Чтение онлайн

— Должно быть, он составил его сам.

— Вы знаете, для чего?

— Я могу строить догадки, но предпочла бы о них не говорить. Надеюсь, вы не будете давить.

— Конечно, нет. Я благодарна за то, что вы уже рассказали, и хочу, чтобы вы чувствовали себя свободно, чтобы поделиться большим. Кстати, ненавижу слово “делиться”.

— О, я тоже, — сказала она, и мы обе улыбнулись. Она слегка изменила позу.

— Есть ли связь между списком и пакетом, о котором вы говорили?

— Пока не знаю. Интуиция говорит, что да, но это надо выяснять. Пока что, меня поразило, что мы делаем очень похожую работу. Мы изучаем жизни людей, определяем, что пошло не так и пытаемся это исправить. Судебное дело было десять лет назад. Что плохого может случиться, если вы поговорите о нем сейчас?

— Мне до сих пор неприятно о нем вспоминать, потому что я все испортила. Стыдно признаться, но я сделала все ошибки, какие можно себе представить. Начиная с моего адвоката.

— Что с ним было не так?

— Он был добрым.

— О боже.

— Правда. Я была в полном беспорядке эмоционально, а он казался таким сочувствующим.

Как только дело принимало крутой оборот, он сдавался.

— И на какую сумму вы заключили соглашение?

— Я подписала документ о неразглашении, которое я нарушу, если расскажу об условиях.

Это был некрасивый бизнес. Я должна была оставить все это позади и двигаться дальше по жизни. Скажу, что соглашение позволило мне получить мою степень, и еще осталось достаточно, чтобы обустроить этот офис.

— Звучит как не такое уж плохое соглашение.

— Да. Более важно, я заключила мир. Конец истории. Пока не появился Пит.

— Чтобы сделать что?

Она немного подумала.

— Послушайте, я не отказываюсь помочь, но я должна защитить себя. Если вы дадите мне свой телефон, я позвоню, когда решу, что делать.

— Хорошо.

Я достала визитку и протянула ей.

— Надеюсь, что вы ясно увидите свой путь.

Я оставила машину на улице и перешла через дорогу к “Сплетнику Питу”. Встреча с Тарин Сиземор была обещающей, но она должна решить, насколько может мне доверять, прежде чем мы продолжим разговор. Я не возражала против ее борьбы с собственной совестью, лишь бы результат был выгодным для меня. Пока что я не хотела упустить утешительный приз в виде горячего острого сэндвича с салями.

Народу в заведении почти не было. Музыкальный аппарат не светился, и телевизор был выключен. Я надеялась встретить Кона Долана, но его не было видно. Бармен читал газету, разложив ее на стойке перед собой. Я заказала сэндвич и диетическое пепси. Он передал заказ на кухню, открыл банку пепси и подвинул ко мне, вместе со стаканом со льдом. Я отнесла это на столик у окна. Достала ручку и каталожные карточки и записала все, что смогла вспомнить из разговора с Тарин Сиземор. Потом вытащила листок в клеточку, на котором Пит старательно зашифровал список имен. Положила рядом листок с переводом Генри.

Тарин идентифицировала два имени из списка: Ленор Редферн, первую жену Неда, и Филлис Джоплин, его вторую. Ей, видимо, было знакомо имя Ширли Энн Кэсл, хотя она недостаточно мне доверяла, чтобы рассказать о ней. Когда принесли сэндвич, я отложила ручку в сторону и с полным вниманием предалась гастрономическому наслаждению.

Я приехала домой в 7.15. У Генри в кухне было темно, и я решила, что он пошел к Рози. Я вошла к себе и проверила сообщения, но лампочка не мигала. Встреча Рути с налоговым агентом была назначена на час, и я надеялась, что она звонила, чтобы сообщить о результатах. Я сделала, что могла, чтобы помочь, и хотя она не обязана была отчитываться, это было бы хорошо с ее стороны. Повинуясь импульсу, я наклонилась над столом, сняла трубку и набрала ее номер. Она ответила после трех гудков.

— Привет, Рути. Это Кинси. Как все прошло сегодня?

— Как прошло что?

— Твоя встреча. Я оставляла тебе сообщение раньше.

— У меня нет никаких сообщений.

— Ты уверена, что твой автоответчик не мигает? Я звонила, чтобы спросить, как все прошло с налоговой.

— А. Он так и не пришел.

— Ты шутишь! После всего, через что он заставил тебя пройти?

Внезапно Рути спросила:

— Ты не можешь сюда приехать? Кое-что случилось.

— Могу. С тобой все в порядке? У тебя странный голос.

— Кто-то побывал в моем доме. Полиция только что уехала, и мне не хочется оставаться здесь одной.

— Черт. Почему ты сразу не сказала? Конечно. Сейчас приеду.

Я не превысила скорость, но должна признаться, что проехала мимо двух знаков остановки и на желтый свет, который сменился красным, пока я еще проезжала под ним.

Дом Рути находился всего в десяти кварталах, так что мне не потребовалось много времени, чтобы доехать. Когда я остановилась перед домом, там было так много света, что казалось, что дом в огне. На первом и втором этаже сияла каждая лампа и люстра.

Я видела, как Рути выглядывала из-за шторы на переднем окне. Заметив мою машину, она исчезла из вида. Мне даже не пришлось стучать, потому что дверь распахнулась до того, как я подошла. Рути схватила меня за руку и втащила в дом, как будто за мной гнались демоны. Ее лицо было бледным, а руки ледяными.

— Что происходит?

— Не знаю. Может быть, ничего, но я перепугалась.

Она заперла входную дверь и направилась в сторону кухни. Я последовала за ней, такой же крадущейся походкой, оглядываясь через плечо.

На кухонном столе стояла открытая бутылка вина и два бокала, один наполовину полный, другой пустой. Я села, и Рути налила мне вина, как будто бы мне нужно было приободриться. Она подтолкнула бокал в мою сторону, взяла свой и осушила.

— Что случилось?

Она села, потом встала и начала ходить туда-сюда.

— Когда я вернулась с работы, задняя дверь была открыта. Я могу поклясться, что кто-то там был. Не прямо тогда, но раньше. Я повернулась, пошла прямо к соседям и позвонила в полицию. Два офицера приехали через шесть минут.