Хроники оборотней
Шрифт:
Что ж, любопытно взглянуть, чем закончится эта афера, поэтому пришлось поторопиться. В костеле народу было больше, чем в день святого Варфоломея, когда, по слухам, из-за давки двадцать монахов были доставлены в госпиталь с отдавленными пальцами на ногах и десять – потерявшими сознание от недостатка кислорода.
На почетном месте сидел магистр, важный и многозначительный, как памятник собаке Павлова. По традиции все началось с торжественной речи:
– Братья, небеса благоволят нам! Они послали святого Мурзика для избавления нас от зловещего проклятия, нависшего над Тевтонским орденом. Избавление близко, сегодня ночью я видел нашего святого, явившегося ко мне в расшитых золотом одеждах, с сияющим нимбом и словами утешения на устах!
Я прыснула в кулак, представив кота в расшитых золотом одеждах, чего магистр, конечно, не видел, а придумал для убедительности, чем вызвала осуждающий взгляд стоявшего рядом библиотекаря. Тогда мы с любимым перешли на полушепот:
– Слушай, может, спросить, вдруг он получил новое, более подробное пророчество? Ну насчет этого предстоящего убийства…
– Вряд ли, – скептически поморщился Алекс, – он бы давно приставал с этим ко всем и каждому. Но ты права, время идет и ничего не происходит.
Я кивнула, подошла к грустному библиотекарю и вежливо поздоровалась. Брат Нюрольд демонстративно попробовал сделать вид, что никого не видит в упор. Зря, я не стеклянная и работу суперагента знаю, от меня так легко не отвяжешься…
– Эй, отец библиотекарь, так как там у нас с новыми откровениями свыше? – без обиняков обратилась я. Монах вынужденно поднял на меня тоскующий взгляд и завопил:
– Близится время новой трагеди-и-и!
Все присутствующие аж дернулись, и даже магистр, подпрыгнув, скрипнул в его сторону зубом.
– Неужели что-то новенькое? – Мне пришлось понизить голос, дабы нас просто не выгнали за нарушение общественного порядка.
– Все то же, брат, все то же… Тяжело бремя провидца, вся жизнь наперекосяк, – так же тихо пожаловался бедный монах. – Взять хоть ту же историю. Кассандру Троянскую никто из-за ее дара замуж брать не хотел! Думали – сумасшедшая, что, конечно, недалеко от истины, но ведь нельзя же…
– Да, она всю Трою умудрилась достать своими неоптимистическими откровениями, – согласилась я, припоминая «Илиаду». Библиотекарь сокрушенно покряхтел в ответ.
Поняв, что толку не будет, я протолкалась к Алексу. Он пересчитывал всех находящихся в зале, надо было удостовериться, что вся местная элита здесь, под нашим присмотром.
– У брата Нюрольда – все глухо, бормочет что-то себе под нос, ищет исторического оправдания. А у тебя как? – осведомилась я, поскольку многих «вышестоящих лиц» знал только Алекс, будучи с ними на закрытых заседаниях.
– Кажется, все тут. Раньше времени волноваться не будем, но бдительность терять нельзя. Разбуди меня на вторую стражу…
И тут же попытался заснуть на моем плече, но я мигом привела его в боевую готовность кулаком в бок.
– Ты еще захрапи! Время к полуночи, все свершится с минуты на минуту!
– Ау-у, по-моему, не стоит так уж верить этому библиотекарю, вдруг он обычный сумасшедший?
– Все возможно, но его предсказания сбываются, – неуверенно возразила я. – Да и старик-колдун тоже говорил: «зло не ждет…»
Командор протер глаза и, воспрянув, вновь начал осматривать зал.
Магистр наконец-то закончил свое пафосное выступление, попил водички и, довольный, воздел руки к сводам костела:
– Братья, молитесь же святому Мурзику! И да ответит он мольбам нашим…
Он настолько поверил всему, что нашептывал ему по ночам кот, что даже не сомневался: по первому требованию магистра всенепременно раздастся глас новоиспеченного святого!
Установилась благоговейная тишина, все ждали. Прошла долгая минута, полторы, две… У меня уже спина зачесалась от ожидания. Я-то точно знала, что котик должен выступить. Может, он за мышью на хорах погнался или уснул за статуей святого Иезаборда Пустынника, разморенный духотой и нудной речью фон Сальца. Общее недоумение росло, на лбу магистра выступили нервные капельки пота…
Вот тут-то котик и подал долгожданный голос:
– Братья мои во Христе, внемлите словам моим, утешение и надежду несущим! Сейчас я сообщу вам новости, которые вы так ждете все последнее время. Я расскажу вам одну историю, и вы сами поймете, почему в замке происходят столь гнусные злодейства. Настала пора узнать правду!
– Он собирается раскрыть карты и всех заложить? – чуточку встревожилась я. – Как же мы тогда остановим новое убийство?
– Агент 013 считает, что может его предотвратить. Если сейчас при всех разоблачить истинного виновника – призрак, возможно, будет удовлетворен и уйдет с миром.
– Но мы этого призрака даже в глаза не видели, с чего ты взял, что на него можно повлиять?! – возразила я. – А вдруг он закоснелый маньяк и ему по фигу все разоблачения! К тому же останки все равно надо найти и похоронить по-христиански – это неизменная традиция.
– Не буду спорить, но давай дадим агенту 013 использовать все возможности. Иногда срабатывают самые абсурдные планы…
Кот тем временем продолжил обличения, рассказ Труссеведена о княжне он слышал через мой микрофон и сделал соответствующие выводы.
– Много лет назад в этом замке произошла трагедия. Я бы сказал иначе – акт языческого вандализма! – вещал котик. – В одну из стен была живьем замурована девочка знатного рода, дочь литовского князя. Якобы это могло навек защитить замок от любых посягательств извне, делая его неприступным.
По костелу пронеслись охи и ахи, брат-библиотекарь взволнованно вцепился в карманный часослов, видимо вспомнив знакомый сюжет из «Легенд Мальборка». Лица магистра мне толком не было видно, но наверняка он сейчас смертельно побледнел…