Кадет
Шрифт:
Первый день в мастерской прошел для Пепла не слишком тяжело. Работа, конечно, была, иначе бы его не стали нанимать, но не так уж много и не сильно напряжно. Он старался не высовываться и придерживать язык — чтобы получше вписаться в придуманную легенду, но благодаря наблюдательности пару раз умудрился оказаться в нужном месте в нужное время и протянуть мастерам именно нужную штуку, а не абы какую. Чем заработал несколько одобрительных кивков и… несколько внимательных взглядов от господина главного механика. И к вечеру уже настолько вписался в атмосферу мастерской, что его просто перестали замечать — как будто всегда там был.
Но перекинуться с начальством гаража хоть словом до конца рабочего не вышло — Орнути был занят по самую макушку. Из трех имевшихся в его хозяйстве авто два как раз стояли на профилактике и требовали срочного внимания. И лишь когда наемные мастера разошлись по домам, оставив над ямой уже не две машины, а одну, Орнути, вытирая замасленные руки ветошью, невзначай поинтересовался у собирающего металлическую стружку парня:
— Ты где чертежи читать выучился?
— Да были дома пара книжек… От давнишнего жильца остались. Студента. А у меня память хорошая. Говорят.
— Я заметил. Так ты, выходит, грамотный?
— Угу. Мать сама меня учила. Пока жива была.
— Померла?
— Угу.
— Так чего ж ты ее лекарство Ка… господину дворецкому отдал? Жалко, небось? Пузырек-то?
— Жалко, — признался Пепел, ничуть не покривив душой. Вот только пузырек ему было жалко совершенно другой — с кристаллами усилителя, который он перед уходом оставил Шоралту. Слишком уж выразительно тот на него смотрел. Да, по большому счету это были костыли вместо дара, но для ресса и такое оказалось невозможным чудом. И Дари отдал ему флакон не сомневаясь — просто подошел и положил перед ним на стол. В ответ получив совершенно неожиданное:
— Пепел, если я когда и принесу клятву Ретенауи, то дам ее лично тебе. Не главе рода. Понял?
— Ага, — тот решил чуток прикрутить градус пафоса. — Вот только оба мы с тобой немного пророки, и оба знаем — ни хрена подобного не будет. Так?
— Наверное. Но я все равно хочу, чтобы ты знал.
— Ладно, считай понял. И не за что, лопай на здоровье. Но не все сразу, а то Эрс тебе потом уши оборвет…
Пепел встряхнулся, отгоняя воспоминания, и закончил, глядя на механика:
— Жалко, да. Но не очень. Ему нужней, как я понял.
— Ну, может и так.
— Господин Орнути, — Дари решил сменить тему. — А можно спросить? Про картинку вон ту? Это ж аэроплан, да?
— Да, — кивнул тот.
— А он уже есть? Или только будет?
— Будет, — усмехнулся тот в бороду. — Те, что уже есть — не такие.
— Прям здесь построите? — затаив дыхание и нарочито вылупив глаза поинтересовался Пепел.
— Где — здесь? — механик поморщился. — Подвинем твое ведро с опилками и на его месте начнем?
— Легко, — Дари ногой задвинул предмет обсуждения в угол, умудрившись не перевернуть, и преданно уставился на Орнути: — Начинаем?
— Дурака-то из себя не корчи, не прокатит уже.
— Н-да, — почесал тот нос. — И где я прокололся?
— Да нигде конкретно, просто в общем и целом, так сказать. Но не бойся, не попрут тебя отсюда за сметливость. Если, конечно, будешь руки при себе держать и не станешь совать их чужие карманы.
— Да я!.. — Пепел вытаращился на мужика теперь уже совершенно непритворно.
— В завязке? — прищурился Орнути.
— Угу, — Дари вздохнул и решил признаться, рассудив, что так будет даже лучше — легенда сама собой начинала обрастать красочными деталями. Значит, она не просто хороша, а хороша по-настоящему. — Завязал я, точно.
— Вот и не развязывай. Не стоит оно того, — и вдруг усмехнулся: — Бабка у тебя умная, хотя тоже придуривается. Знала, куда тебя пристроить.
— Угу, — Пепел опять потянулся почесать нос, понимая, что возразить на это нечего — госпожу Шарот действительно и глупой не назовешь, и придуривается она знатно. Все в точку.
— И вот еще что, можешь, конечно, на ночь тут устроиться — в углу, вон за тем стеллажом лежанка, там наш прошлый подай-принеси спал…
— А сейчас он где? — проявил внезапное любопытство Пепел.
— Да не съели, не бойся, — усмехнулся сквозь бороду мастер. — Все еще здесь. Просто к садовникам подался, не любитель он в железяках ковыряться, не его это. Так вот, можешь там спать. Но если хочешь, я тебя прямо в доме на этаже для прислуги устроить попробую. Там все-таки получше будет. Но! Что б никаких мне!..
— В завязке я, правда! — Пепел прижал руки к груди и теперь уже действительно умоляюще, без дураков, посмотрел на господина главного механика. — Все как надо будет, не бойтесь. Там же найдется где помыться, правда?
Именно последним и объяснялась покладистость кадета — он вдруг сообразил, что на служебном этаже обязательно будет душ, причем вряд ли так уж часто занятый.
Орнути хмыкнул, оценил все еще довольно чистую одежду целый день махавшего метлой Пепла и кивнул:
— Да, хорошая у тебя бабка, правильно приучила.
— Это матушка. Приучила, в смысле.
— Не важно. Ладно, идем к господину дворецкому, будем решать вопрос.
— Пойдемте, — радостно подскочил Дари, которому идея понравилась с еще одной точки зрения — поговорить с Каги следовало как можно скорее и желательно с глазу на глаз. А лучшего предлога для этого было просто не найти.
По дороге, пока шли от гаража к особняку, Орнути напомнил:
— Парень, тебе сейчас придется поговорить с начальником охраны и будет гораздо лучшее, если кое-что из твоего прошлого при этом не всплывет.
— Я завязал! — Дари предстоящая беседа напрягала, но не сильно. В случае, если попытаются на него давить, он здорово надеялся, что сможет это давление сдержать.
— Ладно, верю.
— А почему, — вдруг встрепенулся Пепел.
— Иначе ты уже либо по тюрьмам валандался бы, либо во главе своей собственной кодлы стоял, а не у меня в гараже мусор греб. Первое вероятнее.