Чтение онлайн

у Гомера, которая содержится в прямых речах героев, и ту, которая рассказывается самим

поэтом.

Это противопоставление привело к весьма интересному результату. Оказывается, в

прямых речах у Гомера для обозначения богов и демонов употребляются только самые

общие выражения: theos, «бог» или theoi, «боги», или daimon, «демон» или, наконец,

«Зевс», но с весьма общим и неопределенным, почти неантропоморфным значением. В то

же самое время боги, о которых говорит поэт сам от себя, выступают, согласно этому

ученому, в своем обыкновенном антропоморфном виде; и иной раз только по ним и можно

судить о тех неопределенных мифологических существах, о которых говорит прямая речь

героев.

С точки зрения Йоргенсена,11) неопределенные выражения прямой речи есть

результат гомеровской стилизации под древнее, пока еще не очень оформленное

мифологическое сознание, та условность, которой поэт пользуется ради

противопоставления этих неразвитых мифологических образов и современной для него,

уже развитой и пластической мифологии. Приводить все относящиеся к подобной

концепции тексты из Гомера, даже в виде только одних аннотаций, заняло бы слишком

много места. Однако тексты эти настолько интересны, а исследование Йоргенсена трудно

достать, так что приведем здесь рубрики этих текстов.

Приведем тексты из Гомера, где встречается неопределенное наименование theos;

оказывается, все эти тексты относятся только к прямым речам у Гомера: Ил., I, 178, II, 436,

V, 185, 191, VI, 108, VII, 288, IX, 459, X, 546, XI, 727, XV, 290, 473, XVII, 101, 469, 688, XX,

98, XXIV, 374, 538. Од., III, 131, 158, 173, 183, IV, 181, 378, 423, 469, 712, VII, 286, VIII, 44,

498, IX, 142, 148, 339, X, 141, 157, XI, 292, XII, 419, XIII, 317, XIV, 65, 89, 178, 227, 242,

309, XV, 168, 531, XVI, 197, 356, XVII, 218, XVIII, 37, 353, 407, XIX, 40, 485, ХХП, 347,

429, ХХШ, 63, 222, 260, XXIV, 182, 373. Вне прямой речи этот термин употребляется в

таком же неопределенном и общем значении, как и в прямой речи, чрезвычайно редко:

Ил., XXI, 47, VII, 4, Од., V, 73. Термин «бог» вне прямой речи в «Илиаде» (I, 310) имеет

неопределенное значение, потому что из I песни 147 ясно, что это Аполлон; точно так же и

в «Илиаде» XVI, 816, на основании XVI, 791, выражение же «дары бога» (XX, 268, XXI,

165) относится к Гефесту.

Точно так же и daimon в том же неопределенно-общем значении и притом тоже

только в прямой речи встречается в следующих местах: Ил., XV, 468, XVII, 98, XXI, 93,

Од., III, 166, IV, 275, VI, 172, VII, 248, IX, 381, X, 64, XI, 61, 587, XII, 169, 295, XIV, 386,

488, XVI, 370, XVII, 446, XVIII, 256, XIX, 10, 129, 138, 201, 512, XX, 87, XXIV, 149, 306. За

пределами же прямой речи неопределенное значение термина daimon поразительно редко:

Ил., XI, 480, Од., V, 396, хотя этот термин в XV песни «Илиады», 418 имеет значение

«Аполлон».

Что касается термина theoi и «Зевс», то исследование приводит здесь к более

пестрому результату вследствие того, что термины эти часто имеют отношение к

определенным олимпийским богам и не имеют обще неопределенного значения. И все-

таки термины эти с неопределенным значением встречаются главным образом в прямой

речи и меньше всего в рассказах самого поэта.

То, что подобное словоупотребление возникло в результате сознательной

стилизации, доказывается еще тем, что упомянутая неопределенность мифологического

существа часто является таковой только с точки зрения героя, в уста которого вложена

данная прямая речь, а с точки зрения Гомера, это иной раз вполне известное и вполне

определенное божество. Сам Гомер (Од., V, 491) говорит о погружении в сон Одиссея

Афиной, но Одиссей (VII, 286) – [277] о погружении его в сон божеством. Согласно

рассказу самого Гомера (XIX, 346) именно Афина является причиной наглого поведения

женихов, а Телемах в этом же самом контексте (407) говорит опять-таки просто о

божестве. По Гомеру (XXI, 358), Пенелопу погружает в сон Афина, а по словам Евриклеи

(XXII, 429) – опять божество. Афина (XXII, 205 сл.) согласно рассказу самого поэта

помогает Одиссею, а, по словам Амфимедонта (XXIV, 182), это делает божество. По

мнению автора (XXIV, 367 сл.), Лаэрта омолаживает Афина, по словам же Одиссея (373), –

бог. По мнению автора Афина (XV, 292) дает Телемаху попутный ветер, а Телемах считает

(XVII, 148), что это сделал бог.

Точно так же, если верить прямой речи, то инициаторами разных событий являются

одни боги; а если верить изложению самого поэта, то совсем другие боги. Агамемнон

(Ил., II, 375 сл.) обвиняет в своей ссоре с Ахиллом Зевса; а, по изображению самим

поэтом этой ссоры в I песни «Илиады» (ср. особенно I, 8), инициатором ее является

Аполлон. В «Одиссее» (V, 303 сл.) Одиссей считает виновником бури Зевса; а в 291 сам

поэт говорит, что буря эта от Посейдона. Одиссей (Од., XVI, 284-294 и XXIV, 164-166)

побуждает Телемаха убрать оружие на основании повеления Зевса, а в XIX песни 1 сл., по

изображению самого поэта, Одиссей советуется с Афиной об истреблении женихов и, в

частности, о выносе оружия из залы.

Особенно обращает на себя внимание то, что Афина, всегдашняя покровительница