Чтение онлайн

Спать хотелось ужасно, но в то же время я понимала, что хочу присутствовать.

– Пойду...
– Я поднялась и, умывшись, оделась. Темные брюки и футболка, сверху короткий кардиган и в шкафу даже нашлась теплая темная куртка. Сегодня она явно мне пригодится, я уже успела понять, что в этом месте температура бывает на редкость капризна. На удивление в этот раз Леся тоже собралась быстро. В общей гостиной девичьего общежития нас ждали девочки, все вместе мы вышли на улицу и торопливым шагом пошли в сторону часовни. Я никогда не была особо верующей, хотя и не атеистка. Но, войдя внутрь, почувствовала некий дискомфорт. Мы сели на лавку, и я исподлобья огляделась. Педагоги были тут же, больше всего меня поразили спокойно сидящие позади Виктор Михайлович и Инга Петровна. Присутствие их здесь, казалось кощунством. Даже я, понимала, то, что они сделали, было, вряд ли, угодно Богу. Была какая-то служба, я отключилась, не слушая слов, и просто наблюдала за ненавистными мне людьми, чувствуя отвращение.

Никто не говорил, что сбежать легко. Но я была убеждена, что возможно. Не было ни единого человека, что мог подтвердить наличие тел. Всех тел. А значит, кто-то мог обрести свободу. Просто не надо рубить с плеча.

Мои исследования, конечно, не были масштабны, учитывая количество материала, которое было доступно. Начала я с поиска того самого волшебного дерева, а точнее двух, на территории школы.

На это ушло больше пяти часов, но я внимательно прошерстила всю территорию и таки нашла это место. Удобство было в том, что, судя по всему, с той стороны забора росло в достаточной близости такое же раскидистое дерево. Учитывая, что ребята как Игорь использовали ход, чтобы не только уходить, но и возвращаться, для них это было удобно. Ну а для меня... Что ж, не придется прыгать с такой высоты на землю или вновь использовать простыню или веревку.

Я раздобыла еды, вроде яблок и печенья и воду в бутылках, что обычно была на тренировках, беря полную и отпивая совсем немного, а принося ее в комнату, убирала под кровать. Решив таким образом наиболее главные проблемы. Однажды ночью я еще раз проникла на крышу, чтобы внимательней вглядеться в огни деревни и долго пыталась различить место, где деревья росли бы не так густо. На самом деле, таких участков было не так уж и много, и я сделала себе самодельную ориентировочную карту, отправной точкой которой была деревня, как самый яркий ориентир.

План казался мне безупречным. Если выполнить все быстро, я могла бы выйти к дороге до того, как меня спохватятся и возможно поймать там машину. Какая бы это не была глушь, но трасса на то и трасса, чтобы по ней постоянно ездили дальнобойщики. Пора было действовать.

В ту же ночь, дождавшись, когда моя соседка по комнате уснет, в полночь, я оделась и, подхватив рюкзак, тихо выскользнула из комнаты. На подушке осталась записка, в которой написала, что ушла прогуляться. Дает небольшую фору, когда меня потеряют, решат что я в парке и девочки не окажутся причастны, ведь я действовала полностью сама. За время проведенное здесь я старательно выучила расположение коридоров и переходов, как оказалось если и правда передвигаться по ним достаточно часто, это не так уж и сложно. Быстро выйдя на улицу я достигла чудо дерева и вскарабкавшись перепрыгнула на ветку соседнего, хватаясь за него, как утопающий за соломинку, ведь по сути все так и было. Оказавшись вновь на земле, но уже на той стороне забора я почувствовала, как мурашки пробежались по моему телу от возбуждения и адреналина, что тут же заструился по телу. Тут же двинувшись вперед, я почти бежала, но пришлось себя осадить и перейти на шаг. Если быстро выдохнусь, это не будет мне на пользу.

Время от времени я сверялась с часами. Идти было жутко, пару раз я упала, запнувшись о корни деревьев, на правой ноге однозначно появится большой синяк. Вдобавок, было по-настоящему страшно. Ночной лес таил в себе множество звуков. Каждый раз, когда слышалось, что-то похожее на хруст, я нервно оглядывалась, не идет ли кто за мной. Судя по ощущениям, я шла в нужном направлении, только вот ни деревни, ни дороги все не было и не было. Я устала, но не разрешала себе останавливаться не на секунду. Дороги назад не было, и если я не выберусь,... я вообще не выберусь. Я посмотрела на часы. Три ночи. Я теряла бдительность, единственное, что теперь было главным добраться, добраться, добраться.

– Далеко идешь?

Сердце болезненно сжалось, и я обернулась, позади меня шли двое мужчин: Арнольд Витальевич и Виктор Михайлович. Понимая, что это бесполезно, я все равно сделала рывок, думая убежать, но они настигли меня в мгновение ока и схватили. Я истошно завопила, пытаясь вырваться, но это было бесполезно: они только сильнее сжали мои руки.

– Пустите, уроды!!

– Бойкая, - не без удовольствия заметил Арнольд Витальевич, - талантливая, наверное.

– Бездарь, с такой-то матерью...
– процедил Егерь, удерживая меня. Я застыла как громом пораженная. Они сказали "мать"... Они знают мою маму? Что это значит?

– Ну что?
– Арнольд Витальевич вопросительно выгнул бровь, ожидая, что скажет Болотов.

– Инга сказала, вернуть обратно. Она сама с ней разберется.

Это мне не очень-то понравилось, видела я, как она разбирается, и снова забилась.

– Успокойся!
– Егерь больно сжал мою руку, и я вскрикнула.
– Не убежишь, а побежишь, будет хуже. Тем более, некуда бежать. Думаешь, не заблудишься в лесу дура?

Я, однако, не переставала брыкаться, сдаваться было не в моих правилах, но похоже мои попытки сопротивления были для них не более, чем мельтешение мухи, которую отгоняют рукой.

Дорога назад заняла те же три часа, когда мы ступили на территорию школы, было шесть утра, на востоке уже забрезжил рассвет. Мужчины повели меня в здание, мы поднялись на третий этаж и вошли в комнату, в которой я еще не была. В центре, за столом, сидела Инга Петровна.

– Долго вы что-то.

– Думали, она позже пойдет, часа в два, а она, похоже, в полночь ушла. Пришлось догонять.

Они отпустили меня, и я потерла руки.

– Лена, Лена, Лена...
– Женщина поднялась и подошла ближе ко мне, заглядывая в глаза.
– Я даже не знаю теперь, что с тобой делать. Правила, они ведь для всех.

Я сглотнула и почувствовала позади себя какое-то движение.

– Никто не знает, что она пыталась сбежать - сказал Болотов.

Я ошарашено застыла. Это что была попытка меня защитить?

– Но сам факт, - женщина поморщилась.

Она снова вернулась к своему столу, но садиться не стала, задумчиво уставившись в стену. Видимо, взвешивала все "за" и "против". Что-то мне подсказывало, что "за" наскребается с мизинец.

– Ну и что ты выберешь?
– резко спросила она.
– Начнешь учиться или все еще хочешь на свободу.

– Я не знаю, - честно ответила я, хотя понимала, путь на свободу закрыт.
– У меня плохо получается...