Чтение онлайн

Собеседник по-прежнему дышал в трубку. Это точно не какой-то извращенец или скучающий подросток-приколист. Звонящий просто ждал. Слушал.

— Кто это? — спросила Дарби.

Пыхтение в трубке прекратилось, звонок оборвался. Я нахмурился, глядя на телефон.

— Никто, — ответил я.

Надо будет набрать Вэл и попросить её о ещё одной услуге, хоть я и так задолжал ей уже десяток.

— Мой номер есть только у тебя, Ставроса, Андера и Майи. И в приёмной врача, — Дарби улыбнулась на последних словах.

Она так гордилась, что наконец смогла дать им свой номер, а сотрудники клиники радовались тому, что теперь у неё есть доступ к телефону. Доктор Парк в кои-то веки прониклась ко мне, поверив в мои благие намерения. Я пропускал обеденные перерывы, чтобы присутствовать вместе с Дарби на каждом приёме, радуясь, что генерал не возражал против этого. Бьянка даже не вникала в причины моего отсутствия. Они знали только то, что моя девушка беременна.

Дарби повернулась, чтобы посмотреть на большие часы, висящие на кухне.

— Это единственное, что мне не нравится в моей работе. Гостиничный бизнес работает триста шестьдесят пять дней в году. Сегодня сочельник, в камине горит огонь, а мне скоро собираться на работу.

— Ты уже говорила со Ставросом?

— Я не могу, — жалобно ответила она. — Тильда всё ещё находится в хосписе. Она протянула на месяц больше, чем ей предрекали. Она может скончаться в любой момент.

— Как она выглядит? — спросил я. Дарби навещала хоспис почти каждый день.

— Как скелет. Она спит большую часть времени. Это так ужасно. Трекс? Не дай мне… Не дай подобному случиться со мной, ладно?

Нежно опустив её ноги на пол, я подсел к ней поближе. Дарби редко заговаривала о нашем будущем. Она не представляла, как это действует на меня. Даже разговор о пугающем конце воодушевлял меня, ведь это означало, что Дарби позволит мне любить себя каждый день нашего пути.

— Мы скончаемся в одно и то же время, в нашей постели, в тепле и радости.

— Я серьёзно.

— Не дам, — пообещал я. — Я никогда не позволю ничему плохому случиться с тобой.

Дарби, казалось, устроил такой ответ, и она прильнула к моему плечу. Мы сплели пальцы поверх её живота, засмеявшись, когда Мэдди повернулась.

— Мы расскажем ей? — спросил я. — То есть… я тут подумал… никто ведь не знает, что она не моя. Мы могли бы… ты могла бы взять мою фамилию и указать её в свидетельстве о рождении. Такое часто бывает.

Дарби молчала так долго, что я начал беспокоиться, не расстроил ли её.

— Или… или ты не хочешь, — быстро добавил я.

Дарби посмотрела на меня. По её носику стекала слезинка.

— Ты что, только что сделал мне предложение? А то получилось как-то так себе, — улыбнулась она.

— Могу попробовать получше, если хочешь, — с облегчением выдохнул я.

— Хочу, — ответила она.

— Правда? Ты выйдешь за меня?

Она кивнула, и я нагнулся, чтобы коснуться её губ своими. Вот теперь я понял, почему Китч притворялся, что его семья жива, и зачем Харбингер много месяцев потратил на терапию, чтобы быть самым лучшим отцом своим детям. Семья была всем. Ради неё стоило отдать жизнь, стоило рискнуть рассудком и побороть свои самые дикие страхи.

— Я не заставлю тебя ждать, — сказал я.

— У тебя пять с половиной недель до дедлайна, мистер.

— Маловато времени, чтобы организовать свадьбу.

— Да кому нужна свадьба? — улыбаясь, спросила Дарби со слезами на глазах.

— Ты не шутишь? — спросил я. Дарби кивнула, и я поцеловал её ещё раз. — Я же говорил, что твоя фамилия будет Трекслер.

Дарби обняла меня. Она крепко сжимала меня, словно мы не виделись целую вечность.

— Я так рада, Трекс, — Дарби потянулась ко мне, прижавшись ко мне щекой. — Безумно рада. Как же мне повезло, что ты считаешь меня той, кого всегда любил. Я надеюсь, что я та самая. Я буду пытаться стать ею изо всех сил.

— Ты и есть она. Без сомнений.

Вот он, этот момент. Вот когда я должен был ей всё рассказать. Дарби была в отличном настроении, она была уверена, что нам суждено быть вместе, и что я был не таким, как тот военный, в чьей любви она не сомневалась. Но был сочельник, и мы говорили о свадьбе. И последнее, чего мне хотелось в тот момент — это признаться, что у меня есть ещё один секрет.

— Мы скажем Мэдди пораньше, что ты её приёмный отец и что ты с самого начала любил её. Если она узнает правду от кого-то другого, Трекс…

— Ты права, — я поцеловал её макушку. — Разумеется, ты права. Иногда меня посещают дурацкие мысли.

— Мне нравится мысль о том, что она будет носить твою фамилию. Что мы обе будем носить твою фамилию, — улыбка Дарби померкла.

— Тебя одолевают сомнения? — спросил я.

Дарби нажала на свой живот сбоку, как бывало, когда Мэдди потягивалась или давила на что-то или когда растягивались связки.

— Ух ты, твой живот сейчас идеально круглый, — восхитился я.

— И жёсткий, — добавила она.

Я протянул руку и поднял её рубашку, прижав ладонь к её коже. Дарби была права. Обычно её живот был мягким, кроме того места, где была Мэдди, но сейчас он весь был словно каменный.

— Это схватки?

— Ложные схватки Брэкстон-Хикса.

— Хорошо, — с облегчением вздохнул я. — А то мы ещё не всё успели прикупить.

Детская комната для Мэдди была почти готова. Она была выстлана ковром, который выглядел, как куча розовых бутонов разных оттенков. Деревянная кроватка была белой, как и стены и кресло-качалка с диванчиком. Стены украшали надписи «МЭДДИ», выполненные золотистым рукописным шрифтом и дополненные бумажными розами под цвет ковра. Одеяльце в кроватке и подушка на кресле были сделаны из ткани того же оттенка розового. Всё было почти так же, как на картинке с сайта «Pinterest», что Дарби показывала мне. Я удостоверился, что у неё есть всё, чего она хотела. У нас были ползунки, пижамки, несколько платьев и полный шкаф детской одежды вплоть до годовалого возраста, носочки, повязочки на голову, подгузники, салфетки, лосьон, детский шампунь, детские щипчики для ногтей, а также синяя пластиковая лампа, о предназначении которой я даже не догадывался, но Дарби была уверена, что она необходима. Коляска стояла в передней кладовке, готовая к использованию. Детское автокресло уже было установлено на заднем сиденье машины.