогулку по холмам в Нью-Мексико? Любителям всегда не верится, что человек имеет в виду именно то, о чем говорит.
Кларисса прижала руки к груди.
— Обещаю и торжественно клянусь, сэр, на этот раз я в точности выполню все ваши указания. Так вы и в самом деле ожидаете неприятностей?
Я вздохнул.
— Не ожидать их было бы просто глупо. Я пробираюсь по этой глуши и бездорожью, или почти бездорожью, чтобы помимо всего прочего получить винтовку, предназначенную для ликвидации человека по фамилии Эрниман. Этот Эрниман такой же профессионал, как и я. Ему прекрасно известно, что если трюк с банковским счетом не задержит меня в Штатах, я окажусь в Мексике сразу после него, а, может, и немного раньше. По-твоему, я перестраховываюсь, когда полагаю, что он постарается сделать все возможное, чтобы я либо не получил эту винтовку, либо не успел ею воспользоваться?
— Но откуда ему знать?..
Я покачал головой.
— Вторая заповедь секретного агента, миссис О, гласит, что пока у вас остаются какие-либо сомнения относительно происходящего, следует исходить из предположения, что всем все известно... Итак, мне не удастся уговорить тебя остаться?
— Нет.
Я пожал плечами, включил сцепление и повел фургон прочь от выглянувшего из-за горизонта солнца, в сторону Тихого океана, или, точнее, одной из его заток, именуемой Лагуна де ла Муэртэ или Лагуна Смерти. Чьей именно смерти, дорожная карта не уточняла.
У меня имеется некоторый опыт управления обычными машинами в местах, по которым они способны пройти, но вскоре мы миновали этот рубеж. По мере того, как колеи становились все глубже, а песок все мягче, я невольно забеспокоился. Оставалось надеяться, что Рамон знал, что делает, направляя меня сюда. Я достаточно слабо представлял, на что способен хороший вездеход, вроде моего, в подобных условиях. Но тут грунт стал немного тверже, и мы выехали на первый перекресток, о котором упоминал Рамон. Я остановился, вышел из машины и принялся изучать двойную козлиную тропу, уходящую на юг. Потом покачал головой и вернулся в кабину.