Чтение онлайн

Дорога – это было плохо. Вьющаяся средь заливных лугов колея не шибко напоминала многолюдный наезженный тракт. Переправившись через реку бродом, всадники вполне могли нагнать беглецов, как бы те ни бежали. Значит, можно уже не бежать.

– Постой, душа моя… Теперь просто пойдем. Нет, не по дороге… Во-он к тому лесу пойдем… Ого! Что это у тебя?

Вот только тут Давыдов, наконец, заметил браслетик на левом запястье девушки. Блестящий, красивый, изящный. С иероглифами и… изображением женщины с головой змеи, богини Мерт-сегер, хранительницы покоя мертвых! Значит, и у нее этот знак… Знак смерти!

– Откуда у тебя этот браслет, милая? – взяв девушку за руку, встревоженно спросил Денис.

– Глушковский передал. Наш балетмейстер. Как раз для египетских танцев.

Услыхав донесшееся с реки лошадиное ржание, Танечка испуганно оглянулась.

– Вброд пошли, – прислушался гусар. – И нам бы надобно побыстрее. Эх, догонят! На открытой местности не уйдем.

– Так ты ж сказал – к лесу? – балетная хлопнула глазами. – Думаешь, не успеем?

– Вряд ли.

– Тогда можно там схорониться, в траве. – Танечка кивнула на луг, уже не такой густой, как летом, но все же хотя бы так. – Просто, если мы ляжем…

– Если ляжем – замерзнем, – хмуро предупредил Дэн и тут же поинтересовался, откуда у нищего балетмейстера такая дорогая вещица, золотой браслет?

– Сказал, ему передали… для меня. – Красотка загадочно улыбнулась и, поправив растрепавшиеся локоны, уточнила: – Так – в траву?

– В траву, – сухо кивнул гусар.

Похоже, и в самом деле беглецам больше ничего не оставалось: до леса не успели бы.

– Кто передал, толком неизвестно. – Выбирая место, где спрятаться, девчонка все же не забыла про браслетик. – Какая-то важная особа. Правда, Адам намекнул…

– Адам?

– Ну, Глушковский же! Сказал, что… Ах, даже вымолвить не могу! Хотя… говорят, это сам великий князь! Вот, здесь, похоже, подходяще… И трава мягкая. – Девушка наклонилась и, погладив траву, отдернула руку: – Ой! Холодно! И сыро…

– Да, сыро, – согласился Денис. – А великий князь… Очень может быть, очень… Но – не факт!

– Так что, прячемся?

– Прячемся… Хотя постой! Поздно уже… Нас, похоже, заметили.

Танечка, ахнув, оглянулась: по наезженной колее, лугом, переваливалась на ухабах коляска, запряженная парой вороных. Обычная такая двуколка, не сказать, чтоб очень изящная или богато украшенная. В таких ездили помещики средней руки или купцы третьей гильдии, усадив на козлы осанистого кучера. Здесь, правда, кучера не было, то есть вместо кучера лошадьми правил вальяжный господин в темно- синем сюртуке и небрежно накинутом на печи тяжелом плаще-крылатке. Голову его венчала дородная шляпа с широкими полями, лицо же вдруг показалось Давыдову знакомым… Чуть вытянутое, с небольшими усиками и бородкой…

– Господин Ураковский! – вдруг воскликнула Танечка и, обращаясь к Денису, пояснила, что сей господин в последнее время бывал на всех спектаклях, дарил цветы и частенько устраивал угощение для всех артисток.

– Точно, Ураковский. – Давыдов хлопнул себя по лбу. – Как бишь его… Не помню.

– И я не помню! – счастливо засмеялась беглянка. – Кажется, Станислав… Но! Мы ведь теперь спасемся? Уедем, да? Господин Ураковский! Эй! Эй! Скорее сюда!

Подкатив, коляска остановилась, и возница, удивленно взглянув на беглецов, приподнял шляпу:

– Рад приветствовать вас, мадемуазель! И вас, месье Давыдов! Вы как здесь? И что такие мокрые?

– За нами гонятся какие-то злодеи! – испуганно оглянувшись, выпалила Танечка. – Они… Они в нас стреляли. Вот!

– Злодеи? Бог мой! О чем вы?

– Все так, Станислав Петрович. – Денис наконец припомнил имя недавнего своего знакомца. – Гонятся. Как раз сейчас переправляются через реку. Вы при оружии?

– Ну… – Ураковский конфузливо потер нос. – Охотничье ружьишко имеется. Я его, знаете ли, всегда с собой вожу. Вдруг да по пути дичь какая. Да вы не стойте, не стойте! Садитесь же… Говорите, гонятся? Там сейчас дорожка получше будет, не догонят. Да и людно ближе к мосту… Забрались? Н-но!

Перевалив через ухабы, коляска выехала на более-менее ровную дорогу и покатила через луг к лесу.

– Там повертка, – обернувшись, пояснил Станислав Петрович. – Как раз к мосту.

– Ой, смотрите, смотрите! Злодеи! – посмотрев назад, вдруг выкрикнула Танечка. – Ой-ой!

Давыдов покусал ус:

– Где тут у вас ружьишко?

– Там вот, под тряпьем, – отозвался Ураковский. – Только оно не заряжено.

– Не беда, зарядим.

– Отстали! – между тем сообщила девчонка. – Нет, правда – отстали… Даже и не попытались за нами скакать.

Действительно, лиходеи – двое, как и предполагал Дэн – повернули коней и неспешно поехали вдоль реки, по кочкам.

– Видать, испугались. – Давыдов отложил ружье и усмехнулся. – Поехали более легкую добычу искать. Надо будет сообщить о них местному полицейскому начальству.

– Обязательно сообщим! – подогнал лошадей Станислав Петрович. – Я здесь, знаете ли, частенько бываю. По коммерческим делам. Но вообще-то места здесь спокойные.

– Ага, спокойные! Видели мы… Ели ноги унесли.

Танечка саркастически усмехнулась и крепко прижалась к Денису. Они проехали, наверное, версты две или чуть больше, а потом резко свернули к лесу. Вокруг поднялись высоченные вязы и липы, стало темно, словно бы в сумерках, хотя утро-то зачиналось ясное. Однако в сию чащобу солнечные лучики проникали весьма неохотно.

– Ну и местечко, – поежилась девушка. – Для разбойников в самый раз.

Сказала – и словно сглазила! Где-то впереди, за деревьями, вдруг послышались гулкие голоса, лошадиное ржание и отрывистый собачий лай.

– Назад! – хватая ружье, крикнул гусар.

– Не развернемся. – Ураковский кивнул на узкую лесную дорожку, развернуться там и впрямь казалось весьма затруднительным делом.

И что оставалось делать? Бросать коляску и бежать в лес? Ага, в лес… С собаками-то изловят живо.

– Отобьемся! – повернувшись, Станислав Петрович неожиданно выхватил из-за пояса пистолет. Небольшой, явно не кавалерийский и не дуэльный, а такой, какой можно носить скрытно.

Ишь ты… А говорил, что из оружия только ружье! Однако запасливый…