Чтение онлайн

(XV, 870-378) Нестор горячо молится Зевсу о победе ахейцев, и Зевс вопреки

собственному же плану исполняет просьбу Нестора и в знак этого даже гремит громом. В

XVII песни (645-650) Аякс умоляет Зевса не губить ахейцев, а если губить, то при свете

солнца; и Зевс исполняет его просьбу, хотя во всей этой песни Зевс помогает именно

троянцам, а не ахейцам. В XXIV песни (287-321) Гекуба просит Приама помолиться Зевсу

о благополучной поездке к Ахиллу и о послании птицы в знак исполнения просьбы. И это

все приводится в исполнение.

Тем не менее мольбы смертных у Гомера далеко не всегда исполняются богами, так

что Гомер ко всем этим мольбам относится достаточно трезво. В «Илиаде» (III, 297-302)

ахейцы и троянцы просят Зевса об исполнении приносимых ими клятв перед поединком

Менелая и Париса, но тут же говорится, что Зевс не исполнил этой мольбы. В VI песни

(301-311) троянки умоляют Афину даровать победу троянцам и приносят ей в дар [272]

роскошный пеплос; но тут же Гомер весьма выразительно замечает, что богиня отвергла

молитву этих троянок. В XVI песни (233-252) Ахилл просит Зевса отогнать троянцев от

кораблей и остаться невредимым Патроклу, но Зевс первую просьбу выполнил, а вторую

не выполнил. В «Одиссее» (III, 141-147) Агамемнон хочет принести Афине гекатомбы для

ее умилостивления, но он не знал, что ее нельзя будет склонить, и опять характерное

замечание Гомера – «вечные боги не так-то легко изменяют решенья». В XIX песни (363-

369) Евриклея выражает свое недоумение по поводу того, как много жертв Одиссей

приносил Зевсу и насколько жестоко тот отнимает у него день возвращения домой.

Правда, все эти тексты о неисполнении молитв можно понимать и более сложно в

том смысле, что боги-де сами знают, что делают, и не людского ума дело распоряжаться

волей богов. Так, например, хотя Зевс в течение долгого времени и не исполнял мольбы

Одиссея о возвращении, тем не менее в конце концов мольбу эту он услышал. Или в

«Илиаде» (XX, 104-109) Аполлон натравливает Энея на Ахилла, но Гера, например,

против этого, а Посейдон считает нужным придерживаться в этом деле нейтралитета, хотя

(290-300) сам Посейдон во внимание к жертвам Энея предлагает богам спасти его. Таким

образом, здесь еще можно не видеть скептицизма Гомера и приписывать неисполнение

человеческих просьб богами усложненному религиозному чувству Гомера.

в) Знаменья и оракулы.

Скептицизм и критицизм Гомера в религиозной области заметно проявляется и в

отношении знамений и оракулов. В поэмах Гомера отражается иной раз еще и та ранняя

ступень религиозного развития, когда вера в разные знамения еще ничем не поколеблена.

В «Илиаде» (IV, 379-381), когда эпигоны просили помощи у микенцев во время своей

войны с фиванцами, Зевс грозным знаменьем воздержал микенцев от этого. В «Одиссее»

(XVI, 400-405) ставится вопрос об убийстве Телемаха в зависимость от ответа Зевса; а в

XX песни (241-246) пролетевший слева орел с голубкой в когтях свидетельствует женихам

о невозможности этого убийства.

Имеются указания также и на словесные прорицания, т. е. на т. н. мантику или

оракулы. В «Илиаде» (VI, 438 сл.) Андромаха предполагает в разговоре с Гектором, что

ахейцы наступают по чьему-то предсказанию. В «Одиссее» (III, 214 сл.) Нестор тоже

предполагает о прорицании богов для преследования Телемаха женихами; то же самое

Одиссей говорит Телемаху в XVI песни (95 сл.); Евмей говорит Одиссею (XIV, 89 сл.), что

какой-то божественный голос сообщил женихам о гибели Одиссея. Преследователям

Телемаха (XVI, 356 сл.), возможно, боги внушили вернуться обратно. [273]

Однако уже и в некоторых из приведенных текстов мысль поэта двоится: Андромаха

считает не только возможным божественное внушение в наступлении ахейцев, но и их

собственный почин в этом. Нестор, кроме веления богов, предполагает также возможность

добровольной уступки Телемаха женихам; преследователи Телемаха тоже, возможно, сами

добровольно прекратили преследование.

Но у Гомера нас удивляет и прямое непонимание божественных знамений и их

противоречие с самой божественной волей. В «Илиаде» (XII, 200-229) Зевс посылает

страшное знаменье, препятствующее троянцам переходить через ров (орел выпускает из

своих когтей в лагерь троянцев огромную окровавленную змею); но, как видно из 252-255

стихов, Зевс этим знаменьем хотел только поддержать дух троянцев. Наоборот, в XIII

песни (821-823) Зевс посылает ахейцам благоприятное знамение (орел, парящий справа), а

Гектор понимает его (828 сл.) как знаменье для ахейцев неблагоприятное. Известное

знаменье в Авлиде (поглощение драконом девяти воробьев и последующее превращение

его Зевсом в камень), истолкованное Калхасом как свидетельство будущей победы ахейцев

над троянами, вызывает (Ил., 299 сл.) большое сомнение у Одиссея, который предлагает

еще некоторое время проверять это предсказание, хотя оно было сделано уже девять лет

назад.

Наконец, у Гомера имеются прямые скептические выпады против знамений и

оракулов. В «Илиаде» (II, 858-861) мы находим ехидное замечание о том, что троянский