Чтение онлайн

Для подкрепления своей невысказанной угрозы мужик тряхнул перед носом Владимирской кулаком. Ну, это уже совсем переигрывает повар. То, что нам показывают спектакль, я нисколько не сомневаюсь. И, кажется, я один так решил.

Реально не студенты, а дурни! Стоило бы не только на нас пялиться, но и на профессора Знаменского посмотреть. Он же сидит и тихо ухмыляется, наблюдая за представлением. И раз не вмешивается, значит, так и надо. Мы сами должны выкручиваться. Единственное, я очень не люблю, когда на мне ставят подобные эксперименты.

Недолго думая, хватаю руку повара и резким движением заламываю ему за спину. Лицо мужчины опускается точно в мою тарелку с омлетом.

— Жри, — приказываю я. — Всё до крошки. А потом перейдём к другим блюдам.

Тётка официантка попыталась было рыпнуться, но неожиданно Ксения Сурина сделала ей подсечку. Потом, не дожидаясь, пока тётка поднимется с пола, запрыгнула на неё сверху и приставила к горлу столовый нож. Этой абсолютно тупой железякой быстрее натрёшь, чем проткнёшь кожу. Но выглядит устрашающе.

А Ксюха молодец! Всё-таки у историков боевая подготовка намного лучше развита, чем у лингвистов. Клуши с моей кафедры так и сидят, ошалело хлопая красивыми глазками.

Одновременно с этим выскочили несколько мужчин-посетителей. Видимо, решили прекратить начинающийся дебош. Но неожиданно дорогу им преградили парни из нашей группы. Официантка на полу визжит, повар в омлете хрипит, а студенты с пассажирами готовы вступить в битву «стенка на стенку». Вот-вот и начнётся массовая драка. Но мне на это искренне плевать.

— Жри! — повторил я свой приказ, ещё сильнее запечатывая морду повара в тарелку. — А потом и остальные блюда готовься дегустировать!

— И наши пусть откушенькать не забудет! — подал голос один из боевиков. — Хотя за такую еду не кормить, а расстреливать на месте надо! Родион, одолжишь товарища?

— Легко! — усмехнулся я. — Даже денег за это с вас не возьму.

— Господа! Все успокоились! — раздался явно усиленный магией громовой голос профессора. — Булатов, отпусти Юрия! Сурина, слезь с Фёклы Игнатьевны! Они действовали по моей просьбе! Уважаемые посетители ресторана! Прошу простить за неудобства, но вы стали невольными свидетелями тренировки студентов Императорской Академии! Прошу всех разойтись по своим местам.

Охренели от такого заявления все… Естественно, кроме меня, ресторанных работников и обоих кураторов нашей группы. Понадобилось несколько минут, чтобы в ресторане все немного успокоились и был наведён относительный порядок.

— Михаил Владимирович, — сразу же после освобождения, потирая слегка повреждённое плечо и стряхивая с лица остатки омлета, укоризненно сказал повар. — Ну, всякое, конечно, бывало, но эти у вас совсем с головой не дружат. Мало того что мне почти руку оторвали, так ещё и Фёклочку чуть не прирезали. Мы так не договаривались!

— Ничего, Юрий, — с улыбкой ответил профессор. — Главное, что все живы. А за доставленные неудобства вам Академия обязательно компенсацию выплатит. Лично за этим прослежу.

Больше не давая никаких объяснений, Михаил Владимирович увёл нас в наш вагон. Не дав разойтись по купе, оставил всю группу в коридоре и стал толкать гневную речь.

— Стыдно, дамы и господа! Такое стадо слюнтяев впервые на практику везу! Терпели почти двое суток пренебрежение к себе! Ещё и за собственные деньги! Смотрел на вас со стороны и диву давался, как будущая элита империи вежливо вякает официантке, что еда невкусная. Зато в своих купе прямо горло драли и всеми карами земными грозили повару! Герои кабинетные! Слава богу, что хоть сегодня сподобились вспомнить о самоуважении!

Когда в ваши головы придёт светлая мысль, что вы теперь не обыкновенные простолюдины, а одарённые? И что прав у вас намного больше, чем было у ваших родителей. На третьем курсе к вам в группы попадут потомственные аристократы, до этого момента проходящие обучение по индивидуальным программам в своих Родах. Хотите стать для них прислугой? Учтите, что у новеньких юношей и девушек с характерами и чувством собственного достоинства будет всё в порядке.

Итак! Первые баллы за практику… Да! Она уже началась! Всем по минус баллу за то, что не подготовились нормально к дороге! Ещё по минус баллу за то, что сопли жевали, дав возможность простому обслуживающему персоналу о вас ноги вытирать! Но за то, что вступились за товарищей, наконец-то оторвав свои ленивые зады от стульев, плюс один бал.

Итого: все сейчас имеют «минус»! Исключение составляют лишь два человека. Ксения Сурина! Уж больно мне понравилось, как ты Фёклу «оседлала», поэтому у тебя по-прежнему остаётся ноль баллов.

И, наконец, Родион Булатов… Не думал, что такое скажу, но ты молодец! Один балл начисляю за подготовку к практике. Ещё один — за то, что при первой же конфликтной ситуации повёл себя как настоящий одарённый, а не эти все.

— Это несправедливо, Михаил Владимирович! — неожиданно подал голос один из историков. — Мы взяли всё, что нам было приказано. К тому же ситуация с рестораном, как мы все уже поняли, подстроена именно вами.

— Верно, Книгин. Я всё и подстроил. Но кто вам запрещал взять с собой сверх того, что было оговорено? Кстати, несмотря на то, что мне не грозила голодная дорога, всё равно в своём багаже находится примус и запас тушёнки. Булатов? Судя по твоим баулам, ты тоже прибарахлился?

— Ага, — кивнул я. — Правда, примуса два и ещё набор котелков, складывающихся друг в друга.

— Прекрасно! Что ещё прихватил из дома?

— Бельишко утеплённое и так, по мелочи.

— Ну, мелочью две огромные сумки и дополнительный рюкзак не назовёшь.

— Оружие везу. Четыре пистолета, помповое ружьё, самозарядную винтовку и по цинку серебряных патронов к каждому стволу. Гранат пяток… — опять честно признался я.

— Отличная шутка! Впервые от тебя такую слышу! — рассмеялся Знаменский, но, быстро посерьёзнев, тихо добавил: — Хотя, Родион, будь всё это у тебя на самом деле, то ругать бы не стал. Любое место, где возможно проявление Преисподней, опасно. Даже если оно и не кажется таким. И лучше из нелегального оружия бой тварям дать, чем похерить свою душу. Но… Господа студенты! Я такого не говорил. А если кто-то что-то услышал, то знайте: вам это послышалось. Массовая галлюцинация с голодухи. Все поняли?