Чтение онлайн

Кроме скакунов и оружия мы выгребли из лагеря все припасы, какие смогли найти, навьючив их на лошадей. Равани предстоял недельный переход домой сквозь необитаемые земли. Если у нас всё получится. Мы присмотрели в лесу подобие просеки, достаточно широкой, чтобы получить гордое звание конной тропы, и устроили засаду в её глубине. Оглядев, как женщины вольницы уверенно взбираются на деревья, я подошёл к Мире.

— Все готовы?

Девушка кивнула.

— Я поставила мужчин-копейщиков дальше по тропе, чтобы они отрезали путь. Лучницы засели по обе стороны, стрел у них достаточно. Я постаралась накрепко им объяснить, что первый залп должен быть одновременно и по ведущим, и по замыкающим. Мужчины поделили их на звенья для этого.

— Уверена, что всё получится?

— Нет, конечно, — она нервно дёрнула плечом. — Я впервые занимаюсь таким. Но варианта лучше придумать не смогла.

— Тебе не приходила в голову мысль, что ты могла бы просто попросить Иду решить проблему?

— Приходила, — признала девушка, — но мне не нравится эта мысль. Это слишком легко, слишком неправильно. К этому можно привыкнуть. Впасть в зависимость. Может быть она и не откажет. Но как она тогда начнёт думать обо мне?

— Скажем честно, мы и сейчас не знаем, что она думает о нас, — и это была сущая правда. Никто не знал, что творится на уме у мелкой вредины и как она смотрит на мир. Она добра к нам, потому что мы её спасли. Но как ведьма относится к другим людям? Будет ли терзаться, если кто-то убьёт? Или мы взяли под крыло тысячелетнюю психопатку? Последнее, конечно, было маловероятным, но прояснить жизненные устои Иды стоило бы в ближайшее время.

Тем временем, объект нашей беседы как раз показался из-за деревьев, возвращаясь от детей. Стоило заметить, что равани оказались глубоко потрясены внешностью ведьмы, особенно впечатлившись даже не цветом волос, мало походившим на обычную седину, а её ярко-красными глазами. Её тут же окрестили «отличающейся» и стали называть не иначе как Маленькая Сестра. Иду это жутко раздражало, но равани даже слушать ничего не хотели. Я тихо посмеивался над этим, когда она не видела. Дети же вообще не стали церемониться и с гвалтом утащили Иду внутрь своей ватаги, засыпая кучей вопросов. Кажется, они были в восторге. Ведьма сопротивлялась вяло, так что я решил не вмешиваться. Как итог, почти весь остаток дня она провела в компании детей, от души развлекаясь и показывая им безобидные фокусы.

— Кажется, вы готовы? — она потянулась. — Когда мне начинать?

— Мы закончили приготовления. Можешь спалить лагерь дотла. Только не переусердствуй, это должен быть обычный пожар, а не пламя до небес.

Ида хмыкнула на моё замечание, но ничего не сказала и отправилась к опушке. Вскоре мы увидели в той стороне дым и зарево пожара. Теперь нам оставалось лишь ждать. И надеяться, что бандиты не почуют ловушку. Мира отправилась что-то уточнить у Арзака, а я смотрел как ведьма вернулась на тропу. Оглянувшись, я поманил её пальцем.

— Что такое, наёмник? — тихо спросила она, поняв, что разговор приватный.

— Мне бы хотелось прояснить пару моментов. Если бы Мира попросила тебя решить эту проблему, не вмешивая равани, ты бы согласилась?

Ведьма слегка наклонила голову набок и на её лице заиграло любопытство.

— Интересный вопрос. Нет, думаю, я бы отказалась. Моё вмешательство тут излишне.

— Излишне?

— Я считаю, что к проблеме нужно прилагать столько сил, сколько необходимо для её решения. У Миры есть её ум и есть люди, готовые драться за свою свободу. Ваших сил было недостаточно, чтобы их освободить и с этим я помогла. Дальше вы способны справиться с проблемой самостоятельно. Не стоит стрелять из пушки ради того, чтобы забить гвоздь.

— Разумно, — кивнул я, — хотя и довольно цинично. Под стать твоему званию ведьмы.

Ида ухмыльнулась и сверкнула глазами.

— Нельзя стать сильным, прячась за чужой спиной, наёмник. А этой девочке нужно стать сильной. Вне зависимости от выбора, её ждёт непростой путь. Я не отказываюсь от своего слова, но не хочу, чтобы она во всём полагалась на меня.

— Тут я могу тебя обрадовать, потому что ваши мысли сходятся. Мира не хочет перекладывать на тебя все заботы.

— Она умна. И станет ещё умнее, когда наберётся жизненного опыта и решимости. Ни к чему такой старухе как я мешать ей набивать шишки, ведя за руку.

Я не удержался от улыбки, а двенадцатилетняя старуха показала мне язык.

— Я пойду к детям. На случай, если что-то пойдёт не так. А тут вы с Мирой и сами разберётесь.

Ведьма ухмыльнулась и, махнув на прощание рукой, отправилась на свой пост. Мира, тем временем, закончила беседу и теперь нервно барабанила пальцами по эфесу шпаги. Я подошёл к ней, косясь на лучи заходящего солнца. Лесок стремительно погружался в темноту.

— Тебе не обязательно тут находиться. Можешь уйти к Иде.

Девушка упрямо мотнула головой.

— Я останусь. Я так решила. Пока я общалась с равани, успела понять, что нельзя быть варрак, просто отдавая приказы из безопасного места. А мне бы хотелось завоевать как можно больше их уважения, пока это возможно.

— Настаивать не буду, — я почесал голову. — Но крови будет много. Лучше заранее готовься.

На это замечание Мира лишь молча кивнула и, помявшись, спросила:

— Правильно ли я поступила, пойдя на это?

— Врядли я смогу ответить. С точки зрения собственной совести? Пожалуй, да. С точки зрения перспектив? Тоже да. Но если тебя тяготит, что из-за твоего решения пролилась и ещё прольётся кровь, тут я не смогу помочь. Люди убивали и будут убивать друг друга. Нельзя сказать, что это нормально. Но таков мир. Если ты не живёшь по его законам, ты погибаешь от рук более сильных и приспособленных. Нормально задаваться такими вопросами перед боем, но если ты уже что-то для себя решила, то иди вперёд и не жалей об этом.

— Почему ты решил остаться в Артели? Продолжил заниматься этим делом?

Я на некоторое время замолчал, собирая мысли в кучу.

— Наверное, я привык. Из-за воспитания Ольца и регулярного чтения книг мне не удалось так загрубеть душой, как это обычно происходит. Во мне пока ещё живёт авантюрист и мечтатель, не до конца добитый грязью жизни. Но махать копьём и мечом это всё, что я умею. Артель не берётся за слишком скользкие задания, вроде заказных убийств. Охрана, оборона укреплений, военные кампании. Мы убиваем, но наша репутация не такая чёрная, как у вольных рот, не гнушающихся мародёркой или изнасилованиями. Поэтому я остался там. Делаю то, что умею, не сковывая себя клятвами и присягами какому-то флагу на всю оставшуюся жизнь.

Наш вечер откровений прервал птичий пересвист с опушки и через минуту мимо нас тенями проскользнули парни, стоявшие в дозоре. Они спешили занять оговорённые места в глубине тропы. Началось. Банда въехала в низину. Я потянул Миру за рукав и мы скрылись в зарослях кустарника. Потянулись томительные минуты ожидания.

Ждать пришлось довольно долго и я развлекал себя, представляя как ярится главарь банды, увидев горящий разграбленный лагерь и тела своих людей. Уже сейчас это был серьёзный удар по банде. Она осталась без логова, вьючных лошадей, припасов и будущей прибыли в виде сбежавших рабов. Не найдя следов внешнего нападения, банда решит, что рабы смогли выбраться сами. А значит, их надо догнать и вернуть. Заодно научив уму-разуму.