Чтение онлайн

— Почему никто другой не заметил этого? — не могу не спросить я.

— Возможно, потому что я смотрела на него другими глазами, — тихо произнесла она, заставив мое сердце дрогнуть от боли. — Тебе пора уходить, Итан.

— Лиса…

— Прямо сейчас. Я ничего больше не хочу слышать ни о твоих сожалениях, ни о грандиозных планах твоего босса.

Стиснув челюсти, я неотрывно смотрю на ее темный силуэт на фоне окна.

— Я оставлю тебе телефон. На случай, если ты будешь в опасности, или вдруг понадобится моя помощь. — От внутреннего волнения мой голос звучит немного резко. Я кладу на стол смартфон. — Там сохранен только мой номер.

— Я не буду тебе звонить, — категорично и твердо отвечает Алисия.

— Мне будет спокойнее, если он будет у тебя, — настойчиво произношу я я. — Береги себя, Лиса.

[Реджина]

Дверь за Хемптоном закрывается, и я вздрагиваю, ощущая, как нервная дрожь охватывает тело. Мне так хочется расплакаться. Слезы уже близко, но я сдерживаю их. Еще не время распускать слюни. Мне о многом нужно подумать. Просчитать свои шансы, если, конечно, они есть.

Береги себя… Легко сказать. Судорожно втягиваю воздух через нос и медленно выдыхаю. Прямо сейчас необходимо успокоиться. Я не могу, не имею права вернуться домой в таком состоянии. Нейтон сразу поймет, что со мной что-то не так. Мне пришлось солгать ему. Солгать моему мужу, который доверяет мне, как самому себе. Мужу, который ни разу меня не подвел, выдержал битву за меня со своей семьей. Если бы он только знал…

Черт, они снова меня втянули. Долбаный Розариум с его марионетками. Ядовитые цветы... Если бы это действительно было так, то весь мой яд достался бы одному человеку. Перриш. Как я могла думать, что в нем есть хотя бы толика человечности? Я не знаю, что он такое, и больше не хочу знать. Если бы мне дали в руки оружие и попросили убить — я бы сделала это. Без сомнений. Без раздумий. Выпустила бы всю обойму. И когда я представляю, как спускаю курок, стискиваю зубы от ярости или предвкушения. Я молю Бога о таком шансе. И понимаю, насколько тщетны мои мольбы. Перриш всегда выходит сухим из воды.

К Итану у меня не осталось ненависти или затаенной злобы, хотя именно он повинен в том, что я оказалась в ловушке Перриша. Я проклинаю тот день, когда повелась на смазливое лицо и накачанное тело Хемптона. Гребаный утренний кофе. Все началось с него. Как он смеет теперь говорить о своих сожалениях? Как он смеет извиняться? Хотя, в чем-то я сама виновата. Сложно отрицать очевидное. Я совершала ошибку за ошибкой, потворствуя своему эгоизму, своей похоти, а потом и алчности. Квартира, машина, новая жизнь. Я думала, что вытащила лотерейный билет. А задания? Ничего, другие же справляются. Перриш заставил меня почувствовать себя сильной, уверенной, обновленной. Он говорил со мной почти на равных, так, словно ему интересно то, что я говорю.

Я много раз думала… Почему другие выжили? Почему Мак справилась? И она никогда не выглядела несчастной или опустошенной. Он поселился в каждой и каждом, заполнил их своими идеями, мыслями, своей бредовой философией. Он поразил их, как вирус, и стал единственной вакциной от полного разрушения. Я же тоже чувствовала это, его вторжение в мое сознание, душу и сердце. Но я воспринимала все иначе. Ощущала себя другой, не похожей на них, особенной. {Он заставил меня поверить в то, что я особенная. А потом избавил от иллюзий.}

Глупая, глупая Алисия Лестер. Ты правда думала, что заслужила то, что сейчас имеешь? Слишком высока цена... И мне придется платить по счетам. Никому не интересно, что будет со мной потом. Как бы я не сопротивлялась, как бы не пыталась отрицать очевидное. Процесс уже запущен. Я чувствую, как дрожат стены и сотрясается земля. Еще немного, и мой мир рухнет. Погрузится в хаос, рассыплется, как карточный домик. Мысль о том, что даже мой брак с Нейтоном может быть частью плана Перриша кажется дикой, безумной, отдающей паранойей. Так не бывает. Он не капризный купидон, чтобы забавы ради стрелять в сердца других, заставляя их любить друг друга. Но разве с Итаном не сработало?

А со мной?

Я до сих пор чувствую, как саднит обломанная стрела в сердце. Она все еще там, не зарастает, кровоточит в момент, когда я остаюсь наедине со своими мыслями и страхами. Я так хотела полюбить Нейтона так, как он этого заслуживает, и часть моего сердца, здоровая, не пробитая насквозь, любит. Любит по-своему, наполовину. Мне хочется плакать от отчаянья, потому что этого недостаточно. {Я жива наполовину, наполовину счастлива.} Прижимаюсь лбом к холодному окну, плотно закрывая веки. Двадцать седьмой этаж, и я снова ощущаю тяжелейший дискомфорт, когда смотрю вниз, на уменьшенные фигурки людей и машин. Судорожно сглатываю непролитые слезы. Стираю ладонью облачко пара от моего дыхания на стекле.

Мне некуда бежать и не у кого просить помощи. Итан… Он никогда не был достаточно силен, чтобы защитить меня. А если я обращусь к мужу, то потеряю его.

{Как мне остановить Рэнделла Перриша? Что мне сделать? Какие слова использовать? Как убедить его оставить мне мою половинчатую счастливую жизнь?}

Черт, любая моя попытка сопротивления закончится провалом и крахом. Моя дочь вырастет без матери. Или меня заменит другая женщина, подходящая под завышенные критерии семейства Бэллов. Уверена, Гарольд будет счастлив, когда Нейтон разочаруется во мне. Мой муж слишком правильный, слишком принципиальный, чтобы принять обо мне такую правду. Я сама не смогу жить, глядя в его глаза и читать там только жалость и презрение. Моя грудь ноет от разрывающей боли, а воздух, который вдыхаю, кажется горячим, как в пустыне. Боль сдавливает виски. И я начинаю задыхаться, ощущая, как приступ паники сдавливает грудную клетку, перекрывая доступ кислорода в легкие. Я хватаюсь руками за горло, издавая хрипы, и падаю на колени, потеряв равновесие. Холодный пот струится по спине, перед глазами плывет. Сознание ускользает, и я на какое-то время выпадаю из реальности.

Вокруг меня простирается тьма, затягивая меня все глубже и глубже. Калейдоскоп обрывочных воспоминаний кружит перед глазами. Я не понимаю их значения и смысла, набор кадров, которые невозможно соединить в одну цельную картинку.

{Ты должна кое-что сделать для меня, Лиса...}

Открыв глаза, я слышу свист ветра, гуляющего по гостиничному номеру. Я не помню, как отрыла окно, я не знаю сколько пролежала без сознания на полу… Хотя нет— я на кровати. Сердце гулко бьется в груди как пойманный в клетку воробей, лицо и тело горят, как в лихорадке. Приподнимаюсь со стоном на локтях, оглядываясь по сторонам в полумраке комнаты. Кто-то выключил свет. Меня качает от слабости, но я заставляю себя сесть, и спустить на пол босые ноги. Как холодно. Глаза привыкают к темноте, и я застываю от ужаса, поняв, что больше не одна в номере. Рот открывается в немом крике, когда я вижу темную высокую фигуру возле распахнутого окна. Прижимаю к губам ледяную дрожащую ладонь, и отчаянно хриплю в тщетной надежде, что все еще нахожусь во власти кошмара.

— {Ты должна кое-что сделать для меня, Лиса} — произносит голос, который только что звучал в моей голове. Но он больше не иллюзия, вызванная панической атакой. Он такой же реальный, как и его обладатель. Заставший в своей обыденной позе.

Рэнделл Перриш.

Дьявол нашел меня.

— Вы такие предсказуемые, Лиса, — таким же холодным голосом, как ветер, врывающийся в открытое окно, произносит Рэнделл, убирая руки в карманы джинсов. Он снова изменил своему деловому стилю. — Несчастные влюбленные. Ромео и Джульетта. Ты помнишь, чем закончилась их история? Все великие истории любви заканчиваются великими трагедиями. Но ты, наверное, не знаешь, что Шекспир не был оригинален, рассказав миру историю о Монтекки и Капулетти. Первым был Овидий и его Пирам и Фисба. Тайные отношения никогда еще не доводили до добра, Лиса.