И 8
Шрифт:
Сделав резкий шаг навстречу воинам, Рэк левой рукой подцепил на себя забрало одного из рыцарей, а правой коротко ударил, вбивая в вытаращенный глаз обычнейший кухонный нож с деревянной ручкой. Там его и оставив, орк шагнул в сторону и оказался за спиной второго бойца. Тот среагировал не сразу, потратив несколько секунд на почти медитативное созерцание того, как заваливает его друг. Закованный в металл труп с лязгом рухнул, дернулся и затих.
– А-а-а-а-а-а… – протянул опять остолбеневший старый оратор.
Еще удар…
Заоравший рыцарь прыгнул вперед, уходя от очередной атаки сзади. Выхватив меч, он развернулся с такой легкостью, что я заподозрил наличие в его доспехах сервоприводов. Но это лишь похвальная выучка и чуть ли не жизнь внутри железной тяжести. Последовавшая яростная атака тоже была удивительно быстрой и умелой. Шаг вперед, еще один в сторону, шипящий меч пошел по косой траектории снизу вверх, целясь в правое бедро орка… вот только Рэк не крестьянин. И он обучен куда не хуже. Плюс боевая коктейльная химия в крови… С издевательской неторопливостью уйдя от атаки, Рэк развернулся и нанес удар. Если первый раз он вбил между шейных пластин обычное же шило, то сейчас ударил топором. Длинная дубовая рукоять, мощное бородовидное лезвие и дикая орочья сила. Прогудевшее лезвие ударило в локтевое сочленение. Ударило с дикой силой, но прорубить не сумело. Зато вбило стальную защиту в живую плоть. И рыцарь не сдержался, в голос заорав, поспешно отшагнув назад, отмахнувшись мечом… Рэк крутнулся и бегущий к нему парень в темной рубахе сделал на автомате еще пару шагов и рухнул. Отлетевшая голова упала у ног пятящегося старика на помосте…
– Что же это?!
Тупой вопрос… А наслаждающийся Рэк убил еще одного «темного», буквально располовинив его до пояса. Хлынула кровь, радостно полезла на волю требуха, вытягивая за собой еще сокращающиеся органы, рев перепуганной и хлынувшей прочь толпы.
Тонкий и большинством оставшийся незамеченным свист… и целящийся из-за угла здания арбалетчик выронил оружие и затих, привалившись к бревенчатому срубу, пригвожденный за шею стрелой. Он был еще жив и старательно царапал бревна, но уже затихал. Приподнявшись, я глянул на умелого лучника из барачной коммуны – как и ожидалось, многие решили уйти от мирной жизни – и убедился, что он уже скрылся обратно за копной сена за жердевой оградой огорода. Но его все же заметили и туда уже бежали два крепких парня в темных рубашках. Я навел на них винтовочный игольник, повел прицелом, но так и не нажал на спуск – не понадобилось. Один поймал грудью вторую стрелу, а другого убила высокочившая с тесаком гоблинша. Ударила грязно, вспаривая шею, грудь и живот, после чего рванулась прочь, но запуталась в подоле длинного платья и рухнула. Подхватившись, перевалилась через ограду и скрылась, по пути раздавив брызнувший помидорный куст. Я вернулся к наблюдению за кровавой комедией у помоста.
Еще один мертв. Другой «темный» жив, но лишился ноги и куда-то ползет с удивительной целеустремленностью, оставляя за собой жирный кровавый след. С помоста исчезли все элитные, а старый оратор чего-то упал на колени и схватился за грудь. Ранен? Вглядевшись в его лицо, я понял – нет, не ранен. Разве что изнутри. Его шлепнуло инфарктом и похоже, что фатальным. Завалившись набок старпер занялся мелким подрагиванием.
А Рэк все так же стоял напротив замершего подранка рыцаря и ждал, когда тот перейдет в атаку. Тот никуда не торопился. Равно как и немалая часть толпы, что добежала лишь до краев этой выделенной под сферу наказаний зоны и там остановились, наблюдая за происходящим. Многие возбужденно перекрикивались, позабыв про извечную осторожность забитых простолюдинов:
– Ты видел? Ножом завалил! В глаз!
– Обычным ножом!
– Да и топор обычный – у каждого из нас такой есть!
– Тише! Тише!
– Да заткнись ты, Никодим! Не у тебя брата ни за что ослепили?!
– Кто этот безумец? С какого он хутора?
– Не наш!
– Да он лесной какой-то… чистой воды зверюга… лютый!
– Ногу отрубил одним ударом! Перерубил! Я таким топором дрова колю… и никогда не думал…
– Слышали про сиси Ванессы? Что он… кричал…
– Тише! Тише!
– Да заткнись ты уже, Никодим!
– Может время пришло, братия? Может хватит терпеть? Может сам бог посылает нам знак?
– ГЛЯДИТЕ!
Второй рыцарь упал ничком и замер навсегда. Тряхнувший топор орк развернулся и глянул на помост. Но элита уже исчезла, оставив после себя перевернутые креслица и лавки. Мертвое тело старого оратора, продолжающие стоять на коленях приговоренные, что-то мычит похотливый Серафим…
– Так кто пояснит про сиськи суки Ванессы?! – негодующе взревел Рэк, вздымая над головой окровавленный топор.
Рассмеявшись, я убедился, что его по-прежнему прикрывают – устранены еще два стрелка – и спрыгнул с дерева. Первая часть плана реализована.
В выданном задании Управляющая посулила мне еще один средний боевой шагоход и пару ремонтных комплектов, заодно намекнув, что может дать и больше, но только в том случае, если так называемая реликтовая зона Джинсей-Но-Мичи добровольно пожелает избавиться от своего особого закрытого статуса и перейти под власть Управляющей Кальварии. При этом надо избегать шокирования местных «отсталых» новыми технологиями и свести к минимуму чуждое прямое влияние. Что ж… у меня есть опыт свержения правительств руками их же граждан… ну почти… Ревущие орки с топорами не в счет…
– Давайте поможем ему, братия! – зло и решительно крикнул один из оставшихся понаблюдать мужиков – Довольно уже калечить нас! Довольно я говорю!
– А ты кто, чтобы говорить?
– Я?! Я отец ни за что изуродованной дочери! Вот кто я такой!
– Я с тобой, Эфрай!
– И я!
– Тише! Тише!
– Никодим… лучше заткнись…
– Эй! Герой-убийца! Повергатель рыцарей! Назови свое имя! Не снизошедший ли святой ли ты часом?
– Пошел в жопу! – отозвался Рэк и вбил топор в спину агонизирующего «темного».
– Ну истинный святой… – восхитился крикун – Налить ли тебе пива? И поговорим…
Щелкнувший передатчик принес тихий голос Хорхе:
– Десятеро верховых ушли. Мы сняли восьмерых. Двоих отпустили.
– Хорошо – ответил я – Наблюдайте и ждите отряд карателей…
– Дворяне того, сеньор…
– Что с ними?
– Они еще почему-то живы…
– В тебе проснулась классовая ненависть, гоблин?
– Ага… Три кареты и десять верховых летят по дороге на север. Всадники непонятные до загадочности – оранжевые доспехи и катаны вроде как… личная охрана? Каков приказ, команданте?
– По колесам последней кареты. Без шума сможете так сделать, что ее повиляло или опрокинуло к херам?
– Сомнительно.
– Тогда отпускайте.
– Но можем всадить пару топоров в крышу… сейчас пройдут мимо засады на лесном холме… Стучать им в крышу?
– Стучи.
– Принято – в эфире прозвучало несколько приказов, а еще через минуту Хорхе с крайне задумчивостью доложил – Резко ускорились… к нам свернуло пятеро верховых…
– Пустите глубже и валите игольниками.
– Есть! А топоры в крышу то зачем? Хотя они точно обделались, когда лезвия сквозь крышу прошли… а может кого-то и задело…