Чтение онлайн

– Знала я, что и в этом ты будешь настойчив.- Она села, закинула ноги в сапогах на низкий столик.- Так ведь ты и задал мне его только наполовину.

– А где ты воинскому делу обучалась?

– Кой-чему у отца, да и учителя у меня были знатные - из Византии, да из халифатов, да из татарского ханства.

Царевич недоверчиво покачал головой, но сомнений своих вслух высказать не посмел.

– Ладно, душа моя, не серчай. Спрос - не грех. Марья Моревна залпом допила остатки березовицы.

– Аль я не вижу, что расспросы еще не окончены? Где-то в славной твоей головушке засело коварное "но". Иван захохотал, даже в ладоши прихлопнул.

– Ай да женушка! Ай да умница! Ну догадлива! А с чего это, скажи, батюшке твоему вздумалось обучать дочь ратному ремеслу?

– Матушка моя умерла, произведя меня на свет, а отец был не из тех, что вдругорядь женятся. Сказывал, был, дескать, счастлив с одной женою, как не заслужил того, посему не опорочит ее память изменою. Так и остался без наследника. А когда я малость подросла, то выучилась у него и царством править, и войском командовать, как ни один мужчина. Почему бы нет? Кажись, жена у тебя не дура бесталанная.

– Куда там!
– подтвердил Иван, вспомнив, какая участь постигла татарскую орду.- И с кем теперь драться надумала, коль цельными днями ученья проводишь?

– От тебя не скроешься,- усмехнулась Марья Моревна.- Думаю закончить дело, начатое в день, когда мы встретились.

– Опять татары?

– Все то же войско Темирово. Ты и сам подметил, что набеги их не завоевательские, а разбойничьи. Иван-царевич кивнул согласно.

– Так вот, прав ты был. Ильхан полтумена себе оттягал, пять тыщ татар. Три я побила, и знаю, где две остатние. Не нынче завтрева тут будут. И уж тогда...- Марья Моревна сжала кулаки,- тогда я сполна отплачу за милости, моим городам оказанные.

– И этих убьешь?

– Что ж еще с ворогом-то делать?

– За три месяца пять тыщ убитыми?!

У Ивана дрогнул голос. Что б ни сотворила женушка, любовь его к ней никогда не иссякнет. Да и права она, ежели поразмыслить. Дай татарам волю, они камня на камне тут не оставят. А как узнает Великий Хан, что сталось с ордой Мангую Темира, сто раз подумает, прежде чем вновь посылать войска на Русь.

Так уговаривал себя Иван, силясь позабыть о кровавом побоище, коему стал свидетелем.

– Я с тобой!
– выпалил он.

Марья Моревна отказно головой помотала. Иван выпустил воздух через ноздри и про себя выругался, сознавая незавидное свое положение. Положа руку на сердце, никакой он не богатырь, и в резне участвовать ему поперек горла. Однако ж куда это годится: баба воюет, а мужик на печи сидит!

– Свет мой, Иванушка,- увещевала Марья Моревна,- думаешь, не знаю, что тебя гложет? Знаю. Но встретились мы с тобою, когда начала я эту рать, и чует мое сердце: когда окончу ее, потеряю тебя.

Она коснулась руки его дрожащей - не от холода и страха, а от гнева и гордости: ему легче умереть, чем прослыть трусом.

– Предчувствия эти у меня от батюшки покойного, он тоже все наперед знал и никогда не обманывался. Давай условимся, друг сердешный: на сей раз ты останешься тут, подале от очумелых коней да шальных стрел,- так мне спокойней будет. А в другой раз ты войско поведешь, а я останусь в терему тебя поджидать да на пяльцах вышивать. Улыбнулся Иван, да невесела улыбка вышла.

– Ладно, уговор. Но я вышивать не стану - не жди.

– Что ты, Ванюша,- рассмеялась Марья Моревна.- Твое дело царством править, за порядком надзирать. Будь хозяином, одна только просьба...

– Слушаю.

– Покамест это мой народ, не твой. Коли будешь править по-доброму, станет он и твоим. Мы с тобой полюбили друг дружку, оттого что судьба такая, а любовь народа заслужить надобно.

– Иль я с кем из твоих людей недобрым был?
– удивился Иван.

– Нет, этого не скажу. Но ведь ты и не правил до сих пор один-то.

Царевич насупился, угадав истинную причину жениных наставлений.

– Речи Федора Константиновича повторяешь? Он тебя надоумил?

– Он.- Потянулась Марья Моревна к щеке, по которой медленно разливался гневный румянец, и стерла гнев поцелуями.- Слыхала я, как он толковал на свадебном пиру с Дмитрий Василичем. Поди-ка, главные управители повсюду одинаковы, а?

– Да уж, по всему видать,- скривился Иван. Марья Моревна сняла с пояса тяжелую связку ключей ото всех дверей и окон своего кремля.

– На-ка, теперь ты поноси.

Иван взял свинцовое кольцо и едва не уронил.

– Бог мой! И этакую тяжесть ты повсюду таскаешь?!

– Да нет. На что ж тогда челядь? Ты, главное, приказы отдавай им не унижая. А ключи бери только те, в коих у тебя самого нужда случится, связку же предоставь главному управителю.

– Откуда же мне знать, в каких нужда случится?

– Он тебе все скажет.

– А вдруг еще какой занадобится?

– Не занадобится.- Марья Моревна не скрывала усмешки.

– Отчего?
– Он взвесил связку на ладони и тоже хмыкнул.- Ну да, на что ж тогда челядь?

– Молодец, быстро усвоил!

При всем своем величии Марья Моревна пошутить умела, за то Иван ее еще больше любил. Он подвесил ключи к поясу и, комично перегнувшись на один бок, последовал за ней во двор, где уже стояли навытяжку воины.

Бородатые ратники грянули громовое "ура", когда Иван на виду у всех трижды расцеловал свою царственную супругу, водрузил шелом ей на голову и подсадил в седло.