Чтение онлайн

— По многим вашим ролям можно предположить, что вы — просто образец волевой дамы, умеющей преодолевать трудности.

— Да нет же, актерство — это просто такое занятие. Не думайте, что я такая сильная. Просто всегда ставила себе планку очень высоко, пытаясь доказать, что я это смогу. Мне очень везло, что съемки проходили в чудесных местах, открывая какой-то совершенно иной мир, в котором я чувствовала себя как дома. Я играла в лучших дворцах Европы. На экране у меня были романы с Наполеоном, Бальзаком, героями мировой классики... Можно посетить дом Бальзака туристом, а я там крутилась на кухне в роли Эвелины Ганской, польской жены писателя. Какая чудесная у нас профессия: переноситься в разные эпохи, проживая такие разные жизни и еще получая за это гонорар! Я написала книгу «Не все на продажу», которая очень быстро разошлась, готовлю колонки в журналах, меня приглашают участвовать в дискуссиях уже скорее не как актрису, а просто женщину, у которой обо всем есть свое мнение. Скажем, я заработала на рекламе или будучи в жюри польской телепрограммы «Танцы со звездами» супергонорар, но эти деньги не меняют мою жизнь, по магазинам я не побегу. Я потрачу их, только если это будет действительно необходимо, потому что считаю, что всего у нас и так слишком много. Дочери мне говорят: «Мама, мы тебе так завидуем. Для тебя каждая мелочь в жизни была радостью». Я же теперь просто не знаю, какой подарок сделать дочери — у нее все есть.

— О чем думаете, просыпаясь по утрам?

— О своей жизни, об организации дня, обязанностях, которые я сама себе придумала. Каждый день у меня удачный, ведь это зависит только от меня. Живу нормальной жизнью, как и все мои соотечественницы: хожу по магазинам, езжу на рынок, готовлю Каролине обед, хотя дочери уже 45 лет, но мне хочется, чтобы она нормально питалась. Многие наверняка думают, что я у плиты никогда не стояла... Я спокойно отношусь к возрасту и не боюсь прошлого. Может, я не всегда им горжусь, может, не всегда принимала правильные решения, как и любой другой человек. Мы учимся на своих ошибках.

Варшава

Наша Masha

/ Спорт

Мария Шарапова: «Во мне заложен талант, который потерять невозможно»

Она пока не выиграла Олимпиаду, она даже не стала ее призером, но именно ей, Марии Шараповой, недавней первой ракетке мира и обладательнице всех важнейших теннисных титулов, доверено нести российский триколор на церемонии открытия летних Олимпийских игр в Лондоне. Вообще-то это важное и тяжелое (в прямом смысле слова) дело обычно доверяют дюжим атлетам. «Итоги» спросили у Марии, не испугалась ли она столь нелегкой ноши.

— Когда я получила SMS, то должна была прочесть его раз пять, причем не только себе, но и близким, чтобы поверить, что это правда. SMS пришло утром после моего третьего матча на «Ролан Гарросе», и я была просто счастлива принять эту почетную роль. Флаги я никогда не носила и надеюсь, что знамя нашей сборной не будет очень тяжелым (смеется).

— Ведь это ваша первая Олимпиада?

— Да, и участие в Играх — это мечта с детства. Для любого теннисиста быть частью Олимпиады — огромная честь. Я жду не дождусь ее начала.

Эксперты называют 25-летнюю Марию Шарапову одной из главных претенденток на победу в Лондоне. «В одиночных разрядах Олимпиады прежде всего рассчитываем на Шарапову», — подтвердил и капитан российской сборной, президент Федерации тенниса России Шамиль Тарпищев. То, что турнир пройдет на травяных кортах Уимблдона, должно подходить ее атакующему ударному стилю игры. Конечно, 30-летняя Серена Уильямс, выигравшая недавно свой пятый Уимблдон, тоже нацелилась на медаль высшей пробы и кроме нее честолюбивых соперниц по сетке хватает, но Марии Шараповой к этому не привыкать. Ту же Серену она уже побеждала, причем не на рядовом турнире, а в финале Уимблдона. Самое время повторить успех. Да и вообще олимпийский год для Шараповой особенный. Она выиграла недостающий титул на турнирах «Большого шлема» — чемпионат Франции — и вернула себе звание первой ракетки мира, которое впервые завоевала в юные 18 лет в 2005 году.

— Победа в Париже — это совершенно волшебные эмоции! — делится Маша. — «Ролан Гаррос» вызвал отличное от других «Больших шлемов» чувство, он принес с собой больше удовлетворения. До этого, выигрывая турниры «Большого шлема», я думала: «О, как круто!» Теперь все прошло гораздо спокойнее, и я не нуждалась в грандиозных отмечаниях. Я просто три дня ходила и не могла перестать улыбаться.

Повод для улыбок был самый подходящий, учитывая долгий путь к победе, который пришлось пройти. Четыре года назад у Маши обнаружили травму плеча, из-за которой была пропущена Олимпиада в Пекине. Наслушавшись разных советов, она решилась на операцию. В 21 год. Позади было три выигранных титула «Большого шлема», первый из которых, уимблдонский, она покорила в нежные 17 лет, звание первой ракетки мира и центральное место на подиуме славы, а впереди — полная неизвестность и скорее нет, чем да тем большим целям, которые она себе наметила.

— Самым трудным было признать, — вспоминает Мария, — что уже невозможно выступать на прежнем уровне. Бывает, поставишь себе какую-то цель, но люди осадят: «У тебя ничего не выйдет». В моем случае получился просто «стоп-сигнал». Игра в полную силу вызывала сильную боль. Про какие победы на высоком уровне тут можно говорить? Затем долгий процесс возвращения и все те поражения, через которые пришлось пройти... Я знала, что способна на гораздо большее. Я также знала, что победы вернутся, потому что в возвращение был вложен огромный труд, но еще и потому, что была уверена: во мне заложен талант, который потерять невозможно.

Уверенность в этом дает ее уникальная закалка. У нее не было богатого папы или влиятельного деда, не было даже квартиры в Москве, которую можно было бы заложить в счет будущих побед. Ее родной дом мог находиться в Гомеле, который в 1986 году накрыл Чернобыль. Отец, Юрий Шарапов, сразу понял, чем грозит взорвавшийся ядерный реактор, и увез беременную жену на другой конец страны, а потом сохранил и развил в ребенке талант, переехав с дочерью в самую благоприятную для тенниса страну.

— Мы оказались во Флориде, потому что там были самые лучшие условия для тренировок, — объясняет Мария, и с ней трудно не согласиться, потому что на российском снегу, что лежит у нас по полгода, в большой теннис не особенно-то и сыграешь.

На свою родную страну, которая по жизни больше била, чем ласкала, Юрий Шарапов не только не озлобился и не обиделся, но и дочь воспитал на Пушкине и Толстом без привлечения скаутов и учебников типа «история мира по-американски». Заокеанская пропаганда обошла Машу стороной. Ее школой были разноязыкие корты международной теннисной академии во Флориде. И если не сломалась тогда, девочкой, оказавшейся в чужой стране и без денег, то почему она должна отступать сейчас, став взрослой сильной женщиной. И она не отступает.