Чтение онлайн

Значит, поймали кого-то из наших.

– Рамирес, где Уилл? – окликнула меня Мария.

Сказать, что я бросила его у ручья? Сложно отказать в удовольствии вызвать ее гнев, но это слишком подло после сегодняшних новостей.

Я развела руками и уже приоткрыла рот, как возник Уилл.

– Полагаю плохие новости?

– Зайдите вдвоем ко мне.

Мы переглянулись. Вспомнив, на чем закончился наш разговор, мои щеки стали гореть. Я направилась за Марией.

– Поймали только одного, – сообщила она.

– Такое случается, – пожал плечами Уилл.

Мне бы хотелось относиться к этому проще. А что остается? Все уже давно приняли, что такое будет случаться. Но мне от этого не легче.

– Никогда не случалось, чтобы подставляли своих! – гневно воскликнула Мария.

А это уже серьезно. Стоит об этом кому-то узнать, как вся организованность, что выстраивалась годами, рухнет.

– Кто это сделал? – спросила я.

– Дарен и Мирай.

Я демонстративно вздохнула. Не выносила этих типов. Дарен нахал, что звал меня подставной крысой. Он давно заслуживал, чтобы я проехалась ему по лицу, но Уилл берег мои руки. Мирай всегда в тени Дарена, никогда не оспаривающий его мнения. Просто бесил своим ухмылками, после каждой реплики Дарена.

– Зачем они это сделали?

– Колин раскрыл, что они уже давно работают на Республику.

– Как это?

– Деньги, Кристина. Знаешь, сколько стоит в Республике человек с лавитенскими корнями?

Понятия не имею, подумала я про себя. Спрошу потом Уилла.

– Колин? – уточнил Уилл.

– Да.

Он слабо кивнул, и желваки дернулись на его лице. Я не имею понятия кто такой Колин. Никого не знаю из повстанцев по фамилии. Вот и хорошо.

– Где они сейчас? – произнесла я после минутного молчания.

– Пойдешь вершить правосудие?

– Не радует перспектива, что эти двое разгуливают и сдают людей тиранам! – уже кричала я.

И тут же пожалела. Да и что я сделаю, если их найду? Действовать под влиянием эмоций не хочу. Не буду себя уважать потом.

– Я буду только рада, если ты их найдешь.

Позже, уже перед сном Уилл сообщил подробности.

Колин, Дарен и Мирай отвечали за погрузку провизии в лагерь. Он застал их за разговором о предполагаемой девушке лавитенки из Эллингтона. Дарен был впечатлен обещанной суммой и поделился этим с Мираем. Если они найдут ее, то Республика развяжет войну.

Уилл сам недоуменно качал головой, когда это рассказывал. А меня пугало количество государств, выходящих на арену конфликта, сути которого, я так и не смогла уловить.

Колин отправлял нашим сообщение об этом, когда получил удар по голове. Дарен и Мирай скрылись, а Колина нашли люди Кано. Уилл видел записи с камер. Он знал Колина. По глазам вижу, он хочет, чтобы и я поняла кто это, но я отрицательно покачала головой.

Уилл пожелал спокойной ночи и вышел из комнаты.

Каждый остался со своим горем и вопросом.

Три часа первым классом на поезде и открывается из окна вид, на залитый солнцем, океан.

Я дал прислуге час на сборы и забронировал билеты в купе среднего класса. Всего семь человек, чьи семьи пострадали.

За минуту до посадки я заметил Гвэн. Ее проницательные глаза осудили меня лучше любых слов. Разве села бы она в этот поезд, если бы не моя личная выгода?

Она понимала, что я даже недостоин ее благодарного взгляда.

Мне же ясно, что для нее я не буду совершать подвигов.

Было приказано покинуть дома, где прошли облавы и ничего не трогать. Ист-Голт составлял пять городов и пострадало около десяти домов в каждом. Гвардейцы предоставили названия улиц, фото и карту, с отметками мест происшествия. Пятьдесят красных точек распределены равномерно. Словно атака произошла по всей местности.

Это наша земля. Наши дома. Мы их вернем, – вспомнил я слова Тома.

Я поверил ему еще до этого события. Сейчас оно твердо убедило меня в том, что эта земля не наша и близится неминуемый конфликт.

Как от меня ожидалось, произнес речь на центральной площади и ответил на несколько вопросов журналистов. Как меня научили, я заверил, что виновные уже несут свое наказание и ситуация взята под контроль.

Они мне поверили. Человеку, который не верил собственным словам.

В каждый дом я распределил по два гвардейца. Их задача – оценить ущерб, поговорить с жильцами о том, что пропало и пропало ли что-то вообще. Мне неудобно загружать их этой работой. Но приходится создать видимость расследования.

Я приказал отвезти меня на улицу Пристани. Там пострадал один дом – восемьдесят восьмой. Конец города, неподалеку от железнодорожной станции. Этим я объясню свое решение проверить дом именно здесь.

От набережной улицу отделял парк. Дома расположены по обе стороны. Двухэтажные, выбеленные, с небольшими двориками. Улица широкая, и я вспомнил, как Том упоминал, что на ней они играли футбол.

Пристань 87, предпоследний. Какая-то пожилая женщина в садовых перчатках подрезает цветы у стены дома. Рядом, очевидно, ее муж, красит рамы окон. Догадываются ли они, кому по праву принадлежит этот дом? Здесь сломалась жизнь Тома.

Следующий дом восемьдесят восьмой. Дом Мии. Здесь недавно были повстанцы.

Меня встретил пожилой мужчина и пригласил войти.

– Ушел в кондитерскую, – начал свой рассказ он. – Возвращаюсь, а калитка не заперта!

Я невольно улыбнулся. Старик произнес это с чувством, вскинув руки.

– Я всегда ее запираю! Более того! Делаю фото. И закрытой двери и калитки.

Он надел очки и дрожащими пальцами отыскал в смартфоне эти самые фото.

– Вот видите! С памятью-то уже беда. Чтобы лишний раз не волноваться и домой не возвращаться, – засмеялся он своей рифме.