Чтение онлайн

— Да это же тот знак, что нашел Илья…

Вдруг сзади нас вспыхнул свет — это неугомонный Семен сфотографировал интерьер храма.

К нам тут же стал приближаться недовольный служитель, и мы, оставив гида и толпу экскурсантов, вышли во двор.

Присев на скамейку возле входа, я спросила Анжелику:

— Ну и что из этого вытекает? Знак троицы, очень известный в христианстве. Что это тебе дает?

— Как ты не понимаешь, Валерия! Во-первых, этот знак на саркофаге доказывает, что в нем был похоронен кто-то, имеющий отношение к христианству. Это не египетские иероглифы, а просто незнакомое пока нам письмо. Его надо расшифровать, и мы найдем убийцу Илюши.

— Убийцу ищет полиция, а мы с тобой отдыхаем, ездим по святым местам, — пыталась я урезонить Анжелику.

— Нет и нет! Илюшу убил тот, кто не хотел, чтобы он открыл тайну саркофага. Мой муж был на пути к этому. В его компьютере стоит программа-дешифратор! Просто у меня мало знаний. Я уверена, что он все предугадал.

К нам уже подходили экскурсанты. Мне стало неловко.

— Успокойся, Анжелика, мой друг, его зовут Денис, прекрасный программист. Мы вернемся, он прочитает Илюшину программу и расскажет тебе обо всем. Хорошо?

— Моих мозгов хватило только на то, чтобы переписать данные на дискету, — она, всхлипывая, полезла в карман широкой юбки и достала черную пластинку. — Я там ничего не понимаю…

— Ничего, ничего, все утрясется.

Нас окружили туристы.

— Что случилось? Вам плохо? — спрашивали они наперебой.

— У нас есть таблетки, — хором сообщили супруги.

— Нет, спасибо, уже все в порядке, — я повела Анжелику к автобусу.

Вечером нас привезли в гостиницу на берегу Кинерета — Тивериадского, или Генисаретского озера. У него много названий. На следующий день нам предстояла прогулка на яхте и осмотр достопримечательностей на берегу. Поужинав, мы с Анжеликой улеглись на твердых ортопедических кроватях. Расчесываясь на ночь, я спросила:

— Расскажи мне, как ты стала харамиткой. Я немного прочитала в Интернете о Бенджамене Уорнере, но так и не поняла, чем все-таки он отличается от других.

— Ну что ты, Валерия, Бенджамен — великий человек! Он ясно и просто рассказал миру, чего ждать, к чему стремиться и чего опасаться.

— И чего опасаться?

— Второго пришествия…

— Что? — недоверчиво переспросила я и рассмеялась. — Вот уж чего опасаться не следует, ведь оно никогда не настанет.

— Так думают многие, от которых скрыта истина, Валерия, и ты, к сожалению, не исключение. Второе пришествие может произойти, и оно будет рукотворным.

— Подожди, если ты на правильном пути и не грешишь, и веришь в Бога, то зачем тебе и твоему Бенджамену бояться второго пришествия? Наоборот — достигнете вечного блаженства или как оно там, а все грешники будут посрамлены и наказаны. Верно?

— Это будет пришествие со знаком минус…

— Не понимаю, — я покачала головой, — ты можешь объяснить подробнее?

— Ты слыхала, что была попытка украсть Туринскую плащаницу? — спросила Анжелика.

Об этом мне было известно только из файла «Магдалина». Но я не раскрыла карты.

— Нет, а зачем ее надо было красть? Она что, стоит дорого?

— Она бесценна. И именно тем, что на ней остались капли крови Иисуса.

— Ну и что?

— Ты помнишь, когда мы были в храме, то там построены два этажа — нижний, темный и без окон, а верхний — светлый, — Анжелика, воодушевленная собственной речью, села на кровати. — Эти этажи отображают сущность Спасителя — темную, физическую жизнь и светлую, духовную. Ну не дураки же эти францисканцы, что так построили храм на святом месте.

— Да, но при чем тут Туринская плащаница?

— А при том, что при сегодняшних открытиях в области генетики и биологии из капли крови с плащаницы выделить ДНК и «ин витро», то есть в пробирке, создать нового Христа — это уже не фантастика. Это реальность!

— Но Христос — не овечка Долли…

— Какая разница, — пожала она плечами, — главное, они получат клон, человека, ничем не отличающегося от того, настоящего Христа!

— Кто они?

— Сатанисты…

— И что тогда будет? — спросила я, чувствуя винегрет в голове. Фантазия заработала на всю катушку. В воздухе запахло серой, призрачный бас загрохотал: «Омен-н», и вообще все происходящее напомнило мне мистический фильм сорта «би-муви». Интервью с мессией в прямом эфире, аршинные заголовки в газетах, чудеса, достойные Дэвида Копперфильда, фанатики и апостолы — все смешалось в один причудливый и яркий клубок.

— Да пойми же ты, Валерия, родится младенец, и это будет дьявол, а не бог. Понимаешь?

— Нет, — я была несколько разочарована. Мне представился канонический образ Христа, примерно моего ровесника. Я совершенно выпустила из вида, что дети и из пробирки получаются сначала в виде младенцев.

— Вся его божественная суть останется на небе, а на Землю спустится темная физическая ипостась. И вот против этого боремся мы, харамиты. Мы не признаем второе пришествие и стараемся ему помешать. Нас ненавидят и убивают. Илюшу убили именно эти… Биологи.

— Сатанисты? — уточнила я.

— Не знаю… Но то, что его нашли завернутого с головой, в саркофаге… Нет, это все неспроста. Давай спать, Валерия.

— Спокойной ночи, Анжелика.

Выключив бра, я отвернулась к стене.

Утром меня разбудил сильный стук в дверь.

— Вставайте, госпожа Вишневская!

— Что происходит?! — Со сна я ничего не могла понять.

В комнату вошли администратор гостиницы и полицейский.

— Госпожа Вишневская, одевайтесь и пойдемте с нами. Мы подождем в коридоре.

— Черт побери, вы можете объяснить, что случилось и к чему такая спешка? — Я бросила взгляд на кровать Анжелики. Она была пуста. — Где Анжелика?

— Госпожа Долгина в реанимации.

— Что?

— Вот по этому поводу мы и хотим задать вам несколько вопросов.

Путаясь в штанинах джинсов, я с трудом натянула их на себя, схватила футболку, сполоснула лицо и выскочила из номера.

— Отведите меня к ней! В какой она больнице?

— Сначала проверьте, пожалуйста, ее вещи, все ли на месте? — Полицейский был вежлив, но настойчив.