Чтение онлайн

– Вот видишь, только ты имя назвала, а он уже тут, – обратилась она к Эльвире.

– Ну да, – подхватил я весело, – помяни нечистую силу к ночи, она и явится.

– А вы и есть та самая нечистая сила? – рассмеялась незнакомка и представилась: – Меня зовут Галина.

Молчание хранила лишь Эльвира. Правда, здороваясь, улыбнулась. Но так улыбаются и просто вежливые люди, вовсе не обязательно проявляя при этом радость от случайной встречи.

Весь вечер я проторчал в зале, не упуская ее из виду. Когда в очередной раз заиграла танцевальная музыка, решился и пригласил девушку на танец, понимая, что сильно рискую. Конечно, в театральном училище нас танцевать учили. Но в этом искусстве я не преуспел. Будь покрупнее габаритами, мог бы себя сравнить со слоном в посудной лавке. А так – даже не слоненок. Едва мы начали танцевать, понял, какую глупейшую совершил ошибку. Эти женские каблуки, будь они неладны. А у нее не каблуки, а просто какието каблучищи. Я болтался гдето на уровне плеча, ну, может быть, чуть выше. Хорош, наверное, был со стороны. Ладно, отступать теперь поздно. Начал с места в карьер:

– А за вами должок…

– Откуда? Не припомню чтото.

– Дада, вы обещали мне позвонить и не позвонили.

– Я не обещала, – твердо возразила она. – Это вы мне в приказном порядке велели вам позвонить. А я не обещала. К тому же и визитку вашу потеряла.

– Да ладно – потеряла. Выбросили, небось.

Девушка недовольно нахмурилась:

– Это ваши домыслы. Я именно потеряла. Переезжала из одной квартиры в другую, вот и потеряла.

– Да Бог с ней, с визиткой. Главное, что вы сами нашлись.

Музыка уже давно смолкла, а я все топтался возле нее, не желая отпускать. В конце концов она согласилась встретиться завтра, поужинать со мной. Кокетства в ней не было при этом ни на грамм. Просто вслух соображала:

– Завтра? Пожалуй, смогу. Работаю до обеда, потом заберу сына из школы, помогу ему уроки сделать и часам, пожалуй, к восьми приеду. Я живу рядом.

– У вас сын? Большой? – про мужа я спросить не решился.

– Большой уже, – улыбнулась Эльвира, – во втором классе учится. Становится самостоятельным, начал маминой опекой тяготиться. Когда из дому ухожу, даже радуется. Никто не мешает часами за компьютером сидеть.

*

Древние философы наставляли: бойтесь первых эмоций, ибо они самые искренние. Я об этой истине забыл и отдавался своим эмоциям полностью. Это был совершенно чудесный вечер. У меня возникло, и не оставляло такое ощущение, будто я знаю ее целую вечность. О чем мы только не разговаривали. Если какаято тема ей была неинтересна, она так и говорила. Получалось у нее это очень просто, без всякого вызова или обиды. Просто переходили на другую тему, вот и все.

– У вас такое отчество необычное – Марсельевна, – отметил я.

– О, вы даже отчество мое запомнили, – удивилась Эльвира. – Дед бредил морем, много путешествовал. Когдато побывал в Марселе, и этот город его так покорил, что сына назвал Марселем.

– А как вы предпочитаете, чтобы к вам обращались?

Она не совсем поняла вопрос, удивленно ответила:

– Эльвира, как же еще?

– Ну, Эльвира слишком официально. Может быть, проще – Эля?

– Если у вас проблемы с произношением, то вам нужен не нарколог, а логопед, – пошутила девушка. – Хотя нарколог тоже не повредит, – она многозначительно и красноречиво кивнула на мой бокал, который я, признаюсь, на протяжении всего вечера наполнял слишком интенсивно. – Впрочем, можете называть меня «Эля», хотя меня так мало кто называет. Чаще всетаки Эльвира.

– Решено, для меня вы будете Эля. Давайте в связи с этим выпьем на брудершафт, – попытался форсировать события.

– Если вам непременно надо пить за чтото конкретное, давайте выпьем за это. Только не на брудершафт. Я не люблю этот обычай, – и на лице ее промелькнула тень недовольства. – Руки переплетены, пить неудобно. А на «ты» можем и так перейти, я – с удовольствием.

– Ладно, не обижайся. Переходим на «ты» без всякого брудершафта.

– Я не обидчива, – вполне серьезно возразила Эля. – И вообще, считаю, что обижаться – это так скучно. К тому же столько сил забирает.

*

Все признаки влюбленности – на лице. У меня, конечно. Рассеянный взгляд, блуждающая улыбка, мысли вразброд и постоянное ожидание телефонного звонка. Встречаемся мы нечасто, хотя созваниваемся регулярно. Эля очень занята по работе. У нее дежурства, экстренные вызовы. К тому же домашние хлопоты, заботы о сыне. Его она очень любит, хотя и не говорит об этом. Она вообще довольно скупа на эмоции. Нет, не так. Она, скорее всего, скупа на проявление эмоций, а что касается ее чувств, то я недостаточно хорошо знаю эту женщину, чтобы судить об этом. Во всяком случае, по телефону говорим намного чаще, чем видимся. Кстати сказать, эти звонки незаметно стали составной частью моей жизни. Сначала я к ним просто привык, теперь они стали вовсе необходимы. Говорим о чем угодно, иногда подолгу. Постоянно слышу в трубке самые разнообразные звуки. Однажды поинтересовался. Эля спокойно пояснила:

– Занимаюсь домашними делами. Не могу же я столько времени говорить по телефону, сидя на диване. А так – и разговариваю и дела делаю.

Теперь, позвонив Эльвире, обращаюсь шутливо:

– Аве, Цезарь. Моритури те салютант! – что с латыни переводится: «Идущие на гибель, приветствуют тебя, Цезарь!» Как известно, этот римский император отличался тем, что мог одновременно делать восемь дел. Пацан! Куда ему до Эльвиры.

Познакомился с ее сыном. Сам предложил Эле пообедать всем вместе. Сначала он наотрез отказался, ей удалось его соблазнить тем, что она знает ресторанчик рядом, где готовят прекрасный шашлык. Заехал за ними на машине. У подъезда рядом с Эльвирой стоял модный такой чувачок. Рваные джинсы, кроссовки, блестящая курточка замысловатого фасона, я таких даже не видел, кожаная кепка. В машине на мое приветствие он чтото невнятно и явно недовольно буркнул.

– Извини, старичок, я не расслышал, как твое имя.

– Я еще не старичок, я мальчик, – ответил он очень серьезно. Потом сказал отчетливо: – Арсений.

За столом вел себя сдержанно, чтото прошептал матери на ухо. Она предложила:

– А почему тебе не спросить об этом дядю Игоря, он же лучше знает…

– Тогда не надо.

Оказалось, ребенок интересовался, есть ли у нас клубничные коктейли. С едой расправился довольно быстро. Хмуро поинтересовался:

– Когда домой пойдем?

Оживился лишь однажды. Когда я достал, чтобы ответить на звонок, телефон новой модели. Самто я в этом ничего не смыслю, купил то, что продавец порекомендовал. Пока говорил, краем уха слышал, как сын объяснял матери, какие разнообразные функции в этом аппарате. Закончив разговор, положил перед ним телефон:

– Хочешь посмотреть?

Он протянул было руку, потом, резко отдернув, засунул в карман, сказал со вздохом:

– Сломаю.

Эля засмеялась:

– У Арсюши в руках все просто горит.