Чтение онлайн

Поднятыми на неё глазами.

— Какой отряд? — задал вопрос Агрест. — О чем вы?

— Хороший вопрос, парень, — довольно улыбнувшись, отозвалась она. — Отвечать на него я, конечно, не буду. Поскольку всего вам знать не обязательно. Сейчас я могу сказать только одно: я работаю на Сабин Чэн.

Маринетт тут же резко влилась в разговор.

Она поерзала на постели, чтобы сесть ровнее и сипло выдохнула.

Сердце постепенно начало ускорять свой темп.

— Моя мама? — полувопрос-полуутверждение сорвалось с губ девушки и было встречено прямым взглядом женщины.

— Она предводитель нашей группировки, — заметила Молли, чуть кивая головой. — Лучшая из нас.

— Моя мама, — снова повторила не своим голосом Маринетт.

И Адриан заметил, как пронзительный синий взгляд девушки начал тускнеть.

Словно покрываясь невидимой пленкой.

Она смотрела перед собой невидящим взглядом, словно собирала по осколкам какие-то воспоминания.

Ранила ладони, закусывала губы, чтобы не закричать от боли.

Но собирала.

Все кусочки воедино.

— Маринетт, — Молли встала с места и села на колени возле девушки, опуская руки ей на плечи — Ты находишься здесь ради собственной безопасности.

И Дюпэн-Чэн почувствовала, как внутри что-то начало бурно вскипать.

— Безопасности. — тут же повторила она и натянуто улыбнулась. — Безопасности…

— Маринетт, с тобой всё хор…

Адриан не успевает договорить, потому что комнату заливает волнами от её пронзительного вскрика.

— Безопасности?! — крикнула она, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. — Она вколола мне лошадиную дозу транквилизатора! Она отправила меня в больницу для душевнобольных! Какого хрена?!

Молли медленно встала на ноги, одергивая халат.

Она знала, что подобная реакция у девушки будет без вариантов.

Поэтому в который раз поблагодарила свое благоразумие, а не доброе сердце, за то, что решила не развязывать ей руки.

— Маринетт, — ровным голосом попыталась успокоить её Хоуп.

— Я пролежала от этого в отключке два дня! — продолжала кричать Дюпэн-Чэн. — Я поняла это только спустя сутки, когда вспомнила, что врач упомянул о пятидневном критическом состоянии Альи, хотя я помнила всего три!

Маринетт была шокирована.

Безоговорочно, неоспоримо.

Боль от предательства скрежетала нутро.

Дыхание сбилось.

Клокотала в глотке обида.

И её часть выступала на глазах.

Крик.

Хотелось кричать.

Забиться в дальний угол комнаты, поджать к себе колени.

Уткнуться в них носом, зажмурить глаза.

Исчезнуть.

И продолжать кричать в пустоту.

Темную, бездонную.

Пока не сорвется голос, пока не охрипнет.

Чтобы вышло всё то, что гложет глубоко внутри.

Чтобы это её опустошило, почти убило.

И чтобы кто-то сверху тридцать раз подумал, прежде чем вернул её к жизни.

— Твоя мать пыталась тебя защитить, — снова заговорила Молли, когда увидела, что взгляд девочки стал совсем пустым. — Всё это, — она обвела рукой камеру, — твоя защита.

— Да как мать может запихнуть родную дочь в психбольницу, ради её безопасности?! Что за бред?!

— Агрест, поумерь свой пыл, — одернула его женщина, нахмурив брови. — Вы же не знаете и части из того, что от вас скрывают.

Агрест грубо выдохнул, глядя на Молли, а после легонько сжал руку Маринетт.

Но она не отреагировала.

Адриан снова перевел взгляд на Хоуп.

— Не поделитесь, а? — с плохо скрываемой злобой задал вопрос Агрест, выдавив на лице полуулыбку.

— Сарказм фонтаном, — констатировала Молли и встала на ноги. — Но я попытаюсь объяснить то, что мне позволили вам рассказать.

Женщина скрестила руки на груди.

— Сабин действительно пыталась таким образом её защитить, — снова обратилась к застывшей Дюпэн-Чэн Молли. — Акум за всё время работы было истреблено немало, но вот с квами в чистом виде мы работаем впервые. Раздвоение личности… Это мы никак не предвидели. И пока не знаем, как с этим бороться.

Маринетт больно впилась ногтями в предплечья, кусая губы.

Если бы не её слабость той ночью.

Если бы она подумала.

Хоть на секундочку.

О том, что случится в будущем.

Она бы не стала.

Черт возьми, она бы лучше отдала свою жизнь, чем стала бы пить этот эликсир.

Маринетт вдруг вздрогнула.

И сказанные слова Молли только сейчас дошли до её измученного сознания.

Она подняла голову и широко распахнула глаза.

— Акум? — переспросила она. — Вами было истреблено немало акум?

Хоуп дернула плечами.

— Думаешь, что только ты защищала Париж и твой Кот, — хмыкнула Молли, чуть нахмурив брови. — Который, к слову, сидит с тобой рядом.

Она добавила последнюю фразу будничным тоном, словно это было чем-то обыденным.

Маринетт и Адриан снова шокировано переглянулись.

И он как бы глазами сказал: «Она знает. Как?!»

А она словно взглядом ответила: «Вижу. Ничего не понимаю».

— Вы думаете, что истребляли всех акум что ли? — наигранно удивилась она. — Да вы и половины не находили, — хмыкнула Хоуп. — Не говоря уже о жертвах их воздействия в других городах Франции.

Маринетт выдохнула белое облако из легких.

Температура в камере становилась всё ниже, а тела всё выше.

От осознания мышцы словно начали гореть.

Глаза защипало, появился небольшой гул в голове.

— Жаль, не всех удалось от них освободить, — тихо прошептала она, кидая взгляд в сторону коридора.

Адриан непонимающе нахмурил брови.

Он не понял.

А Дюпэн-Чэн…

Фактически дособирала осколки мыслей воедино.

Разодрала руки в кровь, но собрала.