Чтение онлайн

– Нет, Валя, ты должен меня понять, ты думаешь, они врут?

– Нет, я так не думаю.

– Тогда чего же ты злишься?

– Злюсь? Нет, ну что ты, я не злюсь, было б из-за чего. Они сильны, безбожно сильны! Слушай вот ты "психолог", во что или в кого верить человеку? Некоторые говорят в человека, что ж получается, самому в себя верить? Некоторые в бога, который сотворил этого самого человека. Значит он, что - мои батюшка и матушка, которые породили меня? Ничего не скажешь, хорошо устроились, я же не верю в родителей, а просто верю родителям, кому еще можно верить они же есть, это же самое естественное, что существует и самое простое. А чего им верить, зачем, я, что, в чем-то сомневаюсь, что ли, или о чем идет речь? Верить, не верить, придуманное это все, пустое, не об этом надо думать...

Она неотрывно смотрела в его лицо, в это сосредоточенное лицо. Но, она знала, что за этой вдумчивостью, сосредоточенностью, видимостью отрешенности и скепсиса - ураган, бушующий и не имеющий возможности вырваться наружу. Не подавляемый волей и силой, а ищущий решения.

– Ты помнишь, здесь, на этом самом месте мы с тобой познакомились?
– Лена смотрела широко открытыми глазами и ждала чего-то.

Пожилая пара шла по аллее сада, держась за руки, как молодые. Фонари освещали таинственную паутину веток на фоне сине-черного неба, они прошли мимо скамьи, на которой лежала забытая кем-то небольшая, в розоватом, плотном, матерчатом переплете книга "Моцарт".

– Лен, почитай что-нибудь, а...
– попросил Валентин.

Лена тихо, только ему, начала читать, как там, когда-то, в студии, она читала ему стихи, только ему:

Я, может быть, когда-нибудь покину

Твое уединенье, как-нибудь

Ведь ты мое отчаянье, сомненье

А я вот так возьму и соберусь

И вот, в груди останутся мечты

Любви желанья, тягостные мысли

Ведь все же я люблю тебя, люблю

Но вот признаться в этом не смогу

И мы с тобой одни пойдем-пойдем

Куда?
– Да так, на берег моря

И будем на песке сидеть вдвоем

Смотреть на солнце, слушать чаек...

Ведь ты один пока - один и все

И нет здесь рядом никого и всех

Я, может быть, тебя лишь знаю столько,

Что вправе говорить и слышать смех

И мы, когда-нибудь, поймем наверно,

Что жизнь - она одна для нас одних

Не будем друг от друга далеко, и верно

Что любишь ты меня, а не "иных"...