Чтение онлайн

– Вот и заметано.
– Кротов поднялся, покачиваясь.
– Одного фраера крепко потрясем... Пока все. Больше ничего не скажу. Покеда, братва.

Он вышел в коридор, где его уже ждал кто-то невидимый, темный, но Федор был почти уверен, что это тот самый парень в спортивном костюме, который был с ним у Игната.

После ухода Кротова Звонарев и Федор долго молчали, доедая остывшее жаркое, а потом Семен закурил и, неодобрительно покосившись на дверь, заметил:

– Как бы и его не того... Ты, может, поторопился? Тут ведь не тюрьмой пахнет...

– А что?
– спросил Федор, понизив голос до шепота.

Звонарь поглядел на него пристально:

– Я тебе ничего не говорил...

– Да ясно, ясно, не тяни...
– Федор весь сжался от нетерпения, боясь спугнуть собеседника.

– Просто предупредил.
– Он замолчал опять надолго, а потом сказал, тщательно подбирая слова: - Болтают, нашел он подходы к Китайцу...

– А...
– Федор сделал равнодушное лицо.
– Липа все это. Я его за серьезного человека держал... Я ведь, когда узнал про Костю, поговорил кое с кем, да и газеты читаю.

– Ну и что газеты?
– Звонарев с насмешкой смотрел на него.
– У меня центр города схвачен, я-то лучше вас всех знаю, кто такой этот Аджиев. Знакомый мент к нему подрядился, так проверяли так, блин, будто в разведку брали. А этот Крот, пальцы веером, сопли пузырем, тоже к себе бывших спецназов потащил. На укрепление рядов, шпана пузатая! Но он делов наворочает, в натуре, вот увидишь! Крупняк к нему какой-то в руки попал...

Федор опять вспомнил Крота в палисаднике Игнатова дома, задумался.

– Что ж, спасибо за предупреждение, - кивнул он Звонарю.
– Я ситуацию обкумекаю. Мне не пляшет за чужие понты башку класть. Лучше кладбище охранять буду. А там - поглядим...

Он поднялся.

– Ты, если что, меня здесь ищи, - сказал ему на прощание Звонарев.
– А если все-таки надумаешь к Кроту, то он постоянно в ночном клубе "Марс" тусуется.

Было уже около полуночи, когда Федор, выйдя из "Утеса", юркнул в прохладный двор и, попетляв немного по детским площадкам, выбрался на ярко освещенную улицу. Он не стал ловить машину, а сел в первый же троллейбус до ближайшего метро. Ехать предстояло до центра, и Арбатско-Покровская линия ему как раз подходила.

"Я ведь бедный, кладбище охраняю, мне только на метро", посмеиваясь, говорил он себе. День этот казался ему очень длинным. Кошмар предыдущей ночи ушел как-то на второй план, и даже Светлана не вспоминалась. Все заслонял главный приз - удачная поездка к Глухарю и встреча с Кротовым в "Утесе", прояснившая то, что неясно было на 83-м километре от Москвы.

Держал Крот в домике Игната Раздольского, а уж как он на него вышел - Бог весть, не это занимало Федора. Главным было то, что говорить хозяину. Выдать, где находится Ефрем Борисович, - значит обречь того на верную смерть, а не выдать? Выжмет из него Крот нужную информацию, что совсем, конечно, нетрудно с такими хиляками, как адвокат, а дальше что? Замочит наверняка. Ему свидетели не нужны. Только вот какая информация "годится Кроту? Ясно, что не с ним Раздольский договаривался в "Руне", не те возможности у Славки Кротова, чтобы замахнуться на Аджиева, пусть он и набрал к себе бывших спецназовцев. Нет, кишка тонка у Крота. Он человечек пожиже будет даже в сравнении с Лесным. Гонора много, а силенок нет. Или заблуждается Федор насчет него?..

Стреляный ехал в метро и думал, думал, раскладывал в уме пасьянс, но концы с концами никак не сходились. Непонятно было, зачем Славка пошел на то, чтобы Раздольского задержать. Неужели решится с братвой своей, собранной с бору по сосенке, такую крепость взять?

Нет, надо было хозяину наводку дать. Крота Федор не жалел: жадность рано или поздно должна была его сгубить. Только осторожность, трусливый нрав хранили его до сих пор. "Крот роет в темноте", - вспомнил Федор и усмехнулся.

Но в любом случае сегодня возвращаться на дачу Федор не собирался. Аджиев дал ему ключи от пустой квартиры в районе "Смоленской". Прямо сказал, что Федор ее и получит, если... успешно выполнит задание. Задание он, кажется, выполнил более чем успешно, теперь надо было подать результаты так, чтобы хотя бы перед собой не выглядеть подонком. Одно дело - в прямом бою: ты стреляешь, стреляют в тебя, не убил, так тебя прикончат. А здесь - сдать жалкого Раздольского - невелика доблесть, да и корысти никакой. Федор решил, что утро вечера мудренее, и обнаружил, что поезд приехал на конечную станцию "Киевская". "Смоленскую" он, задумавшись, проехал.

"Утес" уже закрывался, когда Звонарева, сидевшего в компании за картами в том же кабинете, где он ужинал с Федором, вызвал в коридор высокий худой юнец.

– Ну?
– строго спросил Семен, закуривая.
– Говори быстрее, только масть пошла.

– На метро уехал. Я его до "Киевской" довел. Один, - лениво процедил парень.

– Ладно. Свободен.

Семен отпустил его и вернулся к игре. Но в мыслях нет-нет и возвращался к Федору. Чем-то настораживал тот проницательного Звонаря, каким-то чужим духом веяло от него. "Нет, к себе не возьму, - окончательно решил Семен.
– Пусть другую крышу ищет".

В тот же вечер, когда Федор еще сидел со Звонаревым в "Утесе", к дому в тихом Померанцевом переулке подъехали с перерывом минут в пять и встали в разных концах тесного дворика две машины. Из одной, молочного цвета "Жигулей", вышли двое молодых людей в униформах, похожих на лакейскую в какой-нибудь гостинице средней руки. Один держал в руках корзину с цветами, другой нес пакет, завернутый в цветную бумагу и перевязанный пестрой ленточкой.

Вторая машина - "шевроле"-седан с затемненными стеклами, припарковавшаяся чуть поодаль, казалась пустой.

В этот душный вечер двор с чахлыми тополями был пустынен, только у мусорных баков орали и дрались кошки.

Молодые люди в униформах подошли ко второму подъезду и нажали номер на домофоне. Им откликнулся веселый женский голос.

– Фирма "Русский букет". Примите подарок от поклонника вашей красоты, - сказал молодой человек с букетом.

– Что?
– расхохоталась женщина.
– Армен, ты, что ли, так шутишь? Давай поднимайся скорее.

Дверь подъезда щелкнула. Парень с корзиной быстро открыл ее, переглянувшись с напарником.