Чтение онлайн

Они что-то говорили про какой-то ген. Но черт его знает, каким образом они собираются изъять этот ген из его организма. Если бы речь шла о капельке крови или кусочке кожи, то совершенно необязательно было тащить его сюда.

И больше всего Неустроев опасался, как бы его не съели.

Ведь от этих пришельцев действительно всего можно ожидать.

Для отряда специального назначения, который способен выкрасть из недр моторо-мотогальского гнездовья портрет Всеобщего Побеждателя, нет ничего невозможного.

Исследуя запись переговоров младшего офицера Ли Май Лим с носителем гена бесстрашия, ученые определили, что землянин среди прочих слов произнес одно имя, и по всем признакам это имя — женское.

Прежде чем приступать к опытам по скрещиванию носителя гена бесстрашия с миламанскими женщинами, медики считали необходимым досконально изучить сам процесс скрещивания у землян. Общие принципы были ясны из дистанционных наблюдений и видеозаписей — но оставалась одна проблема.

Никто не мог с уверенностью сказать, как поведет себя наедине с самкой своего или чужого вида данный конкретный землянин. Хотя наблюдения за ним велись особенно тщательно, он ни разу за все это время не вступил с самкой в контакт, похожий на скрещивание или хотя бы на подготовку к нему.

И ученые решили провести элементарный опыт. Доставить на корабль самку и подсадить ее в адаптационную камеру к носителю гена бесстрашия.

— Вряд ли для этого подойдет любая самка, — заметил специалист по ксенопсихологии. — Мы пока не разобрались, на чем основаны их предпочтения, но кажется, это очень индивидуально.

— А если поискать в его ближайшем окружении? — предложил другой ученый. — Найти подходящий объект среди его знакомых, наверное, проще.

И тут кто-то вспомнил это имя, произнесенное носителем гена бесстрашия в экстремальной ситуации. «Это неспроста», — решили миламаны.

Действительно, почему землянин назвал именно это имя? Должна же быть какая-то причина. Может быть, его связывают с этой самкой какие-то особые отношения?

И обращаясь к заместителю командира спецназа, ученые сформулировали вопрос совершенно четко:

— Нам нужна конкретная самка. Ее имя — Ка-ра-ва-е-ва. Мы полагаем, что между нею и носителем гена бесстрашия есть какая-то скрытая связь.

Спецназовец не решился предпринимать какие-то шаги самостоятельно и отправился к Ри Ка Рунгу, который не мог ходить и бегать, и делать еще кое-что, но пребывал в здравом уме и твердой памяти.

— Мне нужны видеозаписи наблюдений, — передал он ученым после краткой беседы с заместителем.

Автоматический поиск нужного сочетания звуков занял совсем немного времени, и вскоре Ри Ка Рунг услышал голос пленника, из-за которого он получил такое неприятное ранение:

— Караваева, что ты можешь сказать по этому поводу?

А еще через секунду командир спецназа уже рассматривал изображение самки, которая произнесла в ответ:

— Ничего, Евгений Оскарович. Вы же знаете — я у мамы дурочка.

Дальше все было просто. Найти изображение здания, в котором произошел этот разговор, убедиться, что самка по имени Караваева в период наблюдений регулярно бывала в этом здании примерно в одно и то же время, локализовать здание на плане города и послать к нему микробот размером с пчелу.

Полет шмеля завершился успешно. Самка по имени Караваева была обнаружена именно в том месте и в то время, где и ожидалось. Микробот проследовал за нею, и через пару часов Ри Ка Рунг уже знал, где она живет.

На разработку плана операции он с коллегами потратил еще час. Отличия от операции по захвату носителя гена бесстрашия были минимальны. Следовало учесть лишь, что Караваева живет не одна, а с группой из трех предков и соутробника, и их придется нейтрализовать.

Но с другой стороны, она — самка, и как таковая, менее опасна. К тому же ученые разрешили применить против нее парализатор, поскольку биосовместимость в случае с нею особой роли не играет.

А пока старшие офицеры спецназа обсуждали детали предстоящей операции, зеленоглазая Ли Май Лим сидела в одиночестве перед монитором и смотрела, как самка по имени Караваева моется под душем.

«Да, она должна ему понравиться», — думала Ли Май Лим, разглядывая грудь перезрелой акселератки. И даже ощущала что-то вроде ревности, хотя следом пришла другая мысль — что им могло бы быть хорошо втроем.

— Провернем все сегодня же, — завершил обсуждение Ри Ка Рунг. — В то же время, что и в прошлый раз. Только очень прошу, будьте осторожнее. Если кто-то еще пострадает, я себе этого не прощу.

Рита Караваева вернулась домой из школы, изнывая от избытка впечатлений.

В школе целый день все только и говорили, что о таинственном похищении учителя биологии прошлой ночью. Сережка Козырев жил с Евгением Оскаровичем в одном подъезде, так что десятый «б» класс имел возможность узнать все подробности из первых уст.

Сережка был уверен, что учителя утащил НЛО и даже клялся и божился, что видел летающую тарелку собственными глазами, только она была похожа не на тарелку, а на утюг без ручки.

Но имела место и другая версия. Что будто бы Евгений Оскарович в свободное от работы время занимался хитрыми экспериментами и изобрел то ли лекарство от СПИДа, то ли новый способ клонирования людей в пробирке. И в результате его похитили либо спецслужбы, либо мафия, а может, иностранная разведка — короче, десантники на бесшумном вертолете.

В результате Рита Караваева весь вечер просидела на телефоне, обзванивая друзей и подруг в разных концах города, а ее брат Саша бесился и не находил себе места, потому что не мог выйти в интернет.

До интернета он дорвался только поздно вечером, и уж тут никто не мог его оторвать. Никто даже и не пытался. Все легли спать — даже мама, которая, будучи «совой», вечно допоздна читала книжки, а Саша все щелкал мышкой и шепотом ругался, когда ненадежная связь падала и приходилось подключаться к сети заново.