Чтение онлайн

– Все так неожиданно, – словно бы оправдывался он. – Я пробуду там неделю.

Сердце Элен наполнилось надеждой: у нее будет достаточно времени осуществить свой план.

– Значит, ты приедешь только во вторник? – спросила она, стараясь говорить с печалью в голосе.

– Да, – раздраженно ответил он. – Пятница и суббота твои. Постарайся их не занимать.

Душа Элен ликовала. Все складывается как нельзя лучше! В понедельник она попросит Марту позвонить Одиль Жоли и сказать, что она заболела. Как только граф повесит трубку, она закажет себе билет на поезд. Ее взгляд упал на стопку бумаг, лежавших рядом с телефоном, и она начала машинально перебирать ее. Счета за электричество, за телефон, от «Гермеса». А вот и письмо от Жанны.

– Куда ты пропала? – грозно прорычала трубка.

– Я здесь, – кротко ответила Элен, чувствуя, что граф чем-то раздражен.

– Уже объявили мой рейс, – произнес он. – Я должен бежать.

– Счастливого пути, – пожелала Элен, но граф уже бросил трубку.

Элен показала трубке язык и положила ее на рычаг. Вскрыв конверт, она направилась в гостиную, на ходу читая письмо.

Сен-Назер,

30 января, 1954 г.

Дорогая сестра!

У нас все спокойно, Эдмонд все еще в море. Он вернется примерно через неделю, и тогда все пойдет кувырком, поэтому я решила написать тебе до его возвращения. Я очень о нем беспокоюсь, особенно сейчас, когда так холодно. Я все время молюсь за него.

Мадам Дюпре, встречая меня, всегда спрашивает о тебе. Ты представить себе не можешь, как она гордится тобой! Твои газетные вырезки развешаны у нее по всему магазину. Время от времени она выставляет их даже на витрину. А мы повесили их на дверь кухни. Ты стала самой известной личностью в Сен-Назере.

Как-то раз в городе я встретила твою тетку. Она мне и слова не сказала, но глаза ее горели такой ненавистью, какой я в жизни не видела.

Я еще не говорила об этом Эдмонду, поскольку он сейчас в море, поэтому ты узнаешь первой. Элен, ябеременна! Я собираюсь подарить Эдмонду ребенка! Не сомневаюсь, он будет в таком же восторге. Я уже решила, что, если родится девочка, я назову ее в твою честь. Одно меня беспокоит: когда Эдмонд узнает, что я ношу под сердцем его ребенка, он станет опекать меня как больную. Как бы мне хотелось, чтобы ты приехала на крестины! Ну я, как всегда, в своем духе – планирую то, что случится совсем не скоро!

Не забывай, что мы оба безгранично любим тебя.

Твоя сестра

Жанна.

Элен отложила письмо и улыбнулась. Неужели Жанна станет матерью? Как все быстро! На глаза Элен навернулись слезы. Жанна и Эдмонд так счастливы – в ней вдруг заговорила ревность, – они безмерно любят друг друга.

Впервые за многие месяцы Элен стало жалко себя. Что есть у нее в этой жизни? Нет, так нельзя. Она вытерла слезы. У нее есть мечты, есть цель. У нее есть работа и клятва, которую надо сдержать. Она хочет денег и власти. У нее еще все впереди. А любовь? А дети? Она посмотрела на письмо, лежавшее у нее на коленях.

Что ж, она постарается никогда не думать об этом.

Элен сошла с поезда, и в глаза ей бросились черные шпили готического собора, парящие в сером грозовом небе. Поставив чемодан, она запахнула воротник своего норкового манто и загляделась на собор. С Рейна дул ледяной ветер и разбивался о контрфорсы огромного нефа. «Кельн» – гласил указатель на станционной платформе. Собор, на который она сейчас смотрела, простоял здесь века. Он выстоял сквозь непогоду, чуму, бомбежку, капризы погоды на протяжении веков и стал черным от въевшейся в него грязи и копоти.

Узкие улочки были запружены народом: час пик. В глаза ей бросилась группа молодежи, столпившейся у освещенной витрины. Там были выставлены радиоприемники «Грюндиг», проигрыватели «Телефункен» и электробытовая техника фирмы «Сименс». Она заметила, что самые нарядные женщины носили парижские каракулевые шубы. Рядом с родителями шли опрятные и воспитанные дети. Везде был полный порядок.

В гостинице царила непринужденная атмосфера. Безупречной чистоты вестибюль заполняли многочисленные туристы и бизнесмены. Главный клерк за конторкой, только взглянув на Элен, сразу же устремился к ней.

– Элен Жано, – холодно сообщила она и по-французски добавила: – У меня забронирован номер.

– Да, мадам, – ответил клерк, легко переходя на французский. – Одну минуточку, пожалуйста.

Он начал просматривать регистрационную книгу, скользя по странице наманикюренным пальцем. В голове Элен, пока она наблюдала за ним, вертелся один и тот же вопрос: «Где он был во время войны?» Клерк достаточно хорошо говорил по-французски. Не выучил ли он его в Париже? Может, он служил в гестапо? Или был одним из солдат вермахта? «Прекрати! – приказала она себе. – Стоит тебе только увидеть пожилого немца, как ты задаешься одними и теми же вопросами».

На лице клерка появилась профессиональная улыбка.

– Вы правы, мадам Жано. Пять дней, комната семьсот сорок третья. – Он протянул Элен ключ.

Она молча открыла сумочку и отдала ему паспорт. Расписавшись в регистрационном бланке, она так же молча подвинула его к нему.

– Мы вернем вам ваш паспорт в самое короткое время.

Элен кивнула.

– Положите это в сейф, – попросила она, протягивая ему увесистый конверт. В нем были деньги. Много денег. Все, что она получила от Багхата Хеопса. Завтра она положит их на депозит в Немецкий банк.

Элен остановилась перед стеклянной матовой дверью. На черной табличке золотыми буквами было выведено: «К. Хеберле» и ниже: «Частный детектив».

Это была уже одиннадцатая контора, которую она посетила за прошедшие три дня. По той или иной причине все предыдущие десять ее не устраивали. Чтобы не передумать, она решительно нажала на медную ручку.

Элен оказалась в секретарской. За столом сидела молодая блондинка в бежевом кардигане.

– Гутен морген, – поздоровалась она по-немецки. Элен натянуто улыбнулась.