Императоры иллюзий
Шрифт:
– Очень трудный выбор, – Артур отхлебнул пива, поморщился, поставил бокал. – А что предпочтете вы, Лемак?
– Сотрудничество. Мне кажется, что у нас есть шанс. Ты простил механистку… а ведь она лично пытала тебя.
– В том-то и все дело, Лемак. Ладно. Я выбираю дружбу.
Он протянул адмиралу руку, но Лемак не спешил ее пожать:
– Сотрудничество, Артур. На примере Кея Дача я оценил твое отношение к друзьям.
– Как вам угодно, адмирал, – лицо Артура даже не дрогнуло. – Позвольте дасть совет… на правах партнера?
– Говори.
– Кей направится на Грааль.
– Опять? С чего ты взял?
– Считайте это гениальной догадкой. Мы должны перехватить его в пути.
– Для этого потребуется сотня эскадр. Нам неизвестен тип его корабля, время отлета и курс.
– Кей будет использовать малые корабли. Следовательно – пойдет с дозаправкой. Я посидел над компьютером… он остановится либо на Рухе, либо на Фиернасе. Скорее на Фиернасе… он знает историю, и отношения к вам мршанцев для него не секрет.
Лемак сел, глотнул пива прямо из бутылки. Глянул на Артура с легким удивлением:
– Почему ты так старательно его сдаешь, мальчик?
– Не ваше дело, адмирал. Вы рискнете нанести визит мршанцам?
Карл Лемак отвел глаза.
– Не знаю, Артур.
Рационы первых космонавтов Земли так никогда и не канули в лету. Дач, с легким отвращением на лице, достал несколько туб и упаковку с крошечными «буханочками» некрошащегося хлеба.
– Я не хочу есть, – хмуро заметил Томми.
– Зря. Довольно вкусно, – Кей выдавил в воздух темно-фиолетовый комок, потянулся, проглатывая его. – Знаешь, в организме человека есть какие-то странные механизмы адаптации. Не представляю, чтобы на планете я стал есть пюре из творога и черной смородины.
– Кальций.
– Вероятно. Но откуда моему телу знать, что в невесомости кальций вымывается из костей, и что в твороге его много?
– За полтысячелетия космических полетов могут выработаться любые рефлексы.
– И унаследоваться? Вряд ли. Ты будешь?
– Я же говорю – нет. Мне хватило одного знакомства с санузлом.
– Как хочешь, – Кей выдавил остаток тубы. – Но через пять часов уже Фиерна.
– Там и поем.
Дач невозмутимо продолжил обед. Томми угрюмо смотрел на экраны. Серая муть на обзорных, зеленые огоньки на контрольных…
– Можно представить мир без невесомости, Кей?
– Вероятно. Подумываешь о «Линии Грез»?
– Да. Если твоя идея провалится, то я хотел бы уцелеть.
– Все будет нормально. Ты выведешь меня к… Злой Земле.
– Скажи уж – к Богу… – Томми хмыкнул. – Самый последний крестовый поход. Маньяк-убийца и контуженный проводник.
– Тогда уж – контуженный пророк.
– Кей…
Дач повернулся к Томми.
Он плакал.
– Тише… – Кей коснулся его руки. – Что с тобой…
– Я боюсь…
– Мы доберемся… – Дач замотал головой. Безумное, давящее ощущение «уже бывшего». Он снова вел Кертиса-младшего к Граалю. Снова оставался последней отдушиной для детских слез.
– Я боюсь того, что встретит нас!
– Томми…
– Я не хочу!
– Большая Игра, Томми. Жизнь. Самая большая игра.
– Мне не нужна твоя Вселенная, Дач! Мне не нужна Линия Грез! Я хочу просто жить!
– Мы все хотим только этого.
– Отпусти меня, Кей, – Томми поднял глаза. – Где угодно. Иди без меня.
– Ты мой ключ.
– Я обломок ключа! Ты пройдешь и сам. Я знаю, тебя ничто не остановит. Ты на четвереньках доползешь. Я не хочу!
– Томми. Это нужно в первую очередь тебе.
Юноша засмеялся.
– Во Вселенной не может быть двух Артуров Кертисов. И не может быть человека, который считает себя лишь обрубком полноценной личности. Ты должен стать человеком. То, что было с тобой до потери памяти – не твое. Ты Томми Арано. Ты прошел Каилис и Джиенах. Ты участвовал в покушении на Императора Грея. Ты стал таким, каким никогда не станет Артур Кертис. Ты сильнее его.
– Врешь… – Томми запрокинул голову. – Ты никогда не считал меня равным Артуру.
– Конечно. Ты сильнее его. И дело даже не в этом… ты лучше.
– А ты стал бы вытаскивать меня с имперской военной базы?
– Четыре года назад – нет. Сейчас – да. Томми, равных себе не любят. Равный может стать лишь другом. Но на это нужно время.
– Оно наступило, Кей?
– Да.
Мужчина, за чьей спиной были лишь кровь и предательство, телохранитель, работавший под ярлыком «Смерть», заслуживший в кровавой бойне Хаарана прозвище «Корь», смотрел в глаза юноши.
– Я действительно тебе нужен?
– Да. Я не пройду один, Томми. Ты прав, я поползу на четвереньках, если не будет иного выхода. Я должен дойти. Но, может быть впервые в жизни, мне нужен партнер. Нужен друг.
Томми Арано молчал.
– Мне будет трудно одному, парень.
– Заставим звезды заплакать, Кей?
– Попробуем, Томми.
В регистрационном бюро космопорта Фиернаса работало немало мршанцев. Не потому, что для этой работы не нашлось бы людей. Просто поселение человечества на планете-прародительнице мршанцев жило по иным законам, чем анклавы на Урсе и Меклоне. Нынешнее дружелюбие двух могучих рас, подчеркнуто поощряемое правительствами Империи и Территорий, нуждалось, тем не менее, в постоянном взаимном контроле.