Чтение онлайн

– Значит, вы наняли Оливера специально, чтобы он создал группу, устраивающую сделки, основанные на инсайдерской информации.

– Совершенно верно. Согласно указаниям «Донеголских волонтеров». Они видели в сделках, основанных на инсайдерской информации, способ дать старт компании, и им было наплевать, что это противозаконно. Если бы компанию поймали на подобных сделках, «Донеголские волонтеры» просто отступили бы в тень. И дело не в том, что они боялись совершить преступление против «белых воротничков». Черт побери, они же убили моего партнера и тех, кто летел на самолете «Гольфстрим»!

– Ну а что такое «ЕЗ Трэйвел» и бар в Южном Бостоне? Чем они занимаются?

Маккарти выпрямился в кресле.

– Когда «Маккарти и Ллойд» начала зарабатывать большие деньги, мои партнеры захотели вывозить наличные, чтобы финансировать свою войну, особенно когда мирное соглашение стало более реальным.

– Вы хотите сказать, что они захотели покупать оружие? – спросил Джей.

– Конечно, именно это я и хотел сказать, – отрезал Маккарти. – Мы владеем пятью предприятиями, в том числе несколькими станциями обслуживания и несколькими гастрономическими магазинами, все они напрямую получают наличные, которые мы переправляем сначала в Антигуа, а потом в Европу.

– А при чем тут туристическое агентство?

– "Донеголские волонтеры" отправляют людей по всему свету для закупки оружия. Людей этих международные правовые органы очень хотели бы прихватить. А туристические агентства могут легко отправить человека по всему свету, не выдавая его личности.

– Но почему переправлять деньги через бар в Южном Бостоне?

Маккарти взглянул на часы. Пора ему было выбираться из этой ситуации.

– Немало денег, вытекших из этой страны в Северную Ирландию для поддержания войны, направлялось через Бостон. И я говорю сейчас не только о «Донеголских волонтерах». За последние два десятилетия мы переправили сотни миллионов, может быть, даже больше. В Бостоне немало сочувствующих. Множество отколовшихся групп. Одной из них являются «Донеголские волонтеры». Пять лет назад это была группа в сотню человек, а сейчас их почти пять тысяч. Половина находится в Северной Ирландии, а вторая половина – в этой стране, многие в Бостоне. Это сила, с которой нельзя не считаться. Согласен, существование центра операции в Америке на втором этаже бара может показаться немного непродуманным, но он работает для них, как и для многих других групп. «Местечко Мэгги» далеко не единственное в своем роде.

– А вы думаете, Оливер знал, что на самом деле происходит в «Маккарте и Ллойде»? – спросил Джей.

– Нет. Он был слишком сфокусирован на себе, чтобы бросить хотя бы беглый взгляд вокруг. – Маккарти в последний раз затянулся сигарой, затем бросил окурок в воду. – Интересно было поговорить с вами, Джей, но я должен... – И умолк, увидев перед собой дуло револьвера.

Джей приобрел оружие за двести долларов у торговца в округе Джефферсон накануне днем, прежде чем поехать в Лафитт. Он несколько раз бывал в Новом Орлеане по делам и знал, что на парочке улиц в западном округе можно купить все, что угодно, лишь бы были деньги. Он крепко держал в руке револьвер.

– Билл, заложите руки за голову и медленно повернитесь.

Маккарти хмыкнул:

– Вы что, считаете, я спокойненько пойду с вами к властям, мальчик? Вот просто так?

– А у вас нет другого выбора.

– Кое-какой выбор у него остался. – На носу «Бостонского уэйлера» появился Картер Баллок, в руках у него был двенадцатикалибровый дробовик, который он нацелил на Джея. – Бросай свое оружие в воду, – приказал он.

Джей медлил.

– Разом! – рявкнул Баллок.

Револьвер шлепнулся в воду и быстро пошел ко дну.

Маккарти с улыбкой проследил за исчезновением револьвера. Даже при том, что Баллок держал на мушке Джея, он не чувствовал себя в полной безопасности. У парня могло быть что-то спрятано.

– Джей, познакомьтесь с Симусом Данном, известным также как Картер Баллок, – сказал он. – Симус является командиром «Донеголских волонтеров» в США. И моим партнером у «Маккарти и Ллойда».

Баллок поднялся на пристань и стал рядом с Маккарти.

– Привет, Джей. Приятного тебе утра, – иронически сказал он. – Давайте, ребята! – крикнул он.

Четверо мужчин в камуфляжной форме вышли из коттеджа с автоматами через плечо.

При виде солдат Джей почувствовал, как у него перехватило дыхание. Это не было любительской военизированной вылазкой. Он невольно оказался в центре профессиональной операции, и его надежда выбраться отсюда лопнула. Он посмотрел на Баллока.

– Что такое эта ферма в Виргинии? Кого вы планируете прикончить, Барсук?

Баллок осклабился.

– Британского премьер-министра, когда он будет сидеть завтра в Манхэттене перед муниципалитетом, – с гордостью ответил он. – В Северной Ирландии никогда не будет как прежде. Англичане и эти чертовы протестанты объявят нам войну. – Оскал его стал шире. – Но мы готовы.

– Вы выкачали уже немало денег из Соединенных Штатов, верно?

– Абсолютно, – подтвердил Баллок. – Достаточно, чтобы финансировать черт-те какую войну.

– И обеспечить мне очень уютную жизнь до конца моих дней, – напомнил Баллоку Маккарти.

– Угу, конечно, – сказал Баллок. Очень скоро Маккарти станет достоянием аллигаторов.

– Рано или поздно кто-нибудь догадается о том, какую роль играет во всем этом «Маккарти и Ллойд», и правительство США прикроет компанию, – заметил Джей.

– И произойдет это в любом случае довольно скоро, – нехотя произнес Маккарти. – Это всего лишь вопрос времени.

– Мы выкачали из этой компании столько денег, сколько смогли, – добавил Баллок. – В прошлом месяце мы обманули контролеров, сбрасывая денежки с ее капитала. «Маккарти и Ллойд» находится на грани краха. Мы хотели еще продлить операцию, но расследование ускорило план ликвидации компании, который уже был нами разработан. – И он кивнул солдатам, стоявшим у двери коттеджа.

«Не может быть», – подумал Джей, глядя, как солдаты направляются к пристани. За пять лет «Донеголские волонтеры» превратили свою трехмиллионную инвестицию в сотни миллионов долларов. Достаточно денег, чтобы вести серьезную партизанскую войну в течение обозримого будущего. Они легко могут разорвать в клочья хрупкий ирландский мир, на достижение которого ушли годы.