Чтение онлайн

– Так мы на тебя надеемся. Ты слово дал. Жди сигнала…

Усольцев хлопнул по спине и исчез в кустах.

Стася качнулся и еле устоял на ногах, потеряв шлепанец. Он стоял в саду и не знал, что теперь делать. Бежать? Некуда. Но и вот так ждать, когда за ним придут… Это тоже немыслимо. От страха с ума сойдет. А может… Каяться, просить прощения? Может, поймут и не накажут? Но ведь это предательство… Да, все это пустые слова. Свою шкуру спасать надо, вот что главное. Но и торопиться не следует. Надо дотянуть до последнего момента. А там уже с фактиками на блюдечке… Так вернее будет. Именно так и надо. Раньше времени сунешься, еще и дураком окажешься. Ждать надо, там видно будет… Ну, спасибо тебе, друг Жарков, устроил приятный сюрприз…

Сон пропал окончательно. В мрачнейшем расположении духа Стася отправился будить кухарку и требовать чаю.

Дом на Зоологический улице ничем не выделялся среди таких же одноэтажных бревенчатых дач, где зимой жарко топили печь хозяева, а летом распахивали все окна и пили чай на веранде дачники. Сейчас дом окружили полицейские силы. Не меньше армии. Около веранды притаился городовой, другой перекрыл выход с заднего двора, еще двое взяли на себя окна, а сам пристав, раздававший команды шепотом, решился идти в лобовую атаку.

Стараясь лишний раз не стучать каблуками, он штурмовал ступеньки крыльца, замер перед дверью, прислушиваясь, не готовится ли жестокий отпор. В доме было тихо. Пристав разобрал храп хозяйки, мещанки-вдовы Матюшковой. Иных тревожных звуков не обнаружил.

Он тихонько дернул ручку. Дверь оказалась не запертой. Недельский переступил через порог, на цыпочках прошел мимо лежанки, на которой разметалась хозяйка, и заглянул в комнату. На железной кровати, подоткнувшись одеялом, спал злодей, не догадываясь, что возмездие уже стоит в проеме двери. Пристав хотел было лично скрутить убийцу, но, вспомнив, что тот сотворил с Жарковым, счел за лучшее вернуться с подмогой. Он прокрался назад, выглянул из дверей и поманил свою армию.

Серафима подскочила на матрасе от страшного грохота, будто свалился шкаф с посудой. Спросонья не поняла, что случилось: то ли дом грабят, то ли пожар. Из комнаты раздавались грозные крики и как будто шум борьбы. Закрывшись одеялом, как шубой, она спрыгнула на пол и ринулась спасать имущество, которое наверняка уже грабят. Вместо разбойников она увидела самого господина станового пристава, который размахивал шашкой, а двое городовых держали ее милого мальчика постояльца, причем держали крепко, заломив руки и нагнув в пояс. На полу валялись осколки разбитой вазы, тарелок и даже любимого графина. Под шашкой пристава пали и занавески.

– Это что же такое творится! – закричала хозяйка.

Махнув еще разок шашкой, пристав обернулся.

– Госпожа Матюшкова, требую отвечать по закону! В котором часу вернулся ваш постоялец?

– Так это… Поздно уже вернулся… А вам какое дело?

Пристав многозначительно постучал пальцем по лбу.

– Вот оно! Вернулся поздно! Что и требовалось доказать! Извольте выйти вон, здесь полиция занимается!

Хозяйка высказала все, что думает о самоуправстве, но только про себя. Вслух же фыркнула и удалилась. Разгромив последний очаг сопротивления, пристав подступил к задержанному.

– Ну, здравствуйте, молодой человек, вот мы и встретились!

– Отпустите… – злодей еле хрипел.

Пристав разрешил захват ослабить, но за локотки придерживать, так верней будет. Вместо того чтобы каяться, преступник возмутился.

– Это что вы такое себе позволяете? – спросил он дерзко.

– Ох, как заговорил! Слишком резвый, как погляжу. Ну, ничего, мы быстро стреножим.

– Вы не имеете права задерживать без постановления прокурора! Это самоуправство!

Пристав игриво хохотнул:

– Вот какой образованный! Это у вас в столицах прокуроры. А у нас прокуроров не имеется. Негде им взяться. У нас городок тихий – раз, и сразу в мешок. Вот так-то… Что это такое, что за следы? – сняв со стула белую сорочку, Недельский растянул на пальцах бурые капли.

– Кровь носом шла, что тут такого.

– Ну, конечно! Носом! И как будто нарочно – свежая. Так где же вы провели вечер, милейший господин Джек?

– Пристав, что за бред? Какой Джек?

– В чинах разбираемся! – заметил Недельский, ощупывая карман пиджака. – А что это у нас тут?..

Появился финский ножик в чехле.

– Момент истины свершился! – прошептал пристав, еще не веря в молниеносную победу. – Все улики налицо.

– Это перочинный нож! Что тут такого?

– Перья, значит, чистим? Людей режем, а потом перышки чистим. Так я и знал…

– Требую, чтобы меня немедленно отпустили. Я требую объяснений, по какому обвинению задержан.

– Требуете? Ну, конечно… Как же иначе. В таком случае, разговор продолжим в участке… Берите его…

Городовые подхватили злодея под мышки так, что ноги его не касались пола, и как есть, в подштанниках и сорочке, поволокли на улицу. Молодой преступник не сопротивлялся, повиснув мешком.

Двуколка въехала в ворота, за которыми виднелась небольшая, но уютная дача, каких множество на Курортной улице. Дворовый работник Петро помог даме выйти из двуколки, и она не побрезговала опереться о мужицкую ладонь. Сойдя, потянулась, глубоко вдыхая утренний воздух.

Подошла кухарка Авдотья, деревенская баба, поднесла мокрое, горячее полотенце, что дожидалось на пыхтящем самоваре. Дама спрятала в нем лицо.

– Где ж ты, Катерина Ивановна, всю ночь шлялась? – спросила Авдотья. Как видно, прислуге позволялись вольности.

Катерина Ивановна отняла полотенце. Лицо ее украсил здоровый румянец.

– Не твое дело, старушка!

– Ишь, нашла старушку… Какая тебе старушка… Помоложе других будем…

– Доша, не бурчи! – кухарку ткнули в живот. – Проголодалась, завтракать хочу.

– Давно уж на столе дожидается… Ишь, старушку нашла…

Авдотья закинула полотенце на плечо и, переваливаясь крутыми бедрами, пошла в дом. Катерина Ивановна осталась. Она пребывала в некоторой задумчивости, словно не могла решиться, подыскивая какой-то приемлемый вариант, но никак не находя его. В той же задумчивости стянула летние перчатки, бросила их под ноги, развязала тесемку и сняла шляпку. Все это – механически, взгляд ее блуждал вокруг.