Чтение онлайн

– Ты потеряла линзу.

– Знаю, – без улыбки ответила девушка и села за стол.

– Он мне не нравится. Вчера он отправил меня в другую сторону, когда я спросила… Не важно… Этот тип выглядит спокойным, дружелюбным и открытым, но на самом деле он негодяй и дешевка. Максим Филоза раздавит нас всех, одного за другим, если предоставится возможность.

То же самое говорил о Филозе Моки. Илан переложил хлеб на тарелки, поставил на стол чашки, устроился напротив Хлоэ и посмотрел ей в глаза:

– Зачем ты вчера вечером гуляла одна по коридорам?

Она невозмутимо отпила кофе и переспросила:

– Вчера вечером? После того как ты раздолбал электрический стул?

– Да.

– Я не выходила из своей комнаты. Почему ты взял такой странный тон?

– Прекрати, Хлоэ. Ты пошла в арт-студию и сожгла все рисунки и фотографии – те, что мы рассматривали утром.

– Ты, надеюсь, шутишь?

– Мне не до веселья. Кто-то по непонятной причине устроил небольшой пожар в студии. Филоза видел, как ты опрометью неслась по коридору и влетела в комнату за секунду до нашего с Моки возвращения.

– И ты ему поверил?! – раздраженно воскликнула Хлоэ.

– А зачем ему выдумывать?

Она вздохнула:

– Могу назвать с десяток причин. Он может быть поджигателем или защищать кого-то другого, не любить меня или пытаться стравить нас. Черт, Илан, мы занимались любовью, а ты вдруг заявляешь подобное…

– Может, это тоже было запланировано? Ты якобы случайно оказываешься в душе одновременно со мной, теряешь линзу…

Хлоэ вскочила, не в силах совладать с обидой и раздражением:

– Снова этот бред… На сей раз ты зашел слишком далеко. Иди к черту, ясно?

Она вышла, оставив Илана в замешательстве. Он машинально грыз тост, вспоминая, как Жигакс отвел глаза, когда он сказал, что ему нужно поджечь факел. А потом сумел вернуться в темноте на кухню, когда остальные шли по кровавому следу. Илан не сомневался, что зажигалку у Фе украл именно Жигакс.

Что затеял Филоза? А Жигакс во что играет?

Илан допил кофе, убрал со стола и ушел к себе. Сел на кровать, достал большой ключ, который прятал в одном из ящиков, и перечитал конец предыдущего послания:

На карте морг указан не был, но Илан решил, что он, скорее всего, находится в подвале, и эта мысль ему не понравилась.

Через несколько минут, ровно в 9:00, зазвенит звонок.

И подтвердит, что Гадес здесь, в стенах клиники.

Конечно, если кто-то не запрограммировал сигнал на включение в девять утра и семь вечера.

Они продолжают играть, мечутся по лабиринту, как лабораторные крысы, а никаких организаторов, учредителей, хозяев «Паранойи» в клинике нет.

Когда охота возобновилась, Хлоэ даже не посмотрела в сторону Илана. Она обогнала его и исчезла в женском крыле, пока он бежал в главный вестибюль.

Гремели решетки, кандидаты вгрызались в клинику, как червячки в гнилое яблоко. Света через большой овальный витраж над входной дверью проникало немного, но Илан легко представил себе, что в солнечную погоду окружающий пейзаж должен выглядеть просто сказочно и наверняка резко контрастирует с мрачной серостью заброшенной клиники. Как же ему не хватает яркого света и жаркого солнца!

Илан поднажал и почти догнал Ябловски – тот бежал к решетке, которую накануне отпер Моки. К его превеликому удивлению, темноволосый верзила достал ключ, вставил его в замок, повернул, вошел и тут же снова запер. Он задержался на несколько секунд, заметив приближающегося Илана, который смотрел на него с нескрываемым удивлением.

– В чем дело, а?

– У Моки тоже был ключ от этой решетки.

– И что? Думаешь, я его стянул? Количество входов на этажи ограниченно, одинаковые ключи наверняка существуют. Увижу толстяка, пошлю его к тебе. Чао, красавчик.

Он начал подниматься по лестнице, шагая через ступеньку, и ни разу не обернулся. Илан пошел вниз и через десять ступенек оказался перед закрытой решеткой. Пространство за ней освещали неоновые лампы. Он вставил ключ в замочную скважину, повернул его, раздался скрипучий звук, и решетка открылась. Помедлив мгновение, Илан шагнул вперед и запер за собой створку.

Лежавший в кармане ключ вносил некоторое успокоение в душу: на этот раз никто не застанет его врасплох и не привяжет к стулу.

На стенах и потолке сводчатого коридора проступала кирпичная кладка. В правом рукаве свет не горел. Илан вспомнил слова Гадеса о разветвленной сети помещений под клиникой и пошел на свет.

Вопреки его ожиданиям, ни на цементном полу, ни на стенах не было следов сырости и плесени. Наверняка из-за гуляющего в коридорах ледяного сквозняка.

Неоновые светильники потрескивали, один уже перегорел, другой судорожно мигал. Илану было не по себе в этом замкнутом пространстве без окон и дверей, ему отчаянно хотелось повернуть назад. Сорвавшееся с поводка воображение рисовало мрачные картины: мертвых пациентов тащат на носилках, перекладывают на каталки и увозят во тьму. От чего умирают в психиатрических клиниках? Что сводит людей в могилу – болезнь или тоска?

Он подошел к первой комнате с открытой дверью и увидел змеящиеся по стенам трубы, огромный бак с соляркой и несколько бидонов: одни были заполнены наполовину, другие – пустые – валялись на полу. В углу притулилась деревянная лестница шести или семи метров в высоту.

Чуть дальше коридор снова разветвлялся в форме буквы «Y». Старая металлическая табличка в начале правого рукава указывала путь в архив, на другой, слева, было написано слово «Морг». Две новые решетки блокировали оба входа, их явно установили организаторы игры. Илан попробовал открыть правую решетку ключом из конверта, потом тем, что висел на цепочке, но ничего не вышло. Может, удастся попасть в архив, получив следующий конверт? Тогда он наконец выяснит, был ли безумец из его снов Люка Шардон «постояльцем» клиники и работал ли здесь санитар Алексис Монтень.