Чтение онлайн

— Значит, это был космический пришелец? — спросил я уже бесцельно.

— Кто же еще?

— Откуда знаешь, что он тебя изнасиловал?

— Если забеременела…

Неужели такой материал отправлять в прокуратуру? Чтобы она, прокуратура, вымерла от смеха? Ведь первым делом ее надо отправлять на гинекологическую экспертизу с главным вопросом: «Имела ли гражданка Пашкова половой акт?..» С кем? С пришельцем из космоса?

— Таня, у тебя друзья есть?

— Одна подруга.

Я записал адрес. Вопросов у меня больше не было. Нет, один был:

— Таня, ты хочешь, чтобы уголовный розыск этого пришельца изловил?

Мы посмеялись — вместе. Она спросила:

— Но ведь что-то в таких случаях делают?

— Да, вызывают психиатра.

Мы посмеялись — вместе. Выпроводив девушку из кабинета, ее заяву и объяснение я засунул в сейф под груду инструкций и приказов — это зовется «сокрытием материалов от учета». За это выгоняют со службы.

Оперативная работа крутила меня дальше, как стиральная машина крутит бельишко. Татьяна Пашкова не появлялась, и про упрятанный материал я старался не думать. Удивляло, что о нем не вспомнил и майор. Пошутил, и хватит. Правда, иногда подкидывал какой-нибудь космо-мистический факт, который меня не задевал, потому что не умещался в сознании.

Если в обществе прибывает информации, то прибывает ли знаний? А если прибывает знаний, то откуда же столько дури? Как сочетается Интернет с колдунами? Вещуньи, экстрасенсы, гадалки, лозоходцы, звездочеты, знатоки кармы печатаются, выступают по радио и вещают с экранов телевизоров, и всем этим занимаются не безграмотные старушки, не наивные девицы и не ошалевшие пьяницы… Интеллигенция. Точнее, люди с высшим образованием.

Интересно, Высший художественный колледж дает высшее образование?

Не знаю зачем, я достал спрятанный материал, полистал, почитал и вновь спрятал. Надеялся, что «летающая тарелка» его уволокла? И чтобы уволокла, положил не в теснину бумаг, а поближе, поверху.

Оттого ли, что материал теперь попадался на глаза, или хрен его знает отчего, но меня эти бумаги начали чем-то беспокоить. А ничем. Нет, чем.

Я взял листки и стал перечитывать. Заявление, написанное ее рукой… Объяснение, написанное моей рукой… Может ли здравая женщина заявить, что ее изнасиловал инопланетянин, да еще и пойти с жалобой в милицию?

Я запросил диспансер: на психиатрическом учете Татьяне Пашкова не состояла. И улетел в Новосибирск проверять алиби подозреваемого в убийстве жены. Статистику я не смотрел, но иногда мне кажется, что чаще всего убивают не бандитов и не предпринимателей, а жен. И знаю почему: слишком они терпимы к пьяницам.

Оперативник без сейфа, что пиджак без карманов. Что карман без денег. Я отсутствовал две недели. Хотя сейф закрыт и опечатан, распахиваешь его так, словно ждешь увидеть что-то новенькое и необычное.

Увидел я материал Пашковой. Теперь знал, чем он меня тревожит — недоделанностью. Чего-то, вытекающего из текста бумаг, я не проверил. Видимо свежий сибирский воздух мою голову проветрил…

Адрес. Пашкова жила в доме номер пять по улице Свободной. В их двор опускалась «летающая тарелка», о чем участковый сообщал в рапорте, который мне показывал майор.

В канцелярии рапорт нашелся. Улица Свободная, дом пять, двор… вмятины на почве, тридцать микрорентген… Четверо жильцов видели…

Я изловчился со временем и вечером побывал в этих квартирах. Расклад такой. Одна бабушка что-то видела, а что, не знает; вторая бабушка вообще ничего не видела, участковому ничего не говорила и, слава Богу, жизнь прожила и под судом и следствием не состояла; мужчина видел, но это был свет суперфар «нового русского»; студент же объяснил, что во дворе мальчишки взорвали какое-то пиротехническое устройство…

Свет суперфар, а в квартиру проник инопланетянин? Взорвали пиротехническое устройство, а Пашкову изнасиловали?

Я вызвал ее по телефону.

Поздняя осень: ночью минус, утром ноль, днем плюс. Отопительный сезон еще не открыли, и раздевалка в РУВД не работала. Это я к тому, что мне хотелось видеть ее фигуру, но Пашкова пришла в просторном голубом плаще с множеством пряжечек и кнопочек какого-то синего металла.

— Красивый плащик, — начал я разговор.

— Голубой, цвета одиночества.

Я искал следы беременности. Говорят, на лице случаются пятна… Их не было, а живот скрывал цвет одиночества.

Она спросила:

— Зачем вызвали?

Нелогичный вопрос для человека, подавшего жалобу в милицию; логичный вопрос для человека, которому в милиции не поверили.

— Как протекает беременность? — выдавил я, по-моему, идиотский вопрос.

— Скоро четыре месяца.

— Чувствуете себя нормально?

— По-моему, они меня посещают.

— Кто? — неуверенно спросил я, потому что просил участкового посетить ее.

— Инопланетяне.

— Теперь-то зачем?

— Подпитывают во сне.

— И опять прилетает «тарелка»?

— Нет, аппарат, который изгибается под углом и не имеет тени.

Пашкова изменилась. Уверенность в голосе и в движениях. Глаза, которые слабо просматривались под ресницами-махаонами, как бы слегка выползли на свет божий — карие глаза, в тон густо-кофейных волос. Губы… Какой кренделек? Алые стрелы, нацеленные двумя краешками рта в две разные стороны.

Татьяна раскрыла сумочку и протянула мне вырезку из газеты. Статья «НЛО во дворе». Я сразу узнал стиль репортера Колечкиной. Насмешники, где вы — ау! Неопознанный летающий объект приземлился на улице Свободной…» Я хотел прочесть всю статью, но Пашкова дала другую вырезку из другой газеты: «Критики паранормальных явлений посрамлены…» И дальше про сексуального инопланетянина.

Я буркнул:

— Еще есть?

— Дома, статья в журнале. Я работу бросила.

— Почему?

— Некогда, сплошные выступления.

— Где же? — По поводу чего я догадался.

— В жилконторах, в школах, в научных учреждениях…

— Каких?

— Завтра делаю доклад в Обществе космических парапсихологов.

— А есть такое?

— Оно входит в Академию кармы.

Ее глаза сияли карим блеском. Мои глаза, видимо, потускнели. Так на них давило недоумение. Заниматься проверкой этого материала и дальше?.. А если она забеременела от какого-нибудь Владика или Алика? Я стану посмешищем. Не заниматься дальше проверкой этого материала?.. Прослыву отсталым, старомодным и прочим коммунякой.