Чтение онлайн

— Я смотрю вы, Илья Алексеевич, зря время не теряли, — добродушно хмыкнул Мещерский, поглядывая на мою грудь.

— Да и вы, Аркадий Юрьевич, как я посмотрю, в полковых мастерских не очень-то и засиживались, — на его мундире поблескивали боевые ордена.

— Да, было дело… — с грустью выдохнул Мещерский, но тут же переключился в режим наставника. — Стоять рядом, от меня никуда не отлучаться.

Долго скучать не пришлось, буквально через несколько минут прозвучали фанфары и на середину зала в сопровождении своих замов вышел командир полка.

— Господа! Сегодня мы все здесь собрались по знаменательному поводу — в очередной раз нам удалось отбить нашествие на наши форты в Топи. К глубокому сожалению, не обошлось без потерь. Вечная память тем, кто сложил головы сражаясь с нечистью!

После недолгой паузы он продолжил:

— Тем не менее жизнь продолжается и сегодня мы чествуем особо отличившихся в этих, не побоюсь этого слова, кровопролитных сражениях!

Ещё минут пятнадцать полковник возвеличивал непроходящую роль командования и личный героизм офицеров при отражении нашествия. После него выступило несколько командиров подразделений, по сути, не сказав ничего нового. Я уже подумывал как бы незаметно затеряться в толпе гражданских, которые с любопытством поглядывали на бравых офицеров, как внезапно объявили процедуру награждения. Честно говоря, я совсем не понимаю зачем меня сюда пригласили: никакого отношения к офицерам полка я не имею, да и званием не вышел — числюсь в нижних чинах. Тем сильнее было моё удивление, когда в самом конце церемонии прозвучало моё имя.

— Старший унтер-офицер Илья Алексеевич Новик! — раздался зычный голос адъютанта командира полка.

Рядом стоящий Мещерский ободряюще ткнул в плечо. Пришлось вспоминать занятия по строевой подготовке и печатным шагом продефилировать к центру зала.

— Старший унтер-офицер, будущий маг-артефактор, проходит у нас стажировку и непосредственно участвовал в боевых действиях по отражению нашествия в одном из фортов, проявив при этом незаурядное мужество, — не унимался адъютант.

Командир полка с плохо скрываемым удивлением прикрепил на мундире Георгиевский крест 4-й степени. Не скрываю, было приятно — всё же первый боевой орден! По сути, вручение ордена должно было происходить непосредственно в части, так как крестом 4-й степени награждают только нижние чины, но, судя по всему, командование полка решило сделать ответный шаг за моё нежелание раздувать скандал, да и в скором будущем стану полноценным офицером, так что на этом празднике не совсем уж я и чужой.

После небольшого фуршета начались танцы. Молодёжь резвилась в торжественном зале, а офицеры в возрасте и гражданские лица со значимым выражением лица растворились в прилегающих помещениях. Ради интереса я заглянул в некоторые и обнаружил там компании по интересам: кто-то предпочёл шумной компании кабинетную тишину и степенный разговор, кто-то толпился у бильярдных столов, немногочисленное женское общество, разбившись на несколько кучек, активно перемывали кому-то косточки…

Долго шляться без дела мне не позволили. Две наиболее смелых девицы перехватили меня возле очередных дверей и сразу же потащили в тожественный зал. Как выяснилось, сёстры Даша и Маша просто мечтали со мной потанцевать. Между прочим так и сказали… Пришлось вспоминать всё, что знал по части танцев. Вроде бы не опозорился…

Сестрички плотно насели на меня и не выпускали из своих цепких ручек, попутно отсекая всех других претенденток на предмет познакомиться и танцев. Двойняшкам только-только исполнилось по шестнадцать и считали себя невероятно взрослыми.

— Илья Алексеевич, а вам не было страшно в форте?

— А скольких тварей вы убили? — щебетали девчонки в перерывах между танцами.

Я как мог отнекивался, но всё было бесполезно. На своё несчастье, я попал на болтушек, которым совершенно не важно было, что я им отвечу. Зачастую, на вопрос одной отвечала вторая, а я лишь обозначал непонятные междометья и как ни странно, такой стиль общения моим напарницам пришёлся по душе.

Когда выпадала свободная минута между танцами меня чинно водили по залу. Вид, при этом у девиц был горделиво-величественный. Неоднократно замечал иронично-сочувствующий взгляд парня, который неявно следил за нами и каждый раз обозначал себя, как только рядом появлялись слуги с подносами полными бокалов с "веселящими" напитками.

— Кто это? — не удержался я от вопроса.

— Братец наш, Вацлав, — наморщила носик Даша…

— Папенька с маменькой наказали следить за нами, — вторила ей недовольная Маша, — будто мы дети малые.

— А кто у нас папенька?

— Коллежский асессор Сигизмунд Павлович Лыщинский, — с гордостью произнесла одна из сестёр.

М-да… попал… Такой ведь и оженит, ежели ему что-то покажется. Вот и сочувствующий взгляд Вацлава тому в доказательство. Надо же так вляпаться! Линять от сюда нужно и как можно быстрее, но похоже, я опоздал! Сестрички будто что-то почувствовали и вцепились в меня мёртвой хваткой. Пришлось до самого закрытия торжества изображать из себя галантного кавалера. Напоследок двойняшки взяли с меня слово, что я непременно в ближайшее время должен появиться у них в доме, так как мне просто необходимо влиться в местное высшее общество. Стоящий рядом Вацлав ухмыльнулся и пожав мне руку, прошептал на ухо:

— Даже не надейся… Просто так они от тебя уже не отстанут.

Некто спросил: «Правильно ли говорят, что за зло нужно платить добром?» Учитель сказал: «А чем же тогда платить за добро? За зло надо платить по справедливости, а за добро — добром» (Конфуций)

Довольно неприятно, когда за спиной ощущаешь чей-то взгляд. Уже второй день кто-то не спускает с меня глаз. Нет, у себя дома всё спокойно, но стоит только выйти за околицу, как кто-то опять утыкается мне в спину. Придётся с этим разбираться…

Сегодня я решил немного побродить по городу, перекусить в каком-нибудь ресторанчике, может быть даже забреду в синема, если настроение появится… Но, этим планам, судя по всему, сбыться не суждено — непонятные наблюдатели сегодня уж очень настырны. Резко ускоряюсь и ныряю в первый попавшийся пустынный переулок. Наплевав на приличия, прячусь за густым кустарником, разросшимся вдоль водосточной канавы. Лежать на влажной земле, да ещё рядом с давно не чищенным стоком то ещё удовольствие, благо ждать долго не пришлось. В проулке нарисовался запыханный малец, а спустя ещё минуту появился и второй. Так вот почему я не смог вычислить любопытствующих! Я больше высматривал среди подозрительных, как мне казалось, мужиков, реже обращал внимание на женщин, а на ребятню вообще не смотрел.

Между тем, подростки лет 10–12, что-то активно обсуждали, махая во все стороны руками. И без слов было понятно, что мальцы выясняют, кто виноват в потере "клиента". Так толком ничего и не выяснив, они дружно припустили в другой конец переулка. Когда мои "топтуны" поравнялись со мной, то я с удивлением понял, что лица их мне знакомы. Где-то я их уже видел, вот только где? Как ни пыжился вспомнить, так и не смог. Ничего кроме рынка в голову не лезло. Вот только там их такая орава, что сразу не сообразишь, когда и в каком месте они могли на глаза попасться.