Фраера
Шрифт:
Дальше стояла дата и точное время. Выходило, что Хаммер ушёл из дому вчера днём, без малого сутки назад. И судя по тому, что он и Ира до сих пор не вернулись, случилась большая беда.
Я стоял посреди коридора с вырванным из школьной тетрадки листком в клеточку и не знал, что мне делать. Отчаяние, злость и растерянность – вот что я ощущал в тот момент. Где искать следы похитителей Иры – даже не представлял себе. Я не знал, что предпринять, и потому бесился все сильнее и сильнее.
Та куча денег, что я привёз из своего удачного вояжа, больше меня не радовала и не интересовала – бросил её прямо на стол, завёрнутую в прозрачный полиэтиленовый пакет.
Я наткнулся на пепельницу с двумя десятками окурков и понял состояние Хаммера после того, как обнаружилась пропажа Иры.
Господи, я его действительно понимаю! У парня не было выбора, и в результате Сергей и его невеста оказались в ловушке у бандитов. А я бессилен что-либо предпринять, так как у меня нет ни единой зацепки, которая могла бы помочь выйти на их след!
И в этот момент раздался пронзительный и длинный звонок в дверь.
На какое-то мгновение я застыл, словно замороженный заживо, но потом бросился в прихожую и, не глядя в «глазок», распахнул дверь…
И моментально получил сокрушительный удар в челюсть…
Глава сорок третья
Условия авторитета
Минувшей ночью Профессору спалось просто отвратительно. Постоянно мучили кошмары. Он то и дело просыпался, словно рядом разорвался снаряд, какое-то время соображал, где же все-таки находится, а потом вытирал ладонью холодный пот со лба, делал несколько глотков сока из стоящего на полочке возле кровати «тетра-пака», опять опускал голову на подушку и пытался заснуть.
Но едва сознание окутывала пелена, перед глазами снова и снова вставало лицо запертого в подвале на хуторе парня. Он глядел на Профессора раздирающим душу взглядом и, плотно сжав зубы, что-то тихо шептал разбитыми в кровь губами. Криминальный босс не мог разобрать слов, но понимал, что в его адрес отпускаются самые омерзительные выражения, которые только можно произнести на русском языке.
Так продолжалось несколько раз подряд. И вдруг па-пик не только увидел перед собой лицо Сергея, но и «получил кулаком в глаз» от своего пленника, в настоящее время лежащего кульком где-то в земляной яме возле Финского залива.
Это окончательно переполнило чашу терпения авторитета, и, едва раздался пронзительный писк поставленного на семь часов утра электронного будильника «касио», авторитет встал с кровати, с отвращением взглянул на своё невыспавшееся и вымученное лицо в настенном зеркале, а потом, подавив зевок, произнёс, обращаясь к пленнику:
– Ну, подожди, падло, я тебе устрою копи царя Соломона… – и направился в ванную, где пятнадцать минут пытался прийти в форму в просторной ванне-джакузи.
Это подействовало, и когда Профессор снова появился в коридоре своей семикомнатной квартиры на набережной Обводного канала, выглядел он вполне сносно.
Джип его забарахлил, и механики обещали подготовить тачку только к сегодняшнему вечеру. Поэтому он набрал номер телефона и принялся терпеливо ждать, пока на том конце снимут трубку.
Спустя пять гудков послышался недовольной голос Душмана:
– Кто это, мать твою, звонит в шесть часов утра?! Бля…
– Уже полвосьмого, – резко ответил босс и понял, что бык сразу же узнал его. – Чтобы через двадцать минут был у моего подъезда.
– Я не успею! – воскликнул Душман, на что Профессор небрежно бросил:
– А мне плевать! Чтобы был.
– Ладно, постараюсь, – пробубнил браток и поинтересовался: – А куда поедем? – Но босс уже положил трубку, так что кандидату по боксу оставалось лишь грязно выругаться и начать быстро собираться.
До дома шефа ехать не меньше десяти минут, а ещё надо было заскочить в гараж за машиной. Так что в итоге он опоздал все-таки на четыре минуты.
Подъехав, Душман сразу же нажал на сигнал и стал ждать появления Профессора, наполняя салон «семёрки» клубами серого дыма от «Ротманса».
Авторитет появился из-за тяжёлой лакированной двери подъезда секунд через сорок.
Густые, чуть тронутые сединой брови нависли над впалыми, обрамлёнными мешками глазницами, в которых, как показалось Душману при мимолётном взгляде, была лишь зияющая пустота. Профессор явно находился в мерзком расположении духа.
Он обошёл припаркованную возле высокого бордюра машину и, распахнув дверцу, повалился на прикрытое блестящей синтетической шкурой леопарда заднее сиденье.
– На точку, – приказал он, что означало возвращение на хутор.
«Семёрка» развернулась на пятачке и помчалась в сторону шоссе.
– Насчёт девчонки никаких известий? – спросил Профессор, когда машина находилась уже у выезда из городской черты.
Душман развёл руками и молча покачал головой.
– Что у Герца?
– Я звонил ему десять минут назад, но телефон молчит. Он же пасёт второго лоха вместе с Сандро.
– Сколько раз говорил, чтобы купили сотовые телефоны, ан нет, вам и так хорошо! – в сердцах бросил босс и раздражённо сжал губы в прямую линию.
Сегодня Профессора выводила из себя любая мелочь. Он некоторое время тупо пялился на торчащий из-за спины сиденья бритый затылок Душмана, а потом отвернулся к окну. В голове крутились сразу несколько мыслей, и босс решил разобраться со всеми по порядку.
– Сейчас приедем, берёшь парня и выбиваешь из него душу. Если через час я буду знать, где рыжье, – встанешь на место Герца. Понял?
– Понял, понял… – кивнул Душман.
Конечно, ему очень хотелось стать во главе одной из самых больших бригад Профессора, но условие, только что поставленное боссом, было поистине драконовским. Если парень сразу, после того как его стали работать, не раскололся, то он не станет этого делать и сейчас.