Геном
Шрифт:
– Разумеется. – Пак будто ждал следующих распоряжений.
– Вы давно ищете работу?
– Месяц.
– Хорошо. Есть в зале мастер-пилоты?
Генералов даже не оглянулся:
– Только один, тот, кто подходил к вам первым.
– Хорошо… отдыхайте.
Когда навигатор ушел, Алекс залпом выпил саке. Отыскал взглядом своего официанта, чиркнул в воздухе пальцем, будто подписывая счет.
Как его поймал этот хитрый натурал! Никогда не стоит недооценивать генетически не измененных, никогда! Вначале этот нелепый вопрос об отношении к геям, будто капитана должно волновать, с кем спят подчиненные. А потом, когда Алекс заявил о своей непредвзятости, – настоящий подвох.
Навигатор-натурал… невозможно!
И как на это отреагируют другие члены экипажа? Джанет, с ее пятью спецификациями, парнишка-энергетик, едва закончивший учебу?
Впрочем, если кто-то из них выразит протест, это будет поводом отказаться… нет, увы. Джанет контракта еще не подписала. Разве что Поль Лурье не захочет доверить свою жизнь натуралу.
На миг у Алекса появилась шальная мысль – попросить или даже приказать энергетику возразить против кандидатуры Генералова. Поль подписал контракт раньше, и с формальной точки зрения Алекс обязан учитывать его мнение.
Мысль возникла – и пропала, оставив неприятный осадок. В одном Генералов, бесспорно, прав – ложь дается пилотам нелегко. Это часть платы за звезды, наряду с неумением любить людей.
Подошел официант, Алекс рассчитался и быстро вышел из зала. Две вакансии оставались незаполненными, но насчет одной у него имелась идея. Безумная, но попробовать стоило.
Портье в гостинице сменился вновь. Этот вообще не обратил на самого Алекса внимания, глянул только на форму капитана и сразу же расплылся в улыбке. Такие важные клиенты редко останавливались в «Хилтоне».
Алекс поднялся к своему номеру, коснулся сенсора звонка. И поймал себя на жгучем любопытстве – дождалась его Ким или предпочла исчезнуть, предварительно очистив счет номера.
За веру в человеческую честность постоянно приходится платить. Но Алекс находил в этом странное, извращенное удовольствие – в тех редких случаях, когда вера оправдывалась.
Ким открыла дверь.
Дождалась!
Алекс покачал головой, хотя видеть неподдельную радость на лице девочки было приятно.
– Ким… я же просил заблокироваться. Ты даже не посмотрела в глазок.
– Откуда ты знаешь?
– Когда камера на двери работает, объектив включает инфракрасную подсветку. Я способен это заметить.
– А… – Ким отступила от двери, давая ему пройти. – Ну… мне незачем было смотреть, я знала, что это ты.
Настала очередь Алекса удивляться.
– Откуда?
– По шагам. У тебя характерные шаги, словно ты пытаешься не отрывать ног от пола.
– Да? Никогда не замечал. – Алекс закрыл дверь. Посмотрел на свои ноги, подумал. – Я что, шаркаю ногами?
– Не шаркаешь, просто стараешься побыстрее поставить обратно. И никогда не отрываешь обе ноги одновременно! – Ким подпрыгнула. – Ты что такой серьезный? Ну извини, что я не посмотрела в глазок, я исправлюсь!
– Если отрываешь обе ноги одновременно, это уже бег… – Алекс закусил губу. Отрываешь обе ноги… а если отрывает обе ноги, да еще и таз в придачу – это производственная травма. – Ким, я понял. На «Хомяках» и прочих системных лихтерах нет искусственной гравитации. Я проходил там практику около полугода. И привык пользоваться липучками. А может быть, это введено в мою спецификацию – не терять точки опоры.
Ким, похоже, успела утомиться.
– Здорово. Очень предусмотрительно, друг-спец. Ты видишь, как я потратила твои деньги?
Она раскинула руки, закружилась, пытаясь при этом удерживать Алекса в поле зрения.
– Вижу, ты переоделась.
Ее затертые джинсы и свитер сменились черным брючным костюмом. В нем Ким напоминала старшеклассницу из престижного колледжа. Впечатление дополняла белая блузка и крошечный черный галстук.
– Мне идет? – спросила Ким.
– Да. Очень хорошо.
Девочка улыбнулась:
– Тебе тоже идет форма.
– Ты даже выглядишь чуть взрослее, – продолжил Алекс. – Можно допустить, что ты прошла метаморфоз полгода назад и успела окончить какие-нибудь ускоренные курсы.
– А что, это важно?
– Наверное. Нам надо поговорить, Ким.
Она сразу посерьезнела. Алекс взял ее за руку, ввел в комнату, усадил в кресло. Сам сел напротив, достал сигареты и закурил.
– Дай мне тоже…
Алекс раскурил и протянул ей еще одну сигарету.
«Нам надо поговорить» – это волшебная фраза. Одна из многих фраз, настраивающих собеседника на серьезный лад. Ее не произносят, чтобы обсудить погоду или планы на выходной день.
Очень поучительно наблюдать за реакцией человека, который ожидает серьезного разговора. Кто-то начинает нервничать, кто-то замыкается в себе, кто-то заранее готовится к отпору.
Ким просто собралась.
– Как тебя зовут? Полностью?
– Ким Охара.
– Сколько тебе лет?
– Четырнадцать. Месяц назад исполнилось.
– Ты с Ртутного Донца?
– Нет. – Ким покачала головой.
– Тогда откуда?
– Я не отвечу.
Алекс вздохнул. Он и не ожидал, что разговор будет легким, но тон девочки начал внушать ему серьезные опасения.
– Ким, мне нужно это знать.
– Зачем?
Девочка перешла в контратаку.
– Ким, у тебя есть на Ртутном Донце родственники или друзья?
Молчание.
– Ты давно здесь находишься?
– Какая тебе разница?
Ну вот. Почему так происходит – пытаешься помочь, а в ответ неблагодарность?