Чтение онлайн

Влияние немцев достигло вершины перед и во время первой мировой войны, в кото-рой они были союзниками турок. Комплекс Августы-Виктории они сделали своей штаб-квартирой, и город был наводнен немецкими военными и инженерами, прибывшими строить турецкую оборону.

В течение нескольких поколений предки графа Людвига фон Бокмана, продолжая традиционное германское присутствие, посылали младших сыновей в Иерусалим. Моло-дой Густав Бокман, офицер-подводник, остался в живых в первой мировой войне, а после нее взял на себя семейные дела в Иерусалиме. Он поселился на вилле с садом, одном из самых красивых домов в немецкой колонии. В середине 1920-х гг. германская разведка вышла на Бокмана, чтобы создать небольшое подразделение для прикрытия шпионажа за британским мандатом и координации с прогерманскими элементами в соседних арабских странах. Используя в качестве прикрытия разного рода импортно-экспортные компании и Немецкий банк, Бокман показал себя знатоком в этом деле. Внешне Бокман выглядел рес-пектабельным бизнесменом и опорой религиозной общины храмовников.

Когда в начале 1930-х Адольф Гитлер захватил власть, Бокман с легкостью примк-нул к нацистам. В первый же год воцарения Гитлера стало ясно, что в Германии идет пол-ным ходом тотальное притеснение евреев. К 1934-1935 гг. тысячи евреев оставили родину. И многие направились в Палестину.

Новая волна иммиграции вызвала яростную реакцию со стороны арабов, которыми снова верховодил иерусалимский муфтий. Хаджи Амин аль-Хуссейни, осужденный за устройство погромов и резни в 1929 г., был выпущен на свободу и новое десятилетие встретил восходящей звездой исламского мира. Организовав в Иерусалиме показную му-сульманскую конференцию, он съездил в Индию, Иран и Афганистан, повсюду пропове-дуя ненависть к евреям.

Раз англичане проявили к нему деликатность, то муфтий теперь стал открыто их по-носить. И находил поддержку везде, где были сильны антибританские настроения.

По всему арабскому миру вожди быстро подхватывали разраставшийся хор антисио-нистской и антибританской черни. В пределах Палестины почти каждая кафедра почти в любой мечети заняла антиеврейскую позицию.

Все это было музыкой для ушей Густава Бокмана. Все, что против евреев, было те-перь частью нового порядка нацистской Германии. Все, что могло создать проблемы для англичан, соответствовало германским амбициям. Бокман аккуратно подружился с муф-тием и обхаживал его как друга, борющегося с общим врагом.

Для муфтия главным источником денег был контроль над Канцелярией Вакф, рас-поряжавшейся религиозными фондами. Ни одна новая мечеть не носила имя муфтия на своем краеугольном камне, но казна Вакф становилась худосочной из-за незаконных заку-пок оружия и трат на личную роскошь. Коалиция "умеренных" арабских семей выступила против муфтия и потребовала отчета о расходах. Хаджи Амину аль-Хуссейни становилось ясно, что нужен банкир и союзник со стороны, снабжающий оружием. Его должна была дать немецкая колония в Иерусалиме.

В конце 1935 г. Густава Бокмана вызвали на тайное совещание в Берлине, чтобы по-мочь определить позицию Германии в арабском мире и сформулировать долговременные планы по подрыву стран, находившихся под британским и французским контролем. Бок-ман отбыл из Палестины, выдвигая возвышающуюся в мусульманском мире фигуру Вели-кого муфтия Иерусалима. Из Берлина он вернулся с торжеством. Вилла муфтия находи-лась на северной дороге из города по направлению к Рамалле. Бокман был сухим немцем; редкую улыбку на его лице трудно было вызвать. И все же она там была, когда его, огля-дывающего сад, препроводили на великолепную веранду муфтия. Они обменялись любез-ностями и принялись за отчет.

– Ваше преосвященство, - начал Бокман, - встреча имела выдающийся успех. При-сутствовал сам фюрер. Мне было дано неограниченное время для беседы с ним.

Хаджи Амин любезно кивнул.

– Теперь мы понимаем, - продолжал Бокман, - что у Германии хорошая поддержка во всем арабском мире. У нас друзья с отличным положением в Дамаске и Багдаде, мы проложили дорожки и в египетский офицерский корпус.

"Симпатии к нацистам - дело хорошее, - подумал хаджи Амин, - но любой другой прогерманский араб может стать моим потенциальным соперником". Он продолжал слу-шать, почти не делая замечаний.

– Позвольте заверить вас, что ни один арабский лидер не улавливает с такой внима-тельностью творческую фантазию Гитлера, как вы. Он в высшей степени под впечатлени-ем вашей непрерывной войны с евреями. Он также ясно понимает вашу уникальную цен-ность как мусульманского религиозного лидера.

– Не могли бы вы быть более конкретным относительно намерений Германии в дан-ной конкретной ситуации?
– спросил муфтий.

Бокман прокашлялся для длинной тирады.

– Нацисты у власти лишь несколько кратких лет, но результаты поразительны. В стране новый дух, чувство национального единства сменило унижение мировой войны. В следующие несколько лет Гитлер наверняка объединит немецкие меньшинства в Европе... в Австрии... Польше... Чехословакии. Все немцы будут под одним нацистским знаменем. Есть весьма сильное ощущение, что французы и англичане... как бы вам сказать... слиш-ком скромны, слишком упадочны, чтобы остановить немецкое продвижение на европей-ском континенте. В пределах десятилетия наверняка установится германское присутствие на Ближнем Востоке.

– Военным путем?

– Я бы так предполагал. Короткая война. Вы в завидном положении - вступите в нее с самого начала, чтобы подкрепить ваши требования.
– В предположении, что Германия здесь доминирует или представляет влиятельную силу, - сказал муфтий.

– Разве может быть иначе?
– в голосе Бокмана послышалось удивление.

– Как, вы полагаете, будут развиваться события в Палестине?

– Акт первый, - сказал Бокман.
– Британский мандат еле жив. Тщательно оркестро-ванное выступление арабов под вашим руководством может с ним покончить. Акт второй. После ухода англичан евреи останутся голыми. С вашими проверенными способностями вы сможете объединить мусульманский мир против них и выгнать их, искоренить. Акт третий. Благодарный Гитлер поддержит ваши претензии на лидерство в арабском мире.

Это было как пьянящий напиток. Чтобы откликнуться на немецкий призыв, ему что, надо будет продать английского тирана немецкому тирану? Нет, ему есть за что ухватить-ся. Независимо от того, что в конце концов делал Гитлер с организованными религиями, он поступил бы в высшей степени неумно, если бы совал нос в ислам. Как мост для Гит-лера в исламский мир, Великий муфтий Иерусалима имел бы неограниченную власть.

– Согласно традиции, - сказал хаджи Амин, - Палестина включает также восточный берег реки Иордан, так называемый эмират Трансиорданию. Нужно считать, что мы со-ставляем также часть и долю Сирийской провинции.

Бокман склонил голову в полупоклоне.

– Берлин смотрит благосклонно на вашу интерпретацию старых границ Турции.

– Дорогой Густав, - сказал муфтий.
– Это в точности то, что англичане говорили ша-рифу Хусейну, чтобы настроить его против турок. Хусейн умер в изгнании. Бокман вы-прямился.

– Вы сравниваете слова Адольфа Гитлера и британского министерства колоний? Мы выполняем наши обещания друзьям.
– Он откашлялся, на этот раз чопорно.
– Я уполно-мочен пригласить вас в Берлин. Тайно, разумеется. Будет заключено соглашение, поддер-живающее ваши претензии.