Чтение онлайн

– На крышу, куда же ещё, – невозмутимо ответил Тыр.

– Как туда попасть?

– Тебе-то зачем?

– Да так, просто любопытно…

– Это не тот случай, когда ради любопытства можно рискнуть жизнью. При твоём жизненном опыте пора понимать разницу между риском и самоубийством. Впрочем, ты, кажется, говорил, что находишься с Хозяйкой чуть ли не в дружеских отношениях. Вот пусть она и возьмет тебя с собой на крышу… А сейчас все разговоры побоку. Приготовься к самому неприятному из того, что ожидает нас в этом путешествии.

Дорогу им преграждала стена, судя по всему, прочностью своей сравнимая с бортовой броней линкора «Миссури». Чуть выше уровня пола в ней имелся ряд сквозных отверстий, затянутых мутной мембраной, позволявшей тем не менее рассмотреть то, что творится снаружи.

– Что это? – спросил Темняк с невольным волнением в голосе, причиной чему был вовсе не вид стены, а слова, только что сказанные Тыром.

– Клапаны, – коротко ответил тот.

– А для чего они нужны?

– Для чего они нужны Хозяевам, не знаю. Но для нас это как бы двери, ведущие из верхних помещений в нижние.

– Надеюсь, пройти сквозь них можно?

– Можно, – голосом, не обещающим ничего хорошего, ответил Тыр.

– В чём тогда проблема?

– Проблема в том, что клапаны действуют лишь в одну сторону. Причем это правило распространяется исключительно на живую материю. Двигаясь через клапан в правильном направлении, человек испытывает весьма неприятные ощущения. По сути, он на какое-то время умирает. Распадается в ничто. Но при выходе вновь обретает свой прежний облик и прежнее сознание.

– А что будет, если я, к примеру, сунусь в неправильном направлении? – не преминул поинтересоваться Темняк.

– Ты тоже умрешь. Но уже навсегда.

– Тогда какие могут быть сомнения! Пойдем в правильном направлении.

– Вот тут-то и загвоздка. Никогда нельзя заранее угадать, как действует тот или иной клапан. Они меняют свои свойства чуть ли не каждый день.

– Как я понимаю, бросать туда камень или совать палку бессмысленно?

– Конечно. Речь идет только о живой материи…

Проще всего было бы взять с собой кого-то третьего, кто и так заслуживает смерти. Вражеского лазутчика, например. Или соперника в любви. Но если нас только двое, придётся поступить иначе.

Тыр вытащил из-за пояса мешочек, сделанный из непромокаемого материала, и осторожно развязал его. Внутри копошилось с десяток крупных, багровых от сытости клопов.

– Живая материя! – догадался Темняк.

– Вот именно. Берегу как зеницу ока. На верхотуре они в редкость. Кормлю собственной кровью.

Остановившись напротив крайнего клапана, Тыр метнул в его мембрану самого крупного из клопов, а когда тот исчез, стал всматриваться в муть, разделявшую человека и вскормленного его кровью паразита.

– Ну и как? – осведомился Темняк, не очень-то доверявший подобным шаманским штучкам. – Клоп обрел новую жизнь или бьётся в агонии?

– Трудно сказать, – неуверенно произнес Тыр. – Сегодня очень плохо видно. Но рисковать не будем.

Он перешел к следующему клапану, и уже самый первый бросок закончился тем, что с обратной стороны мембраны появилась жирная кровавая клякса. Случившееся Тыр прокомментировал так:

– Вне всякого сомнения, дорога сюда нам заказана.

Пришлось погубить почти всех клопов, прежде чем Тыр удостоверился в абсолютной безопасности одного из клапанов. На памяти Темняка это был первый случай, когда зловредные кровопийцы сослужили людям добрую службу.

– Нам сюда, – Тыр с преувеличенной вежливостью сделал Темняку приглашающий жест.

– Только после вас! – Темняк церемонно раскланялся. – Женщины и достойнейшие из мужчин проходят в первую очередь.

Тыр вошел в клапан, словно в стену дождя, действительно исчез на какое-то время, но спустя минуту, еле различимый сквозь муть мембраны, уже призывно размахивал руками на той стороне.

– Приступим, – тяжко вздохнул Темняк. – Ну чем, спрашивается, я хуже других?

Распадаться в ничто, а потом вновь складываться в нечто ему не нравилось, тем более что во время предыдущей аналогичной процедуры он лишился зубной пломбы, на которую когда-то была дана пожизненная гарантия.

Темняк, уже неоднократно умиравший и всерьёз, и понарошку, знал, что дело это мучительное, страшное и противное, но таких страданий, как на сей раз, ему испытывать ещё не доводилось.

Попав в клапан, он даже не успел завершить свой первый шаг, как неведомая сила вывернула его наизнанку, заставив, кроме всего прочего, отведать и сладость собственной крови, и горечь желчи. Сознание, словно шрапнель, разлетелось на множество осколков, каждый из которых продолжал ощущать и боль, и страх, и отвращение.

Вот в таком совершенно исковерканном состоянии Темняк начал свой второй шаг, и тут все обломки его тела угодили под пресс, который немедленно начал выковывать из них нечто совершенно новое, будто бы это была вовсе не хлипкая человеческая плоть, а по меньшей мере колокольная бронза.

Неизвестно, какие муки обещал ему третий шаг, но в помутившемся сознании Темняка последовал пробел, а может быть, прочерк, и он вновь ощутил себя живым человеком лишь в объятиях широко улыбающегося Тыра.

– Ну как? – поинтересовался тот. – В первый раз это, несомненно, производит впечатление.

– Уф! – только и смог произнести Темняк, но чуть погодя всё же выдавил из себя: – Когда пойдем назад, будет то же самое?

– Конечно, – охотно подтвердил Тыр.

– А как мы найдем нужный клапан? Клопы-то уже почти закончились.

– Не забывай, что назад мы пойдем не одни, – как ни в чём не бывало напомнил Тыр.

– Ну ты и палач! – изумился Темняк. – Живодёр!

– А что ты прикажешь делать? Клопы нынче наперечёт…