Хельсрич
Шрифт:
Боль предсмертного крика ”Величественного” схлынула, и принцепс смог вздохнуть. Феерны больше не было, как и её титана. Она была ”Псом войны”, и связь с остальными была тонкой и слабой по сравнению с огромными богами-машинами. Боль быстро исчезла и сменилась облегчением.
Титан с лязгом пробирался по боковому переулку, подняв орудия-руки. Хэвелок быстро отдал несколько команд ментальными импульсами, активируя автоматическую перезарядку, охладительные клапаны и ускоряя работу поршней. ”Бивень” повернул за угол и вышел на главную улицу. С самого утра в квартале пылали разрушенные нефтеперерабатывающие заводы и склады с нефтехимикатами, половина зданий уже превратилась в дымящиеся руины.
Но бой был именно здесь.
— Где этот ублюдок? — прошептал принцепс.
Зазвенел ауспик — всего один раз и слабо.
— Движение, — пробормотал техножрец, не отрывая взгляда от панели сканера, — Это…
— Вижу, вижу. Назад, немедленно!
Он появился из чёрного дыма, громыхая вперёд с помощью неуклюжей помеси гусениц от танков и тяжёлых ног. Корявый корпус сужался к голове с жёсткой челюстью и свиноподобными глазами. Каждый метр собранного из металлолома тела усеивали ряды орудийных платформ.
Это была самая уродливая и отвратительная тварь, которую когда-либо видел Хэвелок, и не только потому, что махина оскорбляла чистоту богов-машин Адептус Механикус. Нет, она оскорбляла его ещё и тем, что в самом подобном творении не было смысла. И громадина… заставляла казаться карликом ”Вестника Бури”.
Такое чудовище просто не могло двигаться, хромать в плывущем над улицей нефтяном дыме.
Хэвелок передал цифровой пикт гарганта по мысленной связи принцепс Зархе и всем командирам титанов поблизости. Это было единственное, что он смог сделать, прежде чем ”Сокрушитель Богов” открыл огонь, разорвав главными орудиями дым.
”Бивень” был измельчён шквалом снарядов, лазеров и плазмы, который мог сравнять с землёй многоэтажный жилой дом. Место гибели титана и окончание ничем невыдающейся карьеры Хэвелока отметил огромный кратер, который останется и спустя десятилетия после войны, что почти сумела заставить истечь кровью целый мир.
”Сокрушитель Богов” пошёл дальше.
Глава двадцать первая
Гибель “Вестника Бури”
На охваченном пожарами заводе друг напротив друга стояли два титана, настолько разные в силе, насколько же разные и в благородстве. Оба пылали, из обоих клубами вырывались пламя и дым.
Пространство между гигантами заполнил вихрь выстрелов вспомогательных турелей и орудий на укреплениях в попытке нанести противопехотным огнём максимально возможные повреждения. Канонада слышится внутри исполинов, как стук гальки о бронированный корпус.
В “Вестнике Бури” громко и протяжно завывали сирены.
Зарха корчилась в заполненной жидкостью гробнице, её конечности двигались в окрашенной кровью воде. Психостигматическая связь убивала её — повреждения “Вестника Бури” усеивали и тело принцепс. Там где титан получал удар, на ней появлялись ушибы или ломались кости. Где у бога-машины возникала пробоина или порез, у Зархи открывалась и кровоточила рана. Где исполин пылал, у принцепс начиналось внутреннее кровотечение.
На мостике пахло горящими маслами и прогорклым потом.
— Главный щит восстановлен, — произносит Карсомир, руки модератуса яростно метались над панелью управления. — Защита реактора держится.
— Поднять… поднять щиты…
— Крррсссшшш.
— ПОДНЯТЬ ЩИТЫ.
— Поднять щиты.
— Уже сделано, моя принцепс.
Она медленно двигалась и соображала. Боль отнимала большую часть внимания. Со стоном, который заглушила вода, принцепс отдала приказы разным палубам и устремила вперёд обе руки сквозь розовую жидкость.
Ничего не произошло.
Она попробовала ещё раз, крича в обогащённой кислородом жиже, обрубки рук ударили о стенку саркофага.
Ничего.
— Плазменному аннигилятору требуется ещё шестнадцать секунд для охлаждения, моя принцепс. Четырнадцать. Тринадцать. Двенадцать.
— Стреляйте из… из… другого орудия. Стреляйте.
— Крррссссссшш.
— СТРЕЛЯЙТЕ ИЗ ОРУДИЯ “АДСКИЙ ШТОРМ”. — Бессильная правая рука вновь и вновь била по стеклу саркофага.
— Стреляйте из орудия “Адский шторм”.
— Как только перезарядится, моя принцепс. — Ответил Лонн, почти игнорируя Старейшую. Она отдала приказ стрелять по готовности ещё несколько минут назад. Её поглотила боль, когда титан начали разрывать на части, и теперь приказы Зархи заслуживали мало доверия. Карсомир и Лонн действовали практически независимо от пожеланий принцепс-майорис. У них оставалось время только на один выстрел, прежде чем начать отступать — вражеский титан уже перешагнул через изувеченного “Вурдалака”, который продержался менее минуты под залпами “Сокрушителя Богов”.
Огневая мощь развалюхи-титана была просто непревзойдённой. Никто из команды “Вестника Бури” не сталкивался прежде ни с чем подобным, не говоря уже о полученных повреждениях. Прошло всего несколько минут поединка богов-машин, а “Император” объят пламенем, завывают датчики перегрева и во всех тесных коридорах в стальных костях гиганта замигали предупреждающие огни.
Многочисленные многослойные энергетические экраны, что служили “Вестнику Бури” пустотным щитом, орочий шагатель уничтожил с непостижимой и смехотворной скоростью.