Чтение онлайн

Поскольку дремотное настроение исчезло, князю ничего не оставалось делать, как лежать, да с бока на бок переворачиваться и думать, думать, думать, размышлять, одним словом.

Любое дело в жизни человеческой, да что там дело, даже любая мысль, она всегда две стороны имеют: хорошую и плохую, для делающего и думающего в первую очередь. Чего тогда уж говорить о делах и мыслях государственных? В них и масштабы и последствия совсем другие, совсем не такие, если предположим, с соседом поругался или морду ему набил.

Оно конечно, делать что-то с этим Иваном надо было, но что именно делать, князь пока что не знал. Да и что сейчас сделаешь? Ничего не сделаешь! Вот князь ничего и не делал: ворочался с бока на бок и думал. Оно и понятно, дела, они как правило быстро делаются, а если и делаются долго, то всегда быстро начинаются, а значит, уходят куда-то. А вот мысли и думы, те в человеческой голове остаются надолго, бывает, что на всю жизнь и бывает, что всю жизнь не дают покоя. Сейчас князя больше всего интересовало, как на Иванов фортель отреагируют соседние князья, да цари-государи? В том, что отреагируют, сомневаться не приходилось. Он же отреагировал, а они чем хуже? Это и было первым делом, которое князь собирался сделать, прямо завтра и сделать - разослать всем своим послам да шпионам, тем, кто в соседних царствах государствах, да княжествах, князю службу служит. Пусть всё подробно разузнают, что тамошние государи по поводу Ивана думают и как думают? Пусть тем, кто уже давным-давно с потрохами купленный ещё денег дадут, не жалко, оно того стоит, а тех, кто ещё не купленный, пусть подкупят, тех же самых денег дадут и наобещают с три короба того, что потом можно будет и не выполнять.

Иванова наглость могла быть расценена соседями по-разному, в зависимости от того, как тот или иной государь себя уютно и надёжно на своём троне чувствует. Если кто-то хорошо себя чувствует, тот может подумать, что обнаглел князь соседский, другие княжества захватывать начал, значит не ровен час, до моего доберётся. А как он может до моего княжества и трона добраться? Войну объявить может, но это уж лишком хлопотно, а может такого же Ивана заслать. А те, которые в своём государстве и на своих тронах чувствуют себя неуютно, подумают тоже самое, только в отличии от первых, занервничают и всякие глупые поступки начнут совершать. Воевать князь ни с кем не собирался и не потому, что в ратном деле его княжество было слабым, вовсе не из-за этого. Всего гораздо проще - нужды никакой на это не было, вот и всё. Ещё могут подумать, что это он специально сделал так, что князь Руслан в дочку его, Людмилу, влюбился. А та не иначе, как по воле княжеской, скрылась в неизвестном направлении, вот Руслан и отправился её искать, а княжество своё, выходит, что бесхозным оставил. А Иван, тут как тут и всё, пожалте любоваться.

Наверняка, и князь в этом не сомневался, все цари-князья-государи, все, без исключения, начнут гадать и думать, сколько ещё таких Иванов у князя припасено? Ну и пусть думают, нету у князя их больше, да и этот, случайно получился. Разве что Фролка, но тот для такого дела непригодный: хоть и хитрый до чёртиков, но добрый, а такие в делах государственных только вред приносят.

А вот насчёт Ивана князь нисколько не беспокоился. Неприятно конечно, что слуга, который в верности своей клялся, такое отчебучил, но ничего не поделаешь, придётся потерпеть. Да и действий каких-либо против князя он пока не предпринимает, поэтому пусть живёт, пока пусть живёт. А если вдруг как станет рот свой поганый не в ту сторону разевать, так рот этот очень быстро и закрыть можно будет, а заодно и голову его дурную в кусты отправить, в тенёчке полежать, да отдохнуть. Тот самый заплечных дел человек, на самом деле, он не Иваном был выбран и никаким знакомцем он ему тоже не был. Человека этого к Ивану князь специально приставил и наказал: в случае чего, мол сам знаешь, что надлежит сделать. Заплечных дел человек знал, но поскольку был немногословным, кивнул головой, на том разговор и закончился.

Но самое главное, что не давало покоя князю и всячески его расстраивало, было отсутствие Людмилы в доме родительском. Соседи конечно же приплетут её к тому, что с Руслановым княжеством получилось, ну и пусть приплетают. Зато в распутстве перестанут обвинять, тоже, польза!

"Эх, Людмила, Людмила, доченька моя единственная.
– вздохнул князь.
– И где же тебя черти носят? Ну только появись, не посмотрю, что ты девица и что люблю тебя больше жизни. Выпорю, обязательно выпорю. Сам выпорю!"

И все-таки думы, они очень положительное свойство в себе имеют - не позволяют отвлекаться на вокруг происходящее. Ну а если вокруг ничего не происходит, да и что может происходить в княжеской опочивальне, очень даже способствуют скорейшему засыпанию и крепкому, без сновидений сну, хорошему такому, как в детстве. Одним словом, уснул князь, даже не заметил, как уснул.

Глава II

– Здравия желаю, ваше сиятельство!
– яблочко с тарелочкой совершили положенные им действия и перед Иваном предстала бородатая физиономия Черномора.

– Чего радостный такой?

На этот раз Черномор был не настолько довольный и умиротворённый, как в прошлый раз. Вернее будет сказать, умиротворённость на его лице и бороде присутствовала, но была как бы остаточной, от прошлых радостей жизни полученной.

– А почему бы и не радоваться, ваше сиятельство?

– Рассказывай давай.

– Все идёт по плану...

– По какому такому плану?

– По такому, нами разработанному.

– Ну если разработанному, тогда ладно.
– на самом деле никакого плана они не разрабатывали. Это видать Иван сам его разработал, а Черномора в соучастники взял.
– Ежели так, собирай посольство к царю Салтану, тем более, помнится ты говорил, есть кого послать.

– Есть, ваше сиятельство. Есть.
– закивал головой Иван.

– Вот и хорошо.
– было видно, Черномор слегка повеселел, хоть и до этого угрюмым не выглядел.
– Сам царь Салтан меня не интересует. Это твои дела, о чём вы с ним разговаривать и договариваться будете.

– Меня, ваше сиятельство, он тоже пока не интересует. Может, ну его, а?

– Я тебе дам, ну его! Ты хоть и князь, но не забывай, какой ты князь, а то мигом напомню!
– прикрикнул Черномор.

– Да я это...
– залепетал Иван.
– Я всегда рад стараться, сам знаешь.

– Знаю, потому с тобой до сих пор и разговариваю.
– впервые за время сегодняшнего разговора Иван разглядел на усато-бородатой роже Черномора улыбку.
– Меня интересует Матрена Марковна, есть такая женщина. При нём состоит и девицами его обеспечивает, вот она мне и потребна. Ты-то девиц мне не поставляешь, али забыл уже, или возгордился?

– Никак нет, ваше сиятельство! Нисколечко не забыл! Подожди малость, с делами подразберусь, контингент местный получше узнаю, тогда и встречай, не ленись.

– Ладно, врать-то! Вот покуда ты с делами своими разбираешься и предоставь мне эту самую Матрену Марковну. Понял?!

– Понял, ваше сиятельство! А как я тебе её предоставлю?!

– Ты послу своему задание специальное накажи. Накажи ему, чтобы тот в обязательном порядке встретился с Матрёной Марковной этой и о бочке твоей чудесной рассказал. И сказал бы ей, что если она к тебе в княжество вместе со всеми своими девицами на постоянное жительство не переедет, о бочке той и о том, что с ней связано, царю Салтану известно станет. Думаю Матрёне той голова на плечах ещё надобна, поэтому не должна артачиться.