Чтение онлайн

Тристан мысленно начал считать до десяти.

Один, два, три…

Женщины молчали в ожидании его извинений. В гнетущей тишине раздавалось раздражающее позвякивание ложек о чашки. Леди Дастин, жена члена внутреннего Совета Фортиса, с остервенением обмахивалась веером, хотя в комнате было совсем не жарко. Ее многочисленные браслеты бились друг о друга, и этот звон действовал Тристану на нервы.

Четыре, пять, шесть…

Леди Норман уже в третий раз с момента его прихода томно вздохнула и призывно облизнула губы, глядя на принца. Она была всего на несколько лет младше королевы, но в прошлом году на балу едва ли не силой пыталась затащить Тристана в темную нишу. Он с трудом отбился от этой чокнутой женщины.

Семь, восемь, девять…

Дочка лорда Эттвуда, сидевшая ближе всех к двери, встряхнула своими кудрями, и до Тристана долетел тошнотворный сладкий запах духов.

Черт…

– Пошли все вон, – тихим угрожающим голосом сказал Тристан, и его взгляд при этом полыхал таким гневом, что ни у кого из присутствующих не возникло желания спорить с ним.

Через три минуты суетливых сборов, оскорбленных взглядов и злых перешептываний женщины покинули комнату, и Тристан остался с матерью наедине.

– Ну здравствуй, матушка. – Он подошел к ней и намеренно громко чмокнул в щеку.

– Что ты себе позволяешь, Тристан? – с упреком спросила Мари.

– Что именно? – Он устроился в одном из свободных стульев и с интересом стал изучать блюда на столе.

– Ты ворвался в мои покои во время чаепития, нахамил гостям и разогнал их. Кто дал тебе такое право?

Тристан взял с подноса крупное наливное яблоко и, откусив смачный кусок, с вызовом уставился на мать.

– А кто тебе дал право выдавать мои секреты, матушка? – В последнее слово он вложил весь яд.

Королева тяжело вздохнула и опустилась в кресло. Она сразу поняла, о чем речь.

– Тристан, послушай. Твоему брату нужна помощь, – начала Мари мягким и ласковым тоном. – Он ведет опасную игру с Западом и Арденом. Арон отказался его поддерживать, и я боюсь, что он начнет строить козни против брата, чтобы занять его место на троне. Артуру нужна мощная поддержка. Поэтому я решила, что ее сможешь оказать ты. А он, став королем, в долгу не останется и назначит тебя Хранителем более значимых земель.

– Ты, возможно, забыла, но Арон тоже твой сын.

– Если позиции Артура окрепнут, Арон не будет лезть на рожон. Так мы предотвратим вражду между ними. Они ведь твои братья, Тристан.

Гнев уже не умещался внутри Тристана. Он хотел кричать и крушить все вокруг.

– Братья, которые меня презирают и в грош не ставят, которые ни разу не заступились, когда отец выставлял меня на посмешище на званых ужинах и балах. Братья, которые предпочли бы и вовсе не видеть меня на фамильном древе непогрешимого рода Вейланд. Да в гробу я их видал, матушка, – сорвался Тристан на крик. – Мне плевать на них! Ты, мама, единственная, кому я доверял и кого любил. Я просто хотел, чтобы хоть ты-то мною гордилась. – Крик отчаяния затих до удушающего шепота: – А ты предала меня.

На лице Мари отразилась боль. Она встала из-за стола и подошла к Тристану, мягкими теплыми руками коснувшись его волос и лица.

– Сынок, прошу, не надо так. Я люблю тебя, люблю всех вас и стараюсь оберегать по возможности. Вокруг столько врагов, а мои сыновья разобщены, как пена в море. Ты, Артур, Арон, Калеб, Уилл – вы ведь родные братья. И только объединившись, станете непоколебимой силой. Поэтому я пошла на этот шаг, сын, и очень надеюсь, что ты простишь меня. Мы ведь одна семья.

Глаза Тристана жгли злые слезы.

Он вспомнил, как впервые посетил Арден. Это случилось через полгода после знакомства с Анной. Он не мог бороться со своими чувствами и хотел увидеть ее хотя бы одним глазком. Тогда-то он и стал свидетелем сцены, когда Анна учила Рэндалла играть сложную партию на пианино. Они вместе шутили, смеялись, по-доброму подтрунивали друг над другом. И он точно знал, что их отношения были искренними – в отличие от Тристана и его братьев. Они любили друг друга, были настоящей семьей.

Тристан до сих пор даже себе боялся признаться, что хотел бы стать частью такой семьи.

– Он тоже был моим братом, – едва слышно сказал Тристан.

– Что? – Губы Мари дрогнули.

Тристан поднял голову и встретился с ее полным смятения взглядом. Ее величавость и непоколебимое спокойствие дали трещину, уступив место волнению. Тристан взмолился Единому, чтобы не разочароваться в ней еще сильнее.

– Умоляю, матушка, скажи, что ты не знала о планах Артура убить Рэндалла. – Его голос дрожал. – Молю, скажи, что если знала, то пыталась его отговорить… Скажи, матушка.

По лицу Мари пробежала тень. Она опустилась на соседний стул и трясущейся рукой поправила темную прядь, выбившуюся из высокой замысловатой прически.

– О планах Артура я узнала слишком поздно. Рэндалл уже сел на корабль.

– Я так хочу тебе верить, мама, но теперь у меня едва ли получится. – Тристан бросил яблоко на стол, и оно покатилось по светлой скатерти, сбив пустой бокал.

Услышав его замечание, Мари поджала губы.

– Я не убийца, сын. Он пришел в наш дом совсем мальчишкой, и я никогда не желала ему зла, хотя у меня было предостаточно причин его ненавидеть. Но прошлое не изменить. Нам придется жить с этим.

– Отец знает? – Он с горечью посмотрел на мать. Как бы Алан ни проявлял пренебрежение к своему бастарду, Тристан точно знал, что отец не позволил бы сыну причинить ему вред. – Ты не скажешь о преступлении Артура отцу? – Он поднялся со стула и попятился спиной к двери.

Мари порывисто дернулась и шагнула ему навстречу, но Тристан выставил перед собой руку. Этим жестом он возводил между собой и матерью невидимую стену.

– Если Алан узнает, он предаст Артура королевскому суду. Я не позволю этому случиться! Мне жаль, сынок, правда жаль. Но я всегда буду делать выбор в пользу своих сыновей. Когда у тебя появятся свои дети, ты поймешь. Я просто пытаюсь защитить вас.