Императоры иллюзий
Шрифт:
В тот же миг в эндорийском филиале «аТана» началось оживление клинч-коммандора Вячеслава Шегала. В его аТановской карточке стоял символ сверхсрочности – и уже через полчаса Шегал открыл глаза. Консультацию танатолога он отверг с такой презрительной улыбкой, что персонал не стал докучать ему излишней заботой. Оплатив продление бессмертия – за счет одного из имперских фондов, Вячеслав Шегал быстро подобрал себе одежду в магазинчике. Ни цена, ни фасон его особо ни заботили.
Венди Томайо, выходя из корпусов «Линии Грез», увидела незнакомого мужчину через стеклянную стену магазинчика. Мужчина, повязывающий себе галстук, улыбнулся ей – грустной, чуть виноватой улыбкой… странно знакомой. Венди спешила в «Олимп» – присоединиться к своему другу, и не стала над этим задумываться.
У нее лишь защемило в груди – преждевременным, легким предвестником той боли, что она испытала через полчаса, узнав о смерти Раджа.
Шегал полностью забыл о ней минут через сорок, подъезжая к зданию эндорийского отделения СИБ. Ему предстояло восстановить документы, получить прямой канал связи с Императором и взять один из резервных кораблей, не объясняя самодовольным чиновникам никаких причин.
Достаточно нудные процедуры…
– Я готова принять мысль, что наш мир – порождение чьей-то воли, – сказала Лика.
– Ты всегда была верующей, – заметил Кей. – Меня поражала эта черта в супер-Логике…
Лика покачала головой, заставив его замолчать.
– Подожди. Дослушай. Я верю в правдивость твоего рассказа. Ты старался сообщить мне правду. Но ты не знаешь ее сам.
– Почему?
– Сверхсила, Кей… позволь употреблять этот термин вместо слова Бог. Сверхсила не может быть локализована на одной планете – будь-то Грааль или Терра. Сверхсила, пусть даже инертная, не может стать орудием одного человека – Кертиса или Грея.
– На Граале выход в иное…
– Чушь. Слова Кертиса. Он может сам в них верить, но это чушь. Либо на Граале расположен технический центр Предтеч, чьи возможности для нас кажутся божественными, либо…
– Либо? Я не верю в Предтеч.
Лика колебалась.
– Либо точка контакта не имеет никакого значения. Что-то произошло – я не знаю, что именно, вызвавшее контакт между Кертисом и сверхсилой. Это случилось на Граале – и с тех пор для Кертиса слились воедино место и событие. Он может связаться со сверхсилой из любой точки Вселенной… но он в ловушке собственной веры.
– Это что-то меняет?
– Для нас – ничего.
– Так что же ты посоветуешь?
Сейкер засмеялась:
– Кей, ты вновь уверен в моей поддержке?
Дач молча развел руками.
– Пойдем… – Лика встала, задумчиво глянула на Томми, все еще тянущего второй бокал вина: – Подожди здесь, мальчик.
Киборг посмотрел на Лику, каким-то чудом ухитрившись передать на своем безэмоциональном лице вопрос.
– Побудь с Томми, Андрей. У меня очень серьезный разговор.
Кей не мог понять, куда ведет его Лика. На военном корабле они вышли бы к главной боевой установке, но здесь-то плазменные торпеды были наверняка сняты. По полутемным коридорам – по времени корабля, очевидно, была ночь, они прошли к лифтовому стволу. Сейкер пропустила Кея вперед, вошла в крошечную кабинку, скомандовала: «вверх».
– Есть в кого пострелять? – спросил Кей.
– Есть на что посмотреть, – Лика дождалась, пока лифт остановится, кивнула: – Выходи.
Они вышли в звезды.
Тьма, ослепительные кружева созвездий, медленно вращающиеся вокруг. Бледные вихри туманностей. Краешек планеты, обрезанный линией пола. Они оказались в маленьком куполе, установленном на месте торпедных турелей.
– Впечатляет, – признал Кей. – Прекрасный экран.
– Это стекло, Дач. Прикрытое полем, но все же обычное стекло. Из эсминца сделали прогулочную яхту.
– Хороший кораблик.
– Хотел бы такой?
– Да.
Лика засмеялась:
– Не надейся…
Она сделала несколько шагов, присела прямо на пол. Кей устроился рядом. Мерцающее платье Сейкер казалось здесь вполне уместным – еще одна туманность в фейерверке космоса.
– Посмотри на звезды, Кей…
Он послушно поднял голову. Тьма. Искры. Колдовской свет.
– Ты узнаешь что-нибудь?
– Да. Сол, Эндория… кажется – Раан…
– Дальше.
– Магеллановы облака. Краб…
– Кей, миллионы лет полета на лучших кораблях. В любую сторону. Миллиарды миров, миллиарды рас. Ты все еще веришь?
– Да.
– Все это создано – и даже не Богом. Человеком. Ты веришь?
– Да.
– Почему?
– Потому, – Кей сглотнул, – что этот мир наш. Он такой, как хочется нам. Он жесток в той же мере, как мы. Он добр не больше, чем мы.
– Я верю тебе, Дач.
Он повернулся к Лике.
– Дач, никогда и нигде ни один теолог не мог ответить на главный вопрос… почему Бог жесток. Если Вселенная создана сверхсилой, по определению доброй и созидательной… то почему в ней столько зла. То, что ты рассказал, отвечает на вопрос.
– Бог не жесток, Бог пассивен.
– Да. Усталый Бог, и человек из другого мира, мечтавший о такой Вселенной. Не спрашивай меня, кто он. Я не могу ответить. Он может быть мирным терранским обывателем… а мог уже умереть.
Дач покачал головой.
– Нет, Лика. Я не верю. Он жив.
– Тебе нужен враг.
– Да! Мне нужен тот, кто в ответе за все.
– Мы не знаем, каков был его мир, Кей. По сравнению с ним наша Вселенная может казаться раем. И мы, пройдя Линией Грез, еще на шаг приблизимся к совершенству.
– Ты веришь в это, Лика? Ты правишь дном… дном нашего мира. Наркотики, проституция, заказные убийства, шпионаж и шантаж. Ты считаешь людей способными мечтать о благодати?
– Нет… они не верят в совершенство.
– Ты отпустишь меня, – не вопросительно, а утверждающе сказал Кей. – Но дай мне совет. Помоги.
– Грааль, Кей.
– Зачем?
– Томми – твой ключ к Богу. Вы сможете пройти путем Кертиса. Сверхсила не бывает избирательно щедрой… это не кредитная карточка.
– Ты думаешь, каждый следующий пророк отменяет волю предыдущего?