Чтение онлайн

— Месье Маас? — Это был телефонист гостиницы. — Вас спрашивают…

Он замолчал, а потом произнес извиняющимся тоном:

— Прошу прощения, человек повесил трубку.

— Какой человек?

— Он не представился.

— Мужчина или женщина?

— Мужчина, месье.

— А какой голос? Француз?

— Да. Вероятно, марселец.

— Он просил соединить со мной?

— Он спросил, не проживаете ли вы в нашей гостинице. Я не знал и посмотрел в список. Ваше имя там было. Я сказал, что позвоню вам в номер, но он не стал ждать. Если он перезвонит…

— Да, конечно, спасибо.

Очевидно, внештатнику из Марселя поручили обзванивать все гостиницы. Найдя, что хотел, он сразу же положил трубку, чтобы не спугнуть меня.

Мне нужно было выметаться из гостиницы, и как можно скорее. Если они по-прежнему в Мужене, времени достаточно. Если они уже перебрались в Ниццу, дела мои плохи.

Я не побрился и даже не почистил зубы. Быстро натянув вчерашнюю одежду, я забросил остальные вещи в чемодан и спустился вниз. Это заняло не больше пяти-шести минут. Еще пять я ждал счета и расплачивался.

О том, чтобы поймать такси рядом с гостиницей, нечего было и мечтать. Я торопливо двинулся вдоль набережной Папачино, чувствуя себя совершенно незащищенным. Неподалеку был пришвартован паром, на его корме крупными буквами было написано: ATTENTION AUX HELICES. [5] В моем положении — самое подходящее предписание.

Дойдя до улицы с односторонним движением, я сразу же на нее свернул. Теперь я удалялся от гавани, и они не могли ехать мне навстречу на машине. На площади Гарибальди я взял такси и приехал в мою прежнюю гостиницу, рядом с вокзалом.

К счастью, у них были свободные номера. Я пробормотал что-то насчет изменившихся планов. Через минуту меня уже зарегистрировали как Пьера Матиса.

Приняв ванну и переодевшись, я спустился и спросил, где ближайший магазин мужской одежды. Это был дешевый универсальный магазин, и выбор шляп там оказался невелик. Размеры тоже были не все. Я взял первую, какую предложили, из грубого серого фетра с широкими полями и черной лентой. Продавец сказал, что в ней чувствуется стиль и что больше у них таких не осталось — это последняя. Он явно был рад сбыть ее с рук. Шляпа придавала мне вид жалкий и подлый, но я притворился довольным. Продавец едва скрывал свое презрение к моей глупости.

Из магазина я пошел на стоянку, забрал машину и, надвинув шляпу на самые брови, отправился в Антиб — надо было как-то убить время перед тем, как ехать к Люсии, и я предпочел убивать его подальше от Ниццы. Кроме того, мне хотелось спокойно подумать, не оглядываясь все время через плечо. Бутылка вина и хороший обед упростили дело. Люсии нужна информация, и у меня кое-что для нее есть. Люсия намерена меня использовать, и я не имею ничего против. Но сначала надо поговорить начистоту. К тому времени у меня уже возникло подозрение, что она притворялась, когда говорила, будто не хочет давать мне интервью. Ей удалось обмануть Адель Санже. Я вовсе не хотел, чтобы она и меня обвела вокруг пальца. Мне требовалась правда.

После обеда я двинулся в объезд через Сен-Поль-де-Ванс и въехал в Канны по другой дороге. Выбрав такой маршрут, я мог добраться до улицы Карпоньяр, не заезжая в центр города. Я припарковался у дома номер пять, как раньше, прошел к номеру восемь.

Входная дверь была открыта — Люсия меня ждала. Она бросила взгляд на шляпу, которую я снял.

— Ну у вас и вид! Зачем вы это надели? Когда вы вышли из машины, я вас сразу не узнала.

— Так и задумано.

— Чтобы я вас не узнала?

— Чтобы другие не узнали.

— Почему? Что случилось?

— Довольно много всякого.

Она ждала, что я продолжу. Не дождавшись, чуть пожала плечами и двинулась на террасу. Я пошел следом.

— По телефону вы говорили загадками, — сказала она. — Так что вы узнали от Скурлети? Что ему нужно?

— Ему нужны вы.

— Он сам вам сказал?

Я не ответил, а молча сел и закурил.

Люсия нетерпеливо смотрела на меня.

— Так что?

— Я все вам расскажу… только откровенность за откровенность. Таков был уговор. Помните?

— Ну, много всего было сказано.

— Вчера вы как бы случайно упомянули «итальянцев». Мне кажется, вы сделали это сознательно. Вы хотели заронить в мою голову мысль.

Она, похоже, забавлялась.

— Какую мысль?

— Что вы не так испуганы и беспомощны, как представляется Адель Санже. Вы не жертва обстоятельств, а держите ситуацию под контролем.

— А зачем мне это надо?

— Чтобы эффектнее подать новость.

— Не понимаю. — Ей, похоже, стало не смешно. — Какую новость?

— Интервью, которое вы мне дали, — это тщательно выверенное объявление о продаже.

— Это вы так думаете.

— Но ведь это правда? У вас есть что-то, что вы хотите продать. Чемодан, полный документов? Но для начала вам надо намекнуть возможным покупателям, что они продаются. В то же время вам нужно быть осторожной, чтобы не сболтнуть лишнего, иначе они попытаются забрать его, не заплатив, как те двое в Швейцарии. Поэтому вы ждали, пока на вас выйдет кто-нибудь из прессы, чтобы сообщить о начале торгов. Этим человеком оказался я. В понедельник новость будет в «Уорлд репортер». Во вторник покупатели съедутся в Ниццу. Теперь вам требуется посредник, который установит контакт с покупателями. Я думаю, что им тоже окажусь я.

Люсия внимательно посмотрела на меня, затем откинулась на спинку кресла и рассмеялась. Я ждал. Наконец она встала и, все еще хихикая, подошла к шкафу с бутылками.

— Ну, на этот раз вы просто обязаны выпить. Вас называть Пьер или Пит?

— Пьер меня устроит. И да, я выпью. Только если вы перестанете ходить вокруг да около и перейдете к делу. Если нет — я уезжаю, и для переговоров с месье Скурлети вам придется искать кого-нибудь еще.

Она вытянула руки, раскрыв глаза от удивления.