Чтение онлайн

Она падает на меня сверху, припадая губами к моей шее и застывая там, — это то, что нужно.

— Ты удивительный, — шепчет она у моей кожи. — У меня никогда не было ничего даже близкого к тому, что ты только что дал мне.

Ее слова — это пробуждение и комплимент одновременно. Я не уверен, что могу понять это, особенно после того, как моя почти мертвая часть тела, та, что ниже пояса, так долго отсутствовала, но я воспринимаю это как хорошее похлопывание по спине.

— Ты и сама не так уж плоха, — бормочу я. — На самом деле, ты чертовски невероятная.

Улыбка расползается на моих губах, когда я складываю руки за головой. Я действительно чувствую себя сейчас на миллион баксов.

— Нет, я думаю, ты не понимаешь… — говорит она. — Никто и никогда не мог довести меня… ну, ты понимаешь. Ни одного раза, а тут дважды?

Ее слова и мягкий смех, как десертное вино — идеальное окончание наивкуснейшего обеда.

Она была замужем, но никто и никогда не довел ее до оргазма? Я не знаю, стоит ли удивляться или на самом деле гордиться своими усилиями. Мне проще предположить, что я — невероятный.

— Ничего себе, постарайся не тешить мое самолюбие так часто, — говорю я ей.

— Я не буду поднимать твою самооценку, но…— ее слова обрываются, когда она спускается вниз по моему телу, принимая мой все еще очень жесткий член в свой рот.

Я никогда не смогу двигаться снова. Это оно. Я сделал... «без разницы».

ФЕВРАЛЬ

— Два месяца спустя —

Во время того, как тщательно убираю каждый участок обработанного покрытия, мое внимание привлекает ЭйДжей, прислонившийся к дальней стене и уставившийся в свой телефон. Неопределенное выражение блуждает на его лице, и я не могу понять, что на него нашло.

— Как прошла вчерашняя ночь? Ты, наконец, поговорил с Алексой? — спрашиваю я его.

— Это не важно, — бормочет он, что-то набирая в своем телефоне. Его челюсть сжимается и разжимается, он учащенно дышит, — это то, что он всегда делает, когда чем-то расстроен или зол.

— Чувак, что-то явно происходит.

— Твою мать, Хантер, ты можешь дать мне чертову минуту? — я подхожу к нему, игнорируя его просьбу, потому что Бог знает, он всегда делает то же самое. Он ведет себя точно так же. Всякий раз, когда мне нужно пространство, он душит меня и загоняет в угол до тех пор, пока не сломает. Думаю, что это и есть братская любовь. — Не делай этого сейчас, — огрызается он, бросая свой телефон через всю комнату. Я смотрю, как тот отскакивает от противоположной стены.

— Это не наш дом, — напоминаю я ему. — Поговори со мной. Просто переведи дыхание.

— Да, я сделал это вчера вечером, — выдавливает он. — Я сказал ей, что хочу чертов развод, — ему потребовалось всего два месяца, чтобы наконец-то сказать ей.

— Это хорошо, верно? — спрашиваю я. — Разве не этого ты хотел?

— Да, — кричит он. — Это то, что я хотел сделать! — тогда я не понимаю в чем проблема. Почему он так расстроен, если это то, чего он хотел? — Черт! Черт! Черт! — он бежит через всю комнату, хватает свой телефон с пола и, подняв его, проверяет что-то в нем. Я не знаю точно, цел он или нет, но он явно уже не прежний, раз ЭйДжей бьет по кнопкам.

Он подносит трубку к уху, параллельно запуская пальцы в свои густые волосы. На долю секунды он здесь со мной, а в следующий миг в бешенстве уже несется в другой конец дома. Я тоже следую за ним.

— Какого черта ты несешь? — спрашивает он, его голос низкий и мягкий. Он не хочет, чтобы я услышал, тем больше оснований для меня, чтобы подслушать. — Откуда ты знаешь? — он молчит, слушая. — Эти вещи не всегда точны, — еще одна пауза, скорее всего наполненная словами, которые я очень хотел бы услышать. — Алло? Иисус. Алло?

ЭйДжей оборачивается, замечая меня ближе, чем в нескольких метрах от себя. От гнева белки его глаз наливаются кровью.

— Она, блядь, залетела, — говорит он сквозь зубы.

Ой, бля. Вопрос «от тебя?», наверное, не лучший выбор слов на данный момент, но это именно то, что выходит из моего рта. Конечно, от него. Ну, может, от него.

— Ты спрашиваешь меня, трахалась ли она с другими парнями? Потому что я не делал этого! Какого черта я должен делать? Ты думаешь, он мой? Предполагается, что теперь я должен помириться с ней? Возможно ли вообще наладить отношения с ней? Я чувствую, что у нас все было неправильно с самого начала. Твою мать! Черт, что мне делать, Хантер?

Пот бисером собирается у него на лбу. Он сейчас сходит с ума. Я не уверен, что ЭйДжей хотел когда-нибудь стать отцом. Он что-то говорил мне об этом после того, как Элли умерла. Тогда он был бухой в хлам, конечно, но это было что-то типа того, что он никогда не хотел бы оказаться на моем месте — отцом-одиночкой, потому что не смог бы делать то, что делаю я. Это был комплимент или что-то вроде того, но я могу понять, почему моя жизнь могла напугать его. Она и меня пугает до чертиков.

— Давай-ка ты остынешь на секунду, — говорю я ему. — Садись, — он не садится. Вместо этого он продолжает вышагивать и рвать на себе волосы. — ЭйДжей! — я стараюсь говорить спокойно, чтобы мой голос успокоил его, хотя бы ненадолго.

— Я не могу сделать то, что делаешь ты, Хантер. Я не смогу сделать это. Я не могу остаться с Алексой и не собираюсь оставаться в этом ужасном браке, Бог знает, сколько времени, только потому, что у нас будет общий ребенок! — его гнев понемногу утихает, но я отчетливо вижу, просто посмотрев в его глаза, что каждый возникающий вопрос вызывает новые терзания в его голове.

— Ты должен выяснить, твой ли это ребенок, — говорю я ему снова. — Так мы сможем разобраться с этим.

— Как, черт возьми, я узнаю, что он мой? — в свои двадцать восемь лет он что, не знает, как?