Чтение онлайн

В шкафу я нашла связанную бабушкой шаль, которую она когда-то подарила мне, пошутив, что это приданное. Укутала плечи в мягкую, пуховую, почти невесомую ткань, которая, казалось, до сих пор пахла бабушкиным любимым кремом для рук. С большой кружкой кофе в руке я вышла на крыльцо под козырек. Оперевшись плечом и столб, держащий крышу, полной грудью вдохнула прохладный влажный воздух, пахнущий сыростью, цветущей неподалеку сиренью и чьей-то выпечкой, запах которой принес порыв ветра.

Наверное, тётя Люда уже что-то настряпала внукам.

Кстати, это странно, но только в деревне я постоянно хочу что-то стряпать и даже просто готовить. В городе кухня меня раздражала. Сначала я готовила нехотя, а потом и вовсе стала заказывать доставку. Но, вернувшись в деревню, не могу перестать вспоминать бабушкины рецепты и воплощать их в жизнь.

Вот и сейчас я даже сама не заметила, как, допив кофе, оказалась уже в доме на кухне у плиты. Внезапно вспомнила бабушкину творожную запеканку. Такую мягкую, нежную и воздушную, политую молочным соусом, который бабуля тоже сама делала. Помню, что я просила её приготовить мне такую запеканку на день рождения вместо торта.

Взяла со шкафа старую бабушкину тетрадь с рецептами. На пожелтевших от времени листочках на некоторых страницах уже почти не видно было чернил. Но всё равно можно было различить бабушкин почерк и понять.

Сегодня я уже достаточно взрослая, обращаюсь с тетрадью с бабушкиными рецептами бережно, а в детстве мало что понимала, из-за чего даже несколько раз оставила в ней свои рисунки. Но бабушка просто писала свои золотые рецепты рядом с ними, будто мои кривые цветы и домики – это украшение.

Почти через час запеканка и соус к ней были готовы. Словно придя на запах, в кухню вошёл Саша. Помятый, но довольный как кот.

– Доброе утро, - промурлыкал он хриплым после сна голосом. Подошёл ко мне сзади, сгрёб в объятия и зарылся носом в сгиб шеи.

– Доброе, - выдохнула я с улыбкой. Запустила пальцы в его волосы и прочесала их. – Голодный? Садись завтракать.

– А что это? Суфле? – он задумчиво всматривался в кусочек запеканки, что я поставила перед ним.

– Почти. Попробуй. Может, тебе не понравится.

Саша взял вилку и просто начал есть. Так, будто уже сто лет доверяет мне и моим кулинарным способностям.

– Ммм! – от удовольствия он прикрыл глаза. – Это космос! Это, мать его, космос! Тебе точно нужно открыть свой ресторан, Люб. Это бомбяо!

– Ешь давай, бизнесмен, - усмехнулась я, сев напротив Саши со своей порцией запеканки.

Вкусно, конечно. Но у бабушки будто было лучше.

– А добавки можно?

– Конечно. Кто-то же должен всё это съесть, - я поставила перед Сашей сразу всю форму для запекания, в которой осталось больше половины запеканки. Залила её молочным соусом и села обратно за стол.

– Знал бы раньше, что ты так готовишь, давно бы увёз тебя в деревню.

– Ты, кстати, такими темпами из деревни уехать не сможешь.

– Почему?

– Потому что в машину не влезешь.

– На тракторе поедем. Вместе, - подмигнул он мне. – Какие планы на день? Чем займёмся? Из-за погоды, походу, с водой в доме пока придётся отложить.

– Есть у меня одно дельце в твердыми продолговатыми предметами.

– Предметами? – выпучил Саша глаза. – Он у меня один. Ты кого-то ещё позвала? Я в эту фигню не играю.

– Ага, - вздохнула я. – Рулон обоев его зовут. Штук шесть их таких. Но клеить я, похоже, буду их одна.

– Может, просто отдохнём? Выспимся. Ночью же не до этого было.

– Так и знала, что нужно было сначала заставить тебя поработать, а потом давать. Тебя же теперь и калачом не заманишь на поклейку?

– А ты постряпаешь?

– Чего?

– Калач.

– Ты точно не сможешь отсюда уехать, - хохотнула я, качнув головой.

Глава 25. Любовь

Тесто всё-таки пришлось поставить. Правда, не на калач, а на булочки. По-другому Саша никак не соглашался работать. Вернее, от поклейки обоев он и не отказывался, но только вместо того, чтобы заниматься обоями – активно клеил меня. Прижимал к себе и зажимал у каждой стены и в каждом углу. Соблазнительно шептал комплименты, касаясь губами мочки уха, наматывал мои локоны на пальцы и мило улыбался каждый раз, стоило мне на него посмотреть.

– Даже не пытайся, - выдохнула я, отведя от него взгляд, когда в очередной раз начала таять от его улыбки.

– Что?

– Быть таким милашкой не пытайся. Тот факт, что у нас всё было, не отменяет того обстоятельства, что я тебя терпеть не могу. Я просто напоролась…

– О-о! Ты не просто напоролась. Ты от души напоролась, Любонька, - Саша рассмеялся.

– Я хотела сказать, что напоролась на твою харизму, но, в принципе, твой вариант звучит правдоподобнее, - я взяла рулон обоев, встала на табуретку, которую делал своими руками мой дед, и опустила взгляд на Титова. Он даже не шелохнулся. Так и остался сидеть на полу с кисточкой для клея в руках. – Ты помогать мне собираешься или нет?

– А с чем булочки будут? – посмотрел он на меня с ухмылкой.

– С моими оскорблениями. Если мы сегодня не закончим зал, то с булочками мне заниматься будет некогда.

Саша показательно тяжело вздохнул, с наигранным усилием поднялся с пола, оставив кисточку у пластикового ведра с клеем. Подошёл ко мне сзади и, положил ладони на мою задницу поверх шортов, спросил:

– Так нормально?

– Нормально. Только нужно раскатать обои, чтобы отмерить нужную длину по стене.

– На что только не пойдешь ради булочек, - Саша сильнее сжал мои ягодицы, чмокнул одну из них и, наконец, соизволил мне помочь.