Француз
Шрифт:
У Коли неожиданно звонит телефон. Он что-то пытается объяснить кому-то на том конце провода, но у него не получается. Он отдаёт трубку Ирвану и просит его:
«Скажи моей подруге, - говорит он, - что я сейчас в Почепе, и что со мной настоящий француз. Она мне не верит, думает, я шучу. Скажи ей что-нибудь по-своему».
«Ирван берёт телефон и начинает говорить:
«Бон жур, комман са ва (добрый день, как дела)»?
Мы с Колей смеёмся, француз улыбается. Чувство утраты, только-только захватившее меня с головой, куда-то уходит. Жизнь есть жизнь…
Уже после отъезда Ирвана, я позвоню Коле, узнать, как у него дела, а он радостно сообщит мне:
«Только что компания ушла, - скажет он, - день рождения был у моей подруги. Человек десять за столом было».
«Ну, ты хоть похвастался, что теперь у тебя в друзьях француз»? – поинтересуюсь я.
«А как же», - засмеётся Коля…
Возвращаясь в Брянск и уже подъезжая к городу, совершенно расслабленный Ирван говорит мне:
«Какие же хорошие у тебя родственники. Твой дядька просто чудесный человек…».
«Ты ещё многого про него не знаешь, - говорю я, обернувшись, - он не только Гагарину помогал, Аркадий Сергеевич в прошлом двадцать лет был начальником уголовного розыска. У него есть медали и ордена за задержание особо опасных преступников. Сейчас ему 77-мь, за плечами три инфаркта и сложнейшая операция на сердце, а он ничего: молодец и жизнелюб, хозяйственник и заядлый рыбак. После операции на сердце, ему нужны были деньги на послеоперационный уход. Не знаю, как другие, а я помог. Аркадий Сергеевич и раньше ко мне хорошо относился, но после этого просто души во мне не чает. Ну а мне приятно».
Перед въездом в город мы заезжаем на заправку. Я сую Николаю тысячу на бензин, по договорённости это моя доля. Ирван замечает это и, когда Николай выходит из машины, предлагает со своей стороны поучаствовать в оплате поездки. Я отрицательно киваю головой, но он просовывает между сидений пятисотрублёвку и твёрдо говорит:
«Я по-другому не могу, я уже тоже немножко русский».
Дома за ужином, уставший и довольный, он вспомнит нашу поговорку: «То, что русскому хорошо, то немцу смерть…».
«Это и французу тоже»? – засмеётся он.
«И французу, и англичанину, и американцу, и всем вам нерусским однозначно», - подтвержу я.
«Так что, я теперь вместо немца могу говорить француз»?
«Нет, - возражу я, - в оригинале должен быть всё же немец. До девятнадцатого века на Руси всех не знающих русский язык называли немцами, поэтому и поговорка такая. Но относится она ко всем иностранцам».
Ирван достанет свою записную книжку и опять всё тщательно в неё запишет.
Вечером перед сном я намажу его обгорелую спину тайским тигровым бальзамом, а потом дам понюхать карандаш-ингалятор. Не знаю, будет ли ему хорошо спаться от этого, но утром он встанет другим человеком, выздоровевшим и почти постигнувшим русскую душу.
Часть V. Глава I.
День пятый.
Осмотр достопримечательностей продолжается.
После насыщенного трудного вчерашнего отдыха (трудный отдых – словосочетание такое, я думаю, есть только в русском языке), мы встаём с Ирваном поздно. Не понятно даже, кто встаёт позднее, он или я. Проснувшись, я не спешу вылезать из постели и долго в ней валяюсь. Но наши женщины - мать и жена, уже давно на ногах. Они орудуют на кухне, и оттуда слышен не только стук посуды, но и тянет ароматом жареных блинов.
«Это, который день они их жарят? – вычисляю я, - не надоело б французу их есть»…
Но, вкусные вещи никогда не приедаются. После вчерашней рыбалки и проведённого на природе дня в животе у меня урчит. Наесться впрок – ещё никому не удавалось. То, что вчера мы ели весь день без передышки, в зачёт не идёт. С утра организму уже требуется дозаправка. Соскочив с постели, я быстренько ополаскиваю лицо и спешу на кухню. Остальные водные процедуры решаю отложить на потом, на после завтрака. В кухне в центре стола уже красуется огромное блюдо с горкой блинов.
«Зови Ирвана, - говорит жена, - всё давно готово. Я и кофе ему свежий заварила».
Но француза звать не надо, он уже на подхвате. Из своей комнаты ему отлично слышен не только запах, но и русская речь, которую на пустой желудок он понимает без перевода.
После данной женой отмашки, мы с ним наперегонки устремляемся за стол.
Через пять секунд, набив полный рот блинами и облизывая масленые губы, я немного успокаиваюсь и начинаю строить планы на сегодняшний день.
«Позвоню Боре, - размышляю я вслух, - узнаю, вернулся ли он из Москвы. Если вернулся, отправимся тогда на «Партизанскую Поляну», а после неё… куда он пожелает».
И тут Борис звонит сам. Он уже в Брянске, приехал рано утром, и ему самому не терпится пообщаться с французом.
Я даю ему добро на выезд, и через полчаса вижу его машину возле нашего дома. Дом с часами в нашем городе найти легко, его знает каждый. Я уже подарил Ирвану кружку с его рисунком. Их продают у нас в сувенирных магазинах.