Чтение онлайн

Конкурент тоже не терял времени даром и прикреплял к фасаду неказистой лавчонки огромное объявление: "Конфискованное барахло за медяк! Ежедневные поставки с королевской таможни! Настоящие эльфийские и гномьи вещички за бесценок!".

За те полчаса, что они ждали Деда, к лавкам уже подкатили телеги старьевщиков и мелких скупщиков краденого и напарники увидели, как оба гоблина пополняют ассортимент, азартно торгуясь и сквернословя. Продолжить наблюдение за по-своему интересной жизнью окраин им помешал старый гоблин. Он подошел к друзьям в изношенной куртке с намертво впитавшимся в нее запахом самогона и неведомых трав.

Дед сразу узнал Урр-Баха и сходу заявил:

— Даже не проси! Обратно тебя не возьму и за горсть золотых.

Урр-Бах со смехом вложил в ладонь гоблина горсть серебряных монет.

— Даже не думал. Дед, мой тесть решил открыть лучшую пивоварню в столице, и ему понадобились надежные гоблины. Я тут же вспомнил о тебе. Платить будет вдвое больше, чем здесь.

— А за небрежность будет бить, — добавил Кархи. — Он тоже тролль и любит хорошее пиво.

Дед, немного растерявшийся от неожиданного щедрого предложения, после слов Кархи расплылся в хитрой улыбке.

— За хорошее пиво надо и платить хорошо. Раза в три больше, чем в этом гномьем клоповнике, — гоблин с чувством махнул рукой в сторону пивоварни.

— За такие деньги ты будешь отвечать за каждого гобла, которого с собой приведешь, — строго предупредил Урр-Бах. — Мой тесть шуток с подменой трав не поймет, сразу же утопит прямо в чане. Да, пивоварня небольшая, всего для одного очень приличного кабачка.

— Тогда возьму с собой только своих племяшей, — решил Дед. — Впятером управимся. Остальных парней жалко, пропадут без меня. Если за ними не присматривать, то у них любая выпивка как из преисподней получается.

— Это уже будут проблемы Горакса и его хозяев, — прервал гоблина Урр-Бах. — Сегодня ближе к вечеру подходите к "Эльфийскому Дубу", он недалеко от "Башни Шутника", там и договоритесь с новым хозяином, его Бурхом зовут. Гораксу об этом сообщать не надо.

— Не учи гоблина сбегать с работы, — прокряхтел Дед, пряча монеты в куртку. — Только подойдем мы немножко нетрезвые, сами понимаете, сегодня мне перед парнями надо проставиться, чтобы потом не стыдно было честным гоблинам в глаза смотреть.

Урр-Бах с сомнением посмотрел на Деда — был немалый шанс, что Дед может не перенести этого события.

— Если сильно напьетесь, лучше приходите завтра вечером, глупо знакомиться с Бурхом пьяными.

— Ладно, посмотрим, — Дед кивнул на прощание и потопал к уже прежнему месту работы, прикидывая, кого из племянников послать за закуской. Мероприятие намечалось очень важное, это не день рождения отметить, здесь размах нужен.

Распрощавшись с Дедом, друзья решили посмотреть, чем торгуют в лавках последнего дня и украденного конфиската. Ничего интересного они для себя не нашли, разве что Кархи сторговал потемневшую от времени бронзовую чернильницу в виде медведя, обхватившего лапами бочонок с чернилами. С десяти медяков, запрошенных за нее, Кархи сумел сбить цену до семи, но все равно оставил довольным вечного репатрианта.

— Зачем тебе эта чернильница? — спросил Урр-Бах, не вмешивавшийся в процесс покупки. — В кабинете уже есть одна, и тоже вполне приличная.

— Эта будет стоять возле меня, всегда под рукой, — объяснил Кархи, приглядываясь к странному амулету, прибитому над дверью торговца конфискатом. — Для буйных клиентов или Гримбольда. Урр-Бах, тебе не кажется, что эта вещица над дверью смахивает на мой потерянный амулетик?

Тролль вздрогнул и уставился на "амулетик". Два согнутых ржавых гвоздя прижимали черно-белый камень к трухлявым доскам. Приметная рубиновая искорка в центре конструкции не оставляла сомнений, что это один из злополучных "Эльфов на час".

— Его прибили сюда лет двадцать-тридцать назад, — неохотно буркнул Урр-Бах. — Зачем тебе она, по принцессе соскучился?

Кархи неожиданно смутился.

— Понимаешь, на днях мы обсуждали с Марсиэль нашу будущую семейную жизнь, и она сказала, что было бы здорово, если бы я иногда эльфом становился. Тогда мы играли бы в принца Кирдаля, спасающего бедную эльфийку. А потом она бы меня горячо благодарила. Как в книжках. У нее, оказывается, в спальне целая стопка любовных романов лежит. Малышка любит читать про романтичную любовь.

Гоблин мечтательно закатил глаза и вздохнул. Урр-Бах громко выругался по-тролльи и, громко сопя, подошел к гоблину, который сортировал ночной конфискат, чаще всего отобранный у уснувших на улице пьянчуг.

— Эй, приятель, даю три серебрушки за этот амулет правдивости, — тролль показал на дверной проем лавки. — Хочу подкинуть его одному гному, этот ублюдок вечно разводит пиво водой.

Гоблин недоверчиво посмотрел сперва на амулет, потом на Урр-Баха. С одной стороны, если даже тролль предлагает за непонятный амулет, украденный в молодости его отцом у старьевщика, целых три серебрушки, то он точно стоит куда дороже. С другой стороны, амулет правдивости — не самая нужная вещь в хозяйстве и так небогатого гоблина, торгующего сомнительным товаром. Решение помог принять конкурент, некстати влезший в чужой разговор.

— Эй, таможня, разве не видишь, он дурит тебя как ребенка. Посылай его к Рхызу.

Гоблин еще сильнее нахмурился и увидел в руках Кархи чернильницу, которой цена была три медяка в базарный день.

— Болотник, а может ты лучше повесишь его у себя? Отдам бесплатно, как родному брату.

Конкурент замялся, не готовый к такому повороту.

— Не, у меня и так торговля неплохо идет.

Хозяин амулета правильно истолковал его признание, повернулся к троллю и протянул открытую ладонь за серебром.

— Сам снимешь, я не собираюсь еще и шею из-за него ломать.

Урр-Бах, пряча улыбку при виде обманутой суеверной жертвы, отдал монеты и, отогнув гвозди, положил амулет в карман. Посмотрев на удивленного Кархи, он, подражая голосу Бурха, произнес:

— Сынок, в Кирдаля и эльфийку будете играть после свадьбы, а пока пусть это хранится у меня. Если Марсиэль увидит его у тебя, то мало ли что она подумает, она у тебя ревнивая.

Кархи обреченно вздохнул и пошел за Урр-Бахом. В любом случае, утро выдалось удачным, да еще и гоблинов у Гримбольда переманили.