Хейтер
Шрифт:
– Мне надо ехать, извини. Я постараюсь вернуться, если порешаю дела. Ир, ты уж извини, что вечер тебе запороли...
– Ехать?
– ярость и пустота закрутили вихри торнадо в моём сознании.
– Куда, твою мать, ехать? Мы собирались провести вместе вечер и ночь! Откуда твое «ехать»?
Костя отвернулся к окну.
– Лена, позвонил отец. Партнёр по бизнесу пригласил на семейный ужин. Сама понимаешь, этикет и...
– Да вали, куда хочешь!
– я закрыла лицо руками и заплакала. Костя растерялся на какой-то миг, затем, подойдя, присел рядом и попытался удержать в ладонях моё лицо. Я увернулась.
– Малыш, приходи в себя. Завтра поужинаем. Всякое бывает. Мне правда надо бежать, извини...
Сухой поцелуй в кромку волос, пожатие плеча тёплой ладонью. Я давилась слезами, слушая затихающий звук его шагов и хлопок входной двери.
– Хороша опора и защита, - процедила сквозь зубы Ирка.
– Так, Саймонс, забей. Я роллы заказала. Как там называется тот фильм, что ты хотела посмотреть? Да перестань плакать! Мужики иногда сущие гондолы.
Конечно же, потом она пыталась найти оправдание поступку Новака с точки зрения психологии. Говорила, что у многих подобная реакция, когда они не понимают, как защитить свою женщину, а оттого уходят в себя. Я кивала, но понимала: Костя устал. Устал от моих истерик и неприятностей, которые я к себе притягиваю. Устал видеть с собой рядом не ту весёлую и красивую девчонку, что покорила его сердце, а зарёванную истеричку.
Устал решать мои проблемы.
Устал жертвовать всеобщим обожанием к своей персоне в те моменты, когда приходится вытирать мне сопли. Никто из нас в тот момент даже не догадывался, что скоро я буду молить высшие силы о таких «трагедиях» взамен тех, что со мной произошли.
Маятник завертелся.
Глава 8
Desperado сам написал мне. С фейкового аккаунта. В социальных сетях не скрыться. Никогда не знаешь точно, что кто-то, удалённый из френдов или отправленный твоими же руками в чёрный список, не создаст несколько других аккаунтов и не засядет среди твоих друзей. Не заподозрила и я подвоха, когда добавилась стильная рыжуля с восторженной оценкой моему каналу. Увы, «В Контакте» подобные личности зачастую шифруются покруче спецслужб.
Забегая вперёд, - почему я сразу не повесила на Виктора ярлык кибер-вора? Вроде всё выходило складно: молчал, выжидал, а как только у меня начались проблемы - отозвался? Да потому что на тот момент его появление показалось вполне логичным.
Когда хакнули мой электронный кошелек, я не стала скрывать от полиции имя того, кому могло быть это выгодно. Нет, презумпцию невиновности никто не отменял, но стражи закона были настроены проверить все версии. Честно, я не думала, что они до него доберутся, максимум - проверят айпи-адрес...
«Здравствуй, Лена. Как я понимаю, у тебя большие неприятности. Я про «Вебмани». Не пугайся, это Виктор. Наверное, глючит ВК. Показывает, что ты ограничила мне доступ к своей странице»
Я смотрела на эти строки, а в груди разливалось неприятное чувство. Смятение, растерянность, досада оттого, что узнали... а отчасти, даже облегчение: мне так и не пришлось самой писать ему.
Лена Саймонс
Привет. Ты с фейка? Не ожидала от тебя...
Это было глупо. Но я меньше всего ждала такого поворота.
Лена Саймонс
Сорян, это твое личное дело. Взлом - твоя работа? Полагаю, заслужила? Ветки для костра не прогорели, или что другое?
Я злилась на весь мир. На Костю. На то, что мое разбитое состояние не позволило записать идеальный ролик, пришлось много вырезать и задекорировать вставками из кино. На полицию, которая понятия не имела, как призывать к ответу киберпреступников. А теперь и на свою беспечность. Кто угодно скрывается за аватаром красивой девушки или простого парня. Один и тот же человек может писать гадости с основного аккаунта, и утешать с другого. Виртуальный мир во всей его красе. Сейчас я буквально захлебнулась в ярости оттого, что этот хакер, пусть с крепкими мозгами, снисходительно обращается ко мне.
«Понимаю, в каком ты состоянии. Поэтому сделаю вид, что не заметил твоего тона. И по сути: если кому-то из нас стоит обижаться, то уж точно не тебе. Я едва не поседел, пока новая полиция шмонала мой компьютер. Еле успел заменить винт и подкорректить софт. Всех собак на меня спустила?»
От этих строк вся кровь прилила к лицу. Я перечитала несколько раз и потянулась за сигаретой дрожащими руками. Вновь я была школьницей у доски, снедаемая чувством вины за невыполненное домашнее задание. Меня раскатали парой ничего не значащих, казалось бы, фраз...
Лена Саймонс
Прости, мне пришлось, они запросили данные всех, с кем я общалась последнее время. Ничего хоть не случилось?
Мне хотелось постучать себя по лбу, прикусить язык. Думала ли я в тот момент, чем моя откровенность аукнется человеку, который успел помочь заткнуть хейтеров? Да, он сам признался другу, что хотел меня сломать, но ведь это могли быть просто слова, бравада. Они не стоили того, чтобы пускать по его следу киберполицию...
Ответа не было довольно долго. Я извелась, выкурила сигарету на балконе. Мне казалось, что Виктор психанул или, что хуже, полиция вновь сучит в его двери. Откуда мне было знать, что ювелирно продуманный абьюз уже запустил в моем сознании первые ростки?
Лена Саймонс
Витя, не молчи. Я не думала, что ты причастен. Вить?
Сообщение висело прочитанным, но отвечать он не торопился. А я ненавидела себя за чувство вины. Понимала, что оно неправильное, навязанное, фальшивое. Что вот сейчас, дай себе правильную установку, и сбросишь его в два счета... но не могла ничего сделать. Словно невидимые крючки впились в сознание и удерживали его со всех сторон, не позволяя вырваться из зоны ложного самобичевания.
«Чтобы ты понимала. Я не в ДОТу шпилю на своем железе. Многое ты не поймёшь, поясню просто. Меня могли запросто притянуть только за то, что я качаю пиратские файлы с торрентов. За то, что стоит нелицензионная винда. Да просто за то, что «в контакте», б**дь, запрещена в нашей стране! Понимаешь теперь?»
Я кивнула, как будто он мог меня увидеть. Да и у меня было стойкое ощущение, будто так и есть на самом деле. Оно было неприятным. Диким и скользким. Я забыла в тот момент, что Витя говорил на пикнике, и что я подозревала его в краже денег. Лучшая защита - нападение. Только в роли жертвы оказалась я.