Чтение онлайн

Молодой человек пригладил ладонью черные волосы и с улыбкой кивнул.

— Не верится?

— Такой молодой!

— Это недостаток? — с акцентом спросил Рахмон.

— Наоборот, завидное достоинство. Ну, будьте здоровы!..

Гость не был голоден, но долгий перелет пробудил аппетит, и он с удовольствием налег на бутерброды с красной и черной икрой.

— Вам, Вячеслав Иванович, большой и дружеский привет от вашего старого товарища, — с улыбкой начал он.

— Как себя чувствует уважаемый Назар? — задал вежливый вопрос Грязнов.

— Вполне. Просил передать, что мечтает выпить с вами чайку.

Грязнов рассмеялся и на вопросительный взгляд Турецкого добавил:

— Речь, сам понимаешь, о нашем — том! — чае. Из заварного чайника.

— Ха! — обрадовался Турецкий. — Если есть охота, можно и сейчас соорудить! Вы как, Рахмон, дорогой?

— Я могу и из бутылки… Вот здесь, товарищи… — и он вопросительно посмотрел на хозяев.

— Все правильно, Рахмон, — кивнул Грязнов. — А «господа» мы чаще употребляем в уничижительном смысле.

— Да, — улыбнулся гость, — отвыкаем… Итак, вот здесь… — взял свой необычного цвета кейс, кончиком столового ножа что-то поддел в ручке его, раскрыл ее надвое и достал небольшую трубочку. — Здесь для вас необходимая информация. На микропленке вы найдете лица участников тайного совещания, которое состоялось в Душанбе недавно, в начале прошлого месяца. Здесь же информация о них, а также расшифровка аудиозаписей выступлений участников. Мы считаем, они дорого заплатили бы, чтобы эти материалы никогда не увидели свет. Я так говорю?

— Вы говорите абсолютно верно. И это налагает на нас еще большую ответственность.

— Да, вы понимаете, что произойдет у нас, если сведения как-то просочатся… Теперь о круге участников. Это, вероятно, известный вам Рахматуло Назри-хан, заместитель министра внутренних дел Шухрат Разыков и Теймур Джафар-оглы Багиров. Суть сказанного ими вы найдете в расшифровках. Включая конкретные планы, способы доставки товара, основные сроки, процентные доли каждого и так далее. Вам будет интересно, считает мой шеф.

— В министерстве или?.. — спросил Грязнов.

— В министерстве мой шеф — Разыков. А я сказал о Назарове.

— А, все понял. И как же вам, ребята, удалось провернуть такую гениальную гигантскую операцию? — восхитился Грязнов.

— Совещание готовил ваш покорный слуга, — скромно опустил глаза Рахмон. — Мы тоже учимся работать в новых условиях. Трудно, но надо. Значит, говорит Назаров, можно.

— Молодцы! — как бы подвел итог Грязнов. — А, Саня? Ну, спасибо вам, ребята. От всего сердца благодарю.

— Мой генерал имеет мнение, что есть прямой смысл не брать курьеров и товар немедленно по прибытии. Могут оборваться концы. Часть товара, которая должна прибыть военно-транспортной авиацией, предназначена для дальнейшей отправки в Европу. Вероятно, это произойдет — так, во всяком случае, обговаривалось, если не случится непредвиденного, — через ваш Калининград с помощью тех же транспортов. Первая партия, кстати, прибывает уже завтра утром. Туда же, куда прилетел и я. С ней будет наш офицер, для контроля. Генерал хотел бы, чтобы ваши коллеги обеспечили беспрепятственный транзит на Запад. Но тут как вы уже сами сочтете для себя правильным. Или выгодным?

— Надо срочно Костю, — сказал Турецкий. — А это — мой шеф, — пояснил он Рахмону с улыбкой, — заместитель Генерального прокурора. И срочно зарядить ребят в Кенигсберге… В Калининграде, — поправился тут же. — Чтоб, не дай бог, не напортачили от излишнего усердия. Ладно, решим. Сколько по плану здесь должен пробыть груз?

— Думаю, день-другой, не больше, — сказал Рахмон.

— Тогда я прямо с утра у Кости. Извините, Рахмон, что перебил, продолжайте, пожалуйста.

— Я — в общих чертах. Детали здесь, — он показал на черную трубочку. — Автопоезда уже вышли из Куляба. Их дорога долгая, но за ними осуществляется контроль. До границы с Казахстаном. Дальше охрану берет на себя Россия. Теймур Багиров, так он сказал. Если половину по дороге не продаст, можно быть спокойным, что товар дойдет в сохранности… Ну и железная дорога. Через неделю отправляются в Россию отпускники и демобилизованные. В их вагонах и пойдет товар. Все вместе рассматривается как первая большая партия. Если условия перевозки себя оправдают, через месяц пойдет разговор о следующей.

— Да, ребятки, — задумчиво сказал Грязнов, — ну вы развернулись… Это что же получается? Утопить мир в героине? Я уж не говорю о России… Прямо пропасть какая-то…

— Назаров сказал: талибы хотят затянуть нас всех в героиновую пропасть. И если мы будем действовать каждый в одиночку, так и случится. А когда люди связаны в цепочку, им никакая пропасть не страшна. Так на Памире старики говорят…

— Правильно говорят, — согласно кивнул Грязнов. — Только вот связка должна быть очень надежной… Вы устали, Рахмон, я постелил вам в той комнате. Если желаете, можете пойти и прилечь. Вашу безопасность мы обеспечим, не сомневайтесь.

— Мне генерал сказал то же самое: можешь не сомневаться…

— Как тебе понравился этот Зорге? — спросил Вячеслав у Турецкого, когда они вышли на кухню покурить у приоткрытого окна. — Боюсь, что тому было проще. Его ведь, по сути, никто толком не знал, а Рахмон у всех на глазах… Ну что ж, значит, с утра начнем последний рывок. И для начала обезглавим их, иного выхода просто не вижу…

Решение Меркулова после ознакомления с материалами, доставленными из Душанбе, было однозначным: Александру Борисовичу лететь в Германию. Причем не откладывая дела в долгий ящик. Оперативными делами тут будет кому заниматься и помимо него.

А в Германии есть, собственно, один адрес, по которому Турецкий всегда желанный, а чаще необходимый гость. Это в небольшом альпийском курортном городке Гармиш-Партенкирхен. Если ставить вопрос точнее, то в международном специализированном колледже, под скромной вывеской которого находится международная секретная школа спецназа, созданная под эгидой ООН для борьбы с международным же терроризмом. Этот учебный центр для подготовки специалистов высочайшего класса чаще между собой называли «Пятым уровнем», ибо уровень языкового общения студентов был необычайно высоким. Файв — пять!