Икс
Шрифт:
— О, нет. Не так уж много женщин-частных детективов в этом городе. Фактически, вы были единственной, так что это было легко. Я проехала мимо вашего офиса и увидела, что это не слишком фешенебельный район. Извините за обман, но пожалуйста, помните, что вам заплатили.
Я едва удержалась, чтобы все ей не выложить, но решила промолчать. Видимо, она не знала, что купюры были помечены. По крайней мере, она не понимала, что за ней следят силы правопорядка. В любом случае, если держать свои карты поближе к груди, это даст мне небольшое преимущество.
— Как вы догадались упомянуть Веру Хесс? Это действительно помогло мне заглотить крючок.
— Ким ее знает. Ваше имя всплыло в разговоре несколько месяцев назад, когда она появилсь на демонстрации недвижимости.
— Из того, что вы наговорили мне в тот вечер, было что-нибудь правдой?
Она пожала плечами.
— Конечно, не Джоффри. Я его выдумала. Большую часть остального я выдумала тоже.
Никакого дома в Малибу. Никаких путешествий по свету. Даже когда я выдумывала на ходу, я чувствовала… Не знаю… наверное, “тоска” будет подходящим словом.
— Так что имение Клипперов не было домом, где вы росли.
— Далеко от этого. Я выросла в Чикаго. Не в лучшей его части. Наш был одним из домов, которые видно с шоссе, когда вы едете в город из аэропорта.
— Ари говорил, что вы оба поднялись из ничего.
— Это правда, и мы заработали каждый цент из тех денег, которые мы сделали. Вы встречались со Стеллой?
— Я прошла мимо нее в холле, по дороге в спортзал. Она сказала пару слов, и я поняла, что она — стерва.
Тедди засмеялась.
Я сказала:
— Они со Стеллой не подходят друг другу, вы не думаете?
— Это потому, что она — не гречанка.
— Что, греки должны жениться только на гречанках?
— Если бы вы были знакомы с греками, вы бы не спрашивали.
Я решила вернуться к теме имения Клипперов.
— Как вы это сделали?
— У меня есть подруга — постановщица.
— Она, наверное, была перед вами в большом долгу.
— О, да.
Я взяла брошюру из стопки.
— Это тот кондоминиум, где умер муж Стеллы?
— Да.
— Брошюра была вашей идеей?
— Я подумала, что мы должны расширить рекламу. Я понятия не имела, насколько эффективным это окажется.
— Не возражаете, если я возьму одну?
— Если хотите. К моему удивлению, кондо купили через два дня.
— Это хорошие новости. Я так понимаю, что рынок недвижимости находится в депрессии.
— Нам повезло найти покупателя.
— Жаль, что нельзя было оставить его себе.
— Легко пришло, легко ушло. Такую философию мы разделяем с Ким. Никому из нас не нравится испытывать недостаток в деньгах, но когда вы начинали со дна, это не такая уж незнакомая почва. Я вытащила себя наверх один раз и смогу это сделать снова. Нужно иметь стратегию запасного выхода.
— А какая у вас?
Она не ответила, так что я продолжила.
— Я так поняла, что вы узнали о Кристиане Саттерфилде через мужа Ким?
— Да, но когда я поняла, что мне нужны его услуги, его уже выпустили. Брет понятия не имел, как с ним связаться, а я полностью невинна, когда дело касается тюремной системы.
— И тогда появилась я.
— Должна сказать, что я была удивлена, с какой скоростью вы раздобыли информацию.
— Трудилась, как пчелка, отрабатывая уплаченные деньги.
Я положила брошюру в сумку. Как иногда бывает в разговорах, я услышала реплику, которая не была произнесена вслух.
— Вы не упомянули историю о ребенке, которого отдали на усыновление.
— Я думала, что она звучит правдиво.
— Это потому, что она правдива?
Это была еще одна дорога, по которой она не хотела следовать.
Я сказала:
— Я встречалась с Кристианом, он не похож на недавно выпущенного из тюрьмы. У него стильная прическа и элегантная одежда. Это вы для него сделали?
Конечно, я знала, что это она, но мне было интересно, что она ответит.
— Быть красивым многое значит в этом мире. Он бы никогда не получил работу, если бы выглядел как раньше.
— Может быть, Ари наймет его, если его не отправят обратно в Ломпок.
— Это неплохая идея.
— Ну, что бы ни случилось, это было мило с вашей стороны.
— Он рассказал мне, что вы встречались с ним в баре, так что вы должны были понять, какой он умница. Почему вы хотели с ним поговорить?
— Я надеялась его предупредить. Я вовлекла его в это дело, и я хотела бы его вытащить. Не знаю, что вы задумали, но это не может быть хорошим ни для кого.
— Что он вам рассказал?
— Ничего, и я не настаивала. Это между вами и вашим бывшим. Меня заботит только то, чтобы Кристиан и я не оказались под перекрестным огнем.
Ее взгляд был немигающим, и я не могла понять, слышит она меня или нет.
— Вы знаете, куда отправили ребенка? — спросила я.
Она помотала головой.
— Я действительно оставила письмо в его документах, но он никогда со мной не связывался.
— Еще есть время. Ари знает?
Она еще раз помотала головой, потом сказала:
— И что теперь? Пока что я не вижу, чтобы мы о чем-нибудь договорились.
— Я как раз хотела к этому перейти. Я собираюсь сделать вам одолжение. И это чисто гипотетически, — добавила я для ясности.
— Предположим, что два года назад к вам попали деньги, может быть, двадцать пять тысяч, в обмен на пропавшую картину…