Чтение онлайн

Они поднялись на третий этаж, где возле лифта дежурили двое полицейских. Йона пожал им руки и отпер бронированную дверь без щели для писем. Перед тем, как открыть, комиссар постучал и через замочную скважину спросил, можно ли им войти.

— Вы его не нашли? Или нашли?

Эвелин стояла против света, и ее лицо было плохо видно. Эрик и Йона видели только темное пятно под освещенными солнцем волосами.

— Нет, — ответил Йона.

Эвелин подошла к двери, впустила их и быстро заперла дверь, проверила замок. Когда она повернулась, Эрик услышал ее тяжелое дыхание.

— Это защищенное жилище, у вас есть полицейская охрана, — сказал комиссар. — Никому нельзя передавать информацию о вас, на этот счет имеется распоряжение прокурора. Эвелин, здесь вы в безопасности.

— До тех пор, пока я здесь — может быть. Но когда-нибудь мне придется выйти, а Юсеф умеет ждать.

Она подошла к окну, выглянула, потом села на диван.

— Где может скрываться Юсеф? — спросил Йона.

— Вы уверены, что я что-то знаю.

— А знаете? — спросил Эрик.

— Будете меня гипнотизировать?

— Нет, — растерянно улыбнулся он.

Эвелин в упор глянула на него. Она не накрасилась, и глаза казались ранимыми и беззащитными.

— Можете загипнотизировать, если хотите, — сказала она и торопливо опустила взгляд.

Квартира состояла из спальни с широкой кроватью, двух кресел и телевизора, ванной с душевой кабинкой и кухни с обеденным уголком. В окнах пуленепробиваемое стекло, все стены выкрашены в спокойный желтый цвет.

Эрик огляделся и пошел за Эвелин на кухню.

— Довольно мило, — похвалил он.

Эвелин пожала плечами. На ней были красный свитер и выцветшие джинсы. Волосы небрежно забраны в хвост.

— Сегодня сюда привезут кое-что из моих личных вещей.

— Хорошо, — сказал Эрик. — Обычно всегда чувствуешь себя лучше, если…

— Лучше? Откуда вы знаете, от чего я почувствую себя лучше?

— Я работал с…

— Простите, но мне это не интересно, — оборвала она. — Я говорила, что не хочу общаться с психологами и кураторами.

— Я здесь не в качестве психолога.

— А в каком?

— Пытаюсь найти Юсефа.

Эвелин повернулась к нему и коротко сказала:

— Его здесь нет.

Сам не зная почему, Эрик решил ничего не говорить о Беньямине.

— Эвелин, послушайте, — спокойно сказал он, — мне нужна ваша помощь, чтобы определить круг знакомых Юсефа.

У девушки почти лихорадочно заблестели глаза.

— Ладно, — ответила она и потерла губы.

— У него была подружка?

Взгляд потемнел, губы сжались:

— Вы имеете в виду — кроме меня?

— Да.

Она подумала, потом помотала головой.

— С кем он общался?

— Ни с кем.

— Одноклассники?

Пожала плечами:

— Насколько я знаю, у него никогда не было друзей.

— Если бы ему понадобилась помощь, к кому бы он обратился?

— Не знаю… Иногда останавливался поговорить с алкашами возле винного магазина.

— Вы не знаете, что за алкаши, как их зовут?

— У одного татуировка на руке.

— Какая?

— Не помню… вроде рыба.

Эвелин встала и снова подошла к окну. Эрик наблюдал за ней. Дневной свет упал на юное лицо, черты проступили отчетливее. Эрик видел, как пульсирует синяя жилка на ее тонкой длинной шее.

— Как вы думаете, он может жить дома у кого-нибудь из них?

Она еле заметно пожала плечами:

— Может…

— Уверены?

— Нет.

— Тогда как думаете?

— Думаю, что он найдет меня раньше, чем вы его.

Эрик смотрел, как она стоит, уткнувшись лбом в оконное стекло, и думал, можно ли еще на нее надавить. Что-то в ее монотонном голосе, в ее недоверии указывало, что она знает брата как никто.

— Эвелин, чего хочет Юсеф?

— У меня нет сил говорить на эту тему.

— Он хочет убить меня?

— Не знаю.

— Но как вы думаете?

Она глубоко вздохнула и хрипло сказала:

— Если он считает, что вы стоите между ним и мной, если он ревнует — он это сделает.

— Что именно?

— Убьет вас.

— Вы хотите сказать — попытается убить?

Эвелин облизала губы, повернулась к нему и опустила глаза. Эрик хотел повторить вопрос, но не смог выговорить ни слова. Вдруг в дверь постучали. Эвелин испуганно посмотрела на комиссара, на Эрика и попятилась в кухню.

Стук повторился. Комиссар подошел к двери, посмотрел в глазок и открыл. Вошли двое полицейских. Один из них в обнимку нес картонную коробку.

— По-моему, мы принесли все, что было в списке, — сказал он. — Куда поставить?

— Куда хотите, — еле слышно произнесла Эвелин, выходя из кухни.

— Можете расписаться?

Полицейский протянул ей документы, она расписалась. Йона закрыл за ними дверь. Эвелин торопливо подошла к двери, проверила, тщательно ли он все запер, и снова повернулась к ним.

— Я просила принести кое-что из дома…

— Да, вы говорили.

Эвелин присела перед коробкой на корточки, отодрала коричневую ленту и подняла края. Вытащила серебристую копилку-кролика и стала доставать застекленную картинку, на которой был изображен ангел-хранитель, но вдруг замерла.