Чтение онлайн

– А как же иначе?

– Но это ведь очень неудобно! – воскликнул Фулль. – Большие скорости чреваты столкновениями, на человека действуют силы инерции, центробежная, гравитационные, магнитные. Что же касается полетов на другие планеты, то к ним любой ракете придется лететь целые месяцы, а к другим звездам – столетия! А такой срок не сможет прожить ни один человек, правильно?

– Правильно.

– Ну так вот, все это совершенно неправильно, – усмехнулся Фулль. – Вернее, все это так, но до определенной степени. Большие скорости и реактивные двигатели потребны в тех случаях, когда расстояния слишком незначительны. Но и те можно перекрывать, не прибегая к скоростям. Вот тебе две точки, – достав из кармана лоскуток ткани, не отличимой от бумаги, и карандаш, Фулль поставил на ней точки. – Соедини их кратчайшей линией.

Подумав, Грис провел как можно более ровную линию и взглянул на Фулля. Вместо ответа тот сложил лист вдвое и проткнул его карандашом.

– Ведь так будет короче, не правда ли?

Бросив на него нахмуренный взор Флайт крикнул:

– Зачем ты его учишь всяким глупостям?

– Это я так, к примеру, – виновато сказал пилот и тихо шепнул Грису. – Так летают звездолеты. Это способ чрезвычайно дорогой и к тому же чрезвычайно вредный для пространства.

– Разве можно навредить пространству? – удивился Грис.

– Конечно, ведь пространство неразрывно связано с временем, а с этой категорией шутки плохи…

При этих словах капитан поглядел на пилота столь свирепо, что тот покраснел, отвернулся к своему многожильному пульту и запустил руку в переплетение волокон с видом чрезвычайно озабоченным. Грис отодвинулся к Флийту и спросил:

– Но ведь космос – это не лист бумаги. Разве его сложишь вдвое?

– Вдвое можно сложить не космос, а пространство и время, им занимаемые, – объяснил пилот. – И вообще, при чем тут космос? Мы ведь не в космосе путешествуем, – и сам же ответил на немой вопрос в глазах собеседника: – мы летаем сквозь Вселенные.

– Но… разве Вселенная не бесконечна? – поразился Грис, познания которого базировались на школьных курсах физики и астрономии. Пилот, казалось, был удивлен.

– Все, что имеет начало, должно иметь и конец, – сказал он, поразмыслив. – Но мы, признаться не забирались к концу какой-нибудь Вселенной, там, где она переходит в другую. Да нам это и не надо. Мы проскакиваем сразу сквозь миры. Наш Фуррандан – не какой-нибудь там звездолет. Это – мироходец!

– Вселенная одна у нас, у вас и у них. И почти у всех Вселенная – это ледяная пустота, набитая разреженными газами и раскаленными звездами. Но в разных плоскостях Вселенной лежат миры, и все они разные, и у каждого свои законы. Близкие друг к другу миры со сходными законами природы мы именуем Пластовыми, то есть лежащими на одной Пласти, из одного без труда можно попасть в другой, откуда в третий и так далее, до седьмого. И так как эти миры вращаются один относительно другого, то иногда они для краткости именуются Жерновами, наподобие мельничных.

– Значит их всего семь?

– Да и один потаенный, Срединный Мир, или Мировой Стержень, иначе именуемый Центром Мироздания.

– А почему он – потаенный?

– Как тебе сказать, – пилот пожал плечами. – Потому что его уже давно нет. Раньше он как бы скреплял, объединял, создавал ось, на котором вращались все остальные миры. Но с некоторых пор он исчез, закуклился, ушел в себя и с тех пор о нем никто ничего не ведает. Тем, кто найдет его обещана большая награда… – В это время капитан сердито закашлял и пилот увел разговор в сторону. – Таковы семь основных миров, лежащих на плоскости. А кроме них есть еще миры кромочные, где можно шею свернуть, есть торцовые, где сплошная погибель, реберные, куда лучше не соваться.

– Почему?

– Понятия не имею, – признался тот. – Но те, кто попал в эти миры, назад уже не вернулись, поэтому мы предпочитаем туда не соваться.

– Но раз вы так быстро летаете…

– Не летаем, а «фуррычим», – строго поправил его пилот.

– …то что вам стоит снова подлететь в Солнечную систему?

– Это еще зачем?

– Ну… – мальчик уклончиво пожал плечами, – говорили, что на Марсе, эта планета недалеко от Земли, тоже есть жизнь. Там даже нашли каналы.

– Во-первых, Фуррандан нацелен на проникновение к атмосферным планетам, а во-вторых в его фуррыканьи сквозь миры очень велик процент случайного. Да и миры ведь не стоят на месте. Так что для нас вероятность дважды войти в одну и ту же точку практически равна нулю.

– Так значит я… – голос мальчика задрожал.

– Что случилось? – встревожился Флийт.

– Так значит я никогда в жизни больше не вернусь на родину?! – воскликнул Грис. – И не увижу больше ни мамы, ни папы? Никогда?!

– Он опять собирается исторгать из глаз хлористый натрий, – вздохнул Флийт.

– Немедленно прекрати лить свои дурацкие слезы! – распорядился Флайт. – Эти выделения вкупе с отрицательными эмоциями чрезвычайно вредно действуют на мозг Фуррандана.

– Но вы должны, должны будете доставить меня обратно! – заупрямился Грис. – Вы слышите? Вы просто обязаны это сделать!..

– Уведите-ка его отсюда, – распорядился Флайт, отвернувшись к экрану, на котором расстилалась безжизненная каменистая пустыня. Схватив плачущего мальчика за руки Флийт потащил его к выходу. Внезапно они услышали крик, от которого у всех присутствующих заболело в затылке и застучало в висках:

– Спасите! Спасите меня от этой ужасной твари!

И в дверях отсека появился Шалый, который с упоением терзал Пшука. Обычно, уходя Грис подвешивал мешок повыше, чтобы медведь не мог его достать. Но на этот раз либо медведь оказался хитрее, либо Пшук проморгал его приближение и попал в крепкие медвежьи лапы. Однако, увидев Флийта, который тащил к двери упирающегося Гриса, медведь выпустил из зубов мешок и с яростным рычанием набросился на пилота. Не удержавшись на ногах, тот покатился по полу, задел капитана, сшиб с места Фулля и все вместе они вкатились в переплетение тончайших нервных центров, которые служили пультом управления летающим гигантом. В ту же секунду на них навалились перегрузки, затем отсек задрожал крупной дрожью, все вокруг застонало, заскрипело, завопило и наступила гробовая тишина и темнота.

Затем приятный мужской баритон произнес:

– Эй, на «грибочке»! Приказываю немедленно лечь в дрейф и не делать резких движений. Если попытаетесь драпать – я вас разделю на части.

Все это было произнесено голосом неторопливым и уверенным в своих силах. Обратив взгляды к глазу-экрану фарарийцы обнаружили, что на этот раз Фуррандан угодил в самый настоящий глубокий космос. И совсем рядом с ним, поблескивая холодными бликами стальных плоскостей на фоне лучей далекой белой звезды, висели два звездолета довольно замысловатой конструкции.

– Пираты! – в ужасе воскликнул капитан Флайт и закусил зубами собственную растрепанную бороду.

В течение нескольких мгновений тишину в «черепе» Фуррандана нарушало лишь судорожное дыхание фарарийцев. Потом Грис шмыгнул носом и протянул:

– Простите меня… пожалуйста… – фарарийцы смерили его уничтожающими взглядами. – Я не хотел, я…

– О безбородый отпрыск долговязого племени! – в сердцах воскликнул Флайт, замахнувшись на него обрывком нерва.