Чтение онлайн

— Цел? —спросил майор.

— Всё в порядке.

— А я облажался сегодня. Пулю жилетом поймал, синяк будет. Старею, — с досадой произнес Борисов и пнул лежавший на земле дробовик. —Такой дурой и мою скорлупу можно было расколоть. А ты чего палил, как из пулемета?

— Хотел на себя внимание отвлечь.

— А... Спасибо. Хотя и не совсем, но будем считать, что помогло.

— А как ваша "Гюрза"? Опробовали? — поинтересовался Виталий.

— Угу. Вон лежит жертва эксперимента. Только ты| не подходи, он с гранатой в руке лежит, я потом займусь. Сам он теперь вряд ли руку разожмет.

— Жилеты у них шведские.

— Ну так и что, помогло это им?

— А казалось бы, модификация "стечкина", и всё, Виталий смотрел на пистолет, который майор все ещё держал в руке.

— Тут всё дело в патронах. Ну, я тебе это уже объясняла

— Только не сказали, где же Вы достали экспериментальный образец.

— Где взял, где взял... Купил, — недовольно проворчал Борисов. Он спрятал пистолет и вытащил из ствола дерева метательный нож. Подбросил в руке, поймал и, примерившись, метнул в другое дерево. — Сегодня вот ножик приобрел неплохой. Можно сказать, подарок. Так что, кроме этого дебила живых больше нет?

Они обошли место побоища и убедились, что так оно и есть. Попутно офицеры собирали оружие. Встретились они над телом "талиба".

— А почему Вы его издалека не пристрелили? — спросил Ларькин, сваливая на землю "моссберги".

— Привычка дурацкая... Нас вообще все приучали тихо делать. Нашуметь — провалить операцию. До сих пор не могу отвыкнуть.

Майор похлопал себя по карману, вздохнул и сказал:

— Ладно, потом покурим. Пойдем сделаем малышу куп-куп и будем учить его говорить. Надо все-таки узнать, что они от нас хотели.

...Когда верзила пришёл в себя, он увидел перед собой каменное и не предвещающее ничего хорошего лицо майора. Борисов держал в руке тот самый нож, которым его хотели убить. Он направил его острием на парня, словно указку.

— Фамилия? Имя? Год рождения? — спросил он буднично и спокойно, но было что-то страшное в его тоне. Верзила сразу почувствовал за этой обманчивой умиротворенностью готовность мгновенно и жестоко наказать его за малейший каприз. Да и вообще расклад выходил такой, что не до капризов ему было.

— Василий... Ерофеев Василий... Год рождения не помню... —пробормотал он растерянно.

— Как это? — удивленно поднял брови майор. — Ты, вроде, уже после коллективизации родился?

— Я просто забыл... Сейчас скажу... —верзила помолчал, вспоминая. —Шестьдесят восьмой, кажется. Да, точно, шестьдесят восьмой.

— Сильно ты ушибся, —сочувственно сказал майор. — Не надо было так бросаться на пожилого человека. Так зачем вы сюда пришли? Говори подробно. Прежде всего, кто такие. Вижу, что чеченцы. Точнее.

— Группировка Иниева, — ответил верзила. —Вон там лежит —это Сыркун, командир группы.

— Где сам руководитель? Иниев где?

— В Иркутске, кажется. Я с ним не встречался ни разу.

— А ты-то как среди них очутился, сволочь?

— Они бабки хорошие платят.

— А почему, кстати, того жмурика звали Сыркун? Это вроде как "шайтан", если я не ошибаюсь?

— Поэтому и звали... Псих он... был. Чтобы лишний раз шайтана не поминать.

— Понятно. А насчет нас какое было задание?

— Выяснить, кто вы такие, и замочить.

— Чем это мы вас привлекли?

— Авторам не понравилось, что вы возле их подшефной бригады вертитесь. Решили, что вы из ментовки. Думали по-тихому прикопать вас где-нибудь в тайге.

— А что, это мысль, — мстительно сказал майор и посмотрел верзиле в глаза. Тот отвел взгляд.

— Ну, а теперь, — продолжал Борисов, —как ты думаешь, кто мы такие?

— С Лубянки вы, это ежу понятно, —хмыкнул верзила. — Говорили Сыркуну, чтобы побольше людей взял.

— Мы бы и больше положили, — с вызовом сказал голос сбоку от него. Парень повернулся, посмотрел на Ларькина, болезненно поморщился и ничего не ответил.

— Как вы нас нашли? —продолжал допрос майор.

— Да мы и не искали. Сыркун знал, что вы обязательно появитесь возле второй бригады. Мы сразу сюда и пошли, в первый же день на вас и напоролись.

— Не понял. У вас что, в этих местах ещё одна бригада работает?

— Да.

— Стоп. Давай ещё раз: здесь недалеко работает ваша вторая "подшефная" бригада? Сколько всего бригад?

Здоровяк помолчал, соображая, потом неуверенно сказал:

— Я слышал, что три... Может, их больше.

— Покажи, в какой стороне работает вторая бригада.

Верзила, кряхтя, приподнялся на локтях, посидел, вертя головой, и, сориентировавшись, махнул рукой на северо-северо-запад.

— Вон там.

Ларькин взглянул на майора. Это было то направление, в котором в последний раз работал источник излучения.

— Ну, и что нам с тобой теперь делать? — играя у Василия на нервах, спросил Борисов. — Знаешь, есть у нас такие задания, после которых свидетелей оставлять не положено...

Глаза верзилы словно остекленели.

— Но тебе повезло, — продолжил майор. — Нам нужен свидетель. Такой, чтобы дошел до своих и рассказал все, что видел. И передал кое-что на словах: что, если все, сколько их там есть, полезут сюда, мы их всех переведем вот в такое положение.

Парень украдкой перевел дух.

— И будет очень хорошо, если этот свидетель для убедительности подохнет у них на глазах, — продолжал майор. — Наших ребят, попавших в плен в Афгане, эти сволочи иногда подрезали и отпускали так, что у них хватало сил только доползти до своих. Они умирали по дороге в санчасть. Я тоже теперь так умею. Знаю, куда надо ткнуть вот таким ножиком. Парень ты здоровый, часов двенадцать протянешь. Первое время даже идти сможешь. Рану придется зажимать рукой, жить-то все равно хочется...