Чтение онлайн

Я приободрилась. Бочком, бочком, по широкой дуге обогнула инкуба, держа на всякий случай секатор на виду.

– Конечно-конечно! С радостью провожу вас. Господин.

Инкуб приподнял иронично бровь, но ничего не сказал. Молча пошёл за мной. Мурашки по всему телу радостно возвестили мне, что его нахальный взгляд по-прежнему прокладывает по мне прихотливые маршруты.

Жаль, я недооценила всю меру своей наивности.

В «Плакучих ивах» как раз был тот блаженный час после завтрака, когда все занимались своими делами. Мистер Льюис читал газету, развалившись на диванчике, миссис Льюис раскладывала пасьянс и попивала чай с пирожными, Лили коротала время за чтением очередного любовного романа.

Книжка выпала у неё из рук, когда она вскочила, увидев вошедшего. Я побыстрее прошмыгнула в уголочек, чтобы меня было не видно и не слышно. Наблюдать за эмоциями на лице хозяина, который медленно багровел, было бесценно. Его дражайшая супруга поперхнулась чаем и неловко пыталась откашляться, прикрывшись веером.

Инкуб оглядывал всю картину невозмутимым взглядом, опираясь на трость.

Интересно, какой предлог придумает Велиар, чтобы остаться на чай? Был проездом и решил проведать своих дорогих друзей, которых видел аж целых пять минут один раз в жизни?

– Приветствую почтенное семейство! – самым дружелюбным тоном из всех возможных заговорил Велиар, поняв, наконец, что от ошеломлённых хозяев он и слова не дождётся в ближайшие час-полтора.

Мистер Льюис, наконец, немного пришёл в себя, неловко поднялся, машинально отер лысину платком.

– Чем обязан… кхм-кхм… вашему визиту? Лорд…

– Велиар! – с готовностью напомнил инкуб.

– Ну что же ты, дорогой! – встряла поспешно миссис Льюис, которая успешно справилась с крошками пирожных в горле и теперь пылала энтузиазмом как следует принять столь ценного гостя. – Какие могут быть допросы, если человек с дороги? Конечно же, мы ужасно рады вас видеть в «Плакучих ивах», достопочтенный лорд! Мисс Браун, распорядитесь принести ещё чаю.

Велиар бросил лукавый взгляд в мою сторону.

– Да, распорядитесь! Кстати, миссис Льюис, всё время забываю, как зовут вашу гувернантку. – Он пощёлкал пальцами в воздухе. – Бетси, Аделина, Каролина, Эсмеральда…

– Эрнестина.

– Почти угадал, - довольно улыбнулся инкуб. – Теперь не забуду.

Я едва сдержалась, чтобы не выдать себя разъярённым взглядом или не сказать чего лишнего. Вот же… хитрец! И моё имя выпытал.

Я сделала книксен и направилась в сторону противоположных дверей, тех что во внутренние помещения, с намерением выполнить поручение хозяйки. Принесу чайку – инкубу кипяточку – и с чувством выполненного долга отсижусь где-нибудь в кухне, среди людей. Пережду, сколько потребуется. Не станет же он вечно чаи распивать.

– Да, и ещё одно, - вкрадчиво добавил инкуб. – Миссис Льюис, велите также подготовить для меня свободную комнату.

Я чуть не споткнулась о порог.

Остановилась в дверях и обернулась.

Хозяин уже весь пошёл пятнами. И кажется, его прорвало.

– По какому праву вы распоряжаетесь в моём доме?!

– А по такому, любезный мистер Льюис, - отрезал инкуб железным тоном. – Что согласно пункту седьмому Корилианского договора имею ряд привилегий. Которыми собираюсь воспользоваться. Согласно этому пункту вы обязаны по первому требованию раскрыть мне гостеприимные объятия своего чудесного дома.

– С… с… с какой это стати? – бедный, он начал уже заикаться.

– А с такой, - улыбнулся инкуб хищной улыбкой. Глаза при этом смотрели остро, давяще, с предостережением. – Что под крышей этого дома живёт моя добыча. Которую я твёрдо намерен в самое ближайшее время заполучить.

Покрасневшая до кончиков волос Лили медленно уселась обратно.

Пока Лили краснела, а мистер Льюис пытался выйти из ступора, попеременно то краснея, то зеленея, я не удержалась от ехидного вопроса:

– И на сколько же дней вы прикажете готовить комнату, господин? За сколько управитесь? А то у нас прачка в доме одна, она же кухарка, может не справиться. С повышенной нагрузкой.

Велиар бросил на меня взгляд с прищуром, на дне которого плясали черти.

– А вы как полагаете, мисс Браун?

Я пожала плечами.

– Как по мне, вы вообще зря сюда приехали. Девушки нашего захолустья славятся своей добродетельностью. И упрямством.

Хозяин отразил на своём многоцветном лице что-то похожее на благодарность мне за поддержку.

Велиар рассмеялся.

– Вы же видите, что я стою сейчас перед вами – правда? Эрнестина. И о чём это вам говорит?

Я возвела очи к потолку и поправила сползающую оправу.

– О том, что вы любите являться в чужие дома без приглашения?

– Мисс Браун! – возмущённо возопила хозяйка. – Простите ради бога, лорд Велиар, наша гувернантка сегодня немного…

– Это говорит о том, - не слушая её, завершил мысль Велиар, бросая на меня многозначительный взгляд. – Что раз я за столько веков своей жизни не сдох с голоду, по части упрямства меня мало кто может переупрямить. А вернее сказать, таких еще не встречалось.

– Всё когда-нибудь бывает в первый раз, - равнодушно ответствовала я и отвернулась с намерением отправиться выполнять-таки приказание.

– Вот именно, мисс Браун. Вот именно! – донеслись до моего уха вкрадчивые слова.

Хитрый инкуб тут же переключил своё внимание на Лили, заговорив с ней о какой-то ерунде, вроде погоды. А я уже никак не могла ответить, хотя и закипала от злости. Вот же… наглый гад! Ты ему слово, а он тебе десять. Такого действительно, попробуй переспорь.

Значит, его чёртово обаяние еще не давало осечек за всю его жизнь?

Что ж. «Плакучие ивы» его очень сильно удивят.

Когда я вернулась в гостиную с подносом чая – служанка в это время судорожно пыталась сообразить, как в столь короткий срок организовать достойную комнату столь высокому гостю – получила счастье лицезреть весьма занимательную картину.

Мистер Льюис уже ретировался, видимо не желая видеть инкуба, хозяйничающего на его территории. Лили вдохновенно лупила по клавишам пианино. Миссис Льюис вовсю распевала какую-то легкомысленную песенку. Инкуб сидел с кривой улыбкой и таким видом, будто у него болит зуб.

У меня даже настроение улучшилось.

Я услужливо плюхнула поднос на чайный столик перед инкубом, по нелепой случайности слегка расплескав чай на его белоснежные бриджи.

– О, прошу прощения, милорд! – извинилась с невинной улыбкой и неуклюжим книксеном. – Прислуживать не входит в мои обязанности.